Елена Абросимова На последнем саммите «восьмерки» мир был оповещен о планах США по реформированию Большого Ближнего Востока – гигантского региона, простирающегося от Афганистана и Пакистана на востоке до Марокко на западе. Именно там, по мнению ряда аналитиков, сегодня решаются судьбы человечества – выльется ли дальнейшее мировое развитие в войну цивилизаций (по известной теории Хантингтона), либо катастрофы удастся избежать.
Частью этих «глобальных Балкан», как назвал Большой Ближний Восток Збигнев Бжезинский, является Средиземноморско-Черноморский регион, куда некоторые западные политологи включают и территории бывшей советской Центральной Азии и Закавказья. Станут ли они «фронтовой зоной» или возможно их превращение в связующее звено между Севером и Югом? Какой должна быть политика России в регионе? Что надо сделать для активизации российских инициатив в Организации Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС) и повышения роли нашей страны в расширении взаимодействия стран Средиземноморско-Черноморского региона? Обо всем этом шла речь на прошедшей 18–19 ноября в Москве международной конференции «Юго-Восточная Европа и РФ: проблемы Средиземноморско-Черноморского региона». В конференции приняли участие представители семи европейских стран, Россию представляли Николай Шмелев, Михаил Делягин, Вагиф Гусейнов и другие известные ученые и политологи. Как отмечалось в выступлениях, только в странах Ближнего и Среднего Востока и прикаспийских странах сегодня сосредоточено свыше 60% разведанных мировых запасов нефти. А значит, борьба с терроризмом, декларирующаяся сегодня США, – лишь средство для достижения другой, менее афишируемой цели. Главный же побудительный мотив политики США по модернизации Большого Ближнего Востока – его нефть, контроль над залежами которой в преддверии ожидающегося истощения мировых запасов энергоресурсов будет означать контроль над миром.
Россия же, в принципе признавая необходимость модернизации Ближнего и Среднего Востока, тем не менее не считает возможным силовое навязывание там демократии. Однако эта позиция тоже небезупречна, так как многие режимы Большого Ближнего Востока действительно «застойные» и отнюдь не намерены сдавать позиции без сопротивления. Истина, по-видимому, лежит где-то посередине между позицией Вашингтона, чрезмерно упирающего на свою военно-политическую мощь и силовые методы внедрения демократии, и пассивной позицией Москвы. Но этот серединный путь мировому сообществу еще предстоит найти.
