0
20373
Газета Идеи и люди Интернет-версия

18.08.2021 20:10:00

Еще раз о непрерывности существования стран Балтии

Международно-правовые аспекты восстановления независимости Эстонии 30 лет назад

Лаури Мялксоо

Об авторе: Лаури Мялксоо – профессор международного права в Тартуском университете, член Института международного права.

Тэги: ссср, распад, прибалтийские страны, эстония, независимость, история


ссср, распад, прибалтийские страны, эстония, независимость, история 30-летие восстановления независимости Эстонская Республика отмечает с президентом Керсти Кальюлайд. Фото Reuters

30 лет назад, 20 августа 1991 года, на фоне попытки государственного переворота в Москве Верховный Совет Эстонии провозгласил восстановление независимости Эстонской Республики. 22 августа того же года Исландия, еще одно малое европейское государство, стала первой зарубежной страной, признавшей независимость Эстонии. Вскоре за Исландией последовали другие государства мира. 24 августа 1991 года Россия во главе с Ельциным также признала Эстонию как независимое государство. Советский Союз признал независимость стран Балтии – Эстонии, Латвии и Литвы – 6 сентября 1991 года, а 17 сентября все три страны стали членами ООН.

Юридическая непрерывность

С точки зрения международного и конституционного права три страны Балтии существенно отличались от остальных частей Советского Союза: в 1991 году и ранее страны Балтии заявляли, что они были незаконно оккупированы и аннексированы Советским Союзом в 1940 году. Соответственно процесс обретения независимости для них был не созданием новых государств или выходом из состава Советского Союза, а восстановлением государств, которые уже были созданы в 1918 году и незаконно аннексированы в 1940 году. Одним из ключевых аргументов в пользу этого мнения был тот факт, что с 1940 года США, Соединенное Королевство и другие крупные западные державы не признавали де-юре аннексию стран Балтии. Одним из символов проводимой США и в меньшей степени Соединенным Королевством политики непризнания были посольства стран Балтии, которые продолжали работу в этих государствах в советский период.

Хотя Москва до сих пор официально не признала тезис о юридической непрерывности существования независимых стран Балтии, остальной мир весомым образом его признал. Более того, я считаю, что успех данного тезиса о непрерывной независимости стран Балтии, которые существовали до 1940 года и вновь существуют с 1991 года, послужил самой внушительной политической гарантией полной интеграции этих трех республик в западный мир. Действительно, только страны Балтии из всех бывших республик СССР стали членами Европейского союза и НАТО. Известно, например, что развитие Грузии, Украины и Молдовы после 1991 года было гораздо более беспокойным и геополитически неоднозначным по сравнению со странами Балтии. Это частично обусловлено тем, что создать новую страну труднее, чем воссоздать ранее существовавшую, которая сохранилась в коллективной памяти народа как нечто прекрасное и ценное.

Российский президент Путин любит рассматривать вещи в долгосрочной перспективе и анализировать историю Российской империи и Советского Союза по меньшей мере с 1917 года, когда большевики захватили власть. Путин критикует российских большевиков за то, что, акцентируя право народов на самоопределение (хотя скорее в тактических целях, чем стратегически), они заложили «мину замедленного действия» под структуру бывшей Российской империи. Во всяком случае, следует отметить интересный исторический факт: Советская Россия признала независимость «буржуазных» Эстонии, Латвии и Литвы в заключенных с этими странами в 1920 году мирных договорах, сославшись именно на право народов на самоопределение (например, в статье II эстонско-российского Тартуского мирного договора 2 февраля 1920 года). Впервые в мировой истории новые государства появились путем отделения, причем их бывшая общая страна признала их независимость на основании права народов на самоопределение. Тем не менее право народов на самоопределение не упоминается в мирных договорах Советской России с Финляндией и Польшей, поскольку эти территории имели в Российской империи особый статус.

Особенность прибалтийских наций заключалась в том, что культурно и исторически они не были готовы к поглощению Германией или Россией. Но нельзя отрицать и огромное влияние прибалтийских немцев, этого сильного меньшинства в Эстонии и Латвии до 1917 года. Многовековая немецкая культурная доминанта, очевидно, была одной из причин сохранения Эстонией и Латвией их уникальной культуры в составе Российской империи. Россия не могла их «приобщить к цивилизации», например, через внедрение русского языка, поскольку они уже познали не менее могучую немецкую цивилизацию. Тартуский (Дерптский) университет, один из старейших и самых престижных высших учебных заведений в Российской империи, работал в основном на немецком языке с 1802 до 1880-х годов. По исторической инерции данный университет, расположенный в скромном 100-тысячном городе, до сих пор указывается в мировых рейтингах как один из лучших исследовательских университетов в Восточной Европе, то есть в бывших странах социалистического блока.

Можно сказать, что прибалтийские нации, по меньшей мере Эстония и Латвия – история Литвы больше связана с некогда могущественным союзом Королевства Польского и Великого княжества Литовского, – развились благодаря использованию исторически сложившегося соперничества между Германией и Россией в этом регионе. Возможно, появление этих малых стран в качестве буфера между двумя великими державами принесло пользу не только им самим. Так или иначе процесс самоопределения народов был вызван не только российскими большевиками. Новые государства появлялись и в других местах, на развалинах проигравших Первую мировую войну европейских империй. Ярким примером такой страны стала Чехословакия, возникшая на месте бывшей Австро-Венгерской империи без особого содействия коммунистов.

Билатеральные договоренности

Итак, Эстония и другие прибалтийские нации были независимыми государствами с 1918 по 1940 год, причем в 1920 году Советская Россия признала их независимость. Три страны Балтии постоянно были в составе Лиги Наций, а Советский Союз был членом этой организации только с 1934 до 1939 года. В СССР в то время бытовало мнение, что пролетариат скоро и неизбежно захватит власть во всех странах и избавится от капиталистического строя. В таком контексте история отношений между Советским Союзом и странами Балтии в период между двумя мировыми войнами была парадоксальной.

С одной стороны, у Эстонии, Латвии и Литвы имелись замечательные билатеральные и региональные договоренности с СССР об их независимости, и был оговорен принцип ненападения, причем с подробными формулировками агрессии, включая, к примеру, морскую блокаду.

С другой стороны, Советский Союз и силы Коминтерна никогда не упускали возможности вмешаться во внутренние дела стран Балтии. Например, 1 декабря 1924 года в Таллине произошла попытка государственного переворота, организованная эстонскими и российскими коммунистами, которые незаконно проникли на территорию Эстонии из СССР. 23 августа 1939 года нацистская Германия и Советский Союз заключили договор о ненападении с секретным протоколом, поделившим между двумя режимами страны Восточной Европы, которые появились на свет благодаря Версальскому мирному договору 1919 года. Этот договор обычно называют пактом Молотова–Риббентропа, или пактом Гитлера–Сталина.

После разгрома польской армии в сентябре 1939 года Москва предъявила ультиматум Финляндии и трем странам Балтии, требуя разрешить создание на их территории советских военных баз. Финляндия, как известно, отказалась, в результате чего началась Зимняя война, за что СССР исключили из Лиги Наций. Но правительства стран Балтии осенью 1939 года приняли заверения Советского Союза о сохранении их независимости и разрешили создать на своей территории временные военные базы. В июне 1940 года, когда немецкие войска триумфально вошли в Париж, руководство СССР, опираясь на военные базы в странах Балтии, потребовало привести там к власти дружественные Советскому Союзу правительства.

Многие источники указывают на то, что это требование было выполнено под сильным давлением как на президентов трех государств, так и на их народы в целом, в атмосфере неприкрытых угроз. Эстония подверглась морской блокаде. 14 июня 1940 года советские летчики сбили пассажирский самолет «Калева», направлявшийся из Таллина в Хельсинки. Всего за два месяца страны Балтии формально стали советскими. В начале августа 1940 года они были полностью аннексированы Советским Союзом.

177-7-1480.jpg
Акция «Балтийский путь» 23 августа 1989 г.
Жители Литвы, Латвии и Эстонии выстроили
живую цепь от Вильнюса до Таллина. Этой
акцией население прибалтийских республик
продемонстрировало желание выйти
из состава СССР.  Фото РИА Новости
Альтернативная история

Поговорка гласит: кто не помнит прошлого, тот не имеет будущего. Опираясь на свое прошлое, в конце 1980-х годов прибалтийские нации открыто заговорили о советской оккупации и непрерывности существования своих государств. Эти вопросы подняла бы любая нация, имевшая в 1920-е и 1930-е годы такие же замечательные соглашения с Советским Союзом, которые были бы в 1940 году так нагло попраны. Я хорошо знаю советские и российские трактовки международного права и нисколько не сомневаюсь в том, что в сравнимом контексте специалисты по международному праву в России прибегли бы к аналогичной аргументации, подчеркивая нарушения соглашений в отношении СССР или позднее России и сохранность прав своего государства.

Разумеется, можно представить себе альтернативные варианты развития истории России и Прибалтики. Данный регион был одной из наиболее развитых территорий бывшей Российской империи, и его отношения с восточным соседом могли бы оставаться адекватными и после исчезновения царской империи. Остается лишь сожалеть о том, что после распада империи в России не победили демократические республиканские силы. Соглашение о выходе стран Балтии из состава буржуазно-демократической России в 1920 году наверняка было бы стабильнее такого соглашения с большевиками, которые продолжали планировать мировую революцию. Все соседствующие нации – Россия и страны Балтии – смогли бы сосуществовать в рамках «цивилизованной» (и также буржуазной) Европы после окончания Первой мировой войны. Это предотвратило бы последующие репрессии в аннексированных Советским Союзом странах Балтии и напряженность в отношениях между ними и Россией после развала СССР, ведь уже не нужно было бы заниматься поиском виновных в прошлых событиях, русофобов или империалистов.

Возможно, страны Балтии и демократическая Россия не были бы постоянными союзниками после окончания Первой мировой войны, но взаимных подозрений непременно осталось бы меньше. Соседи гораздо быстрее бы научились нормально сосуществовать.

С 1998 года Европейская конвенция по правам человека играет важнейшую роль в преображении как постсоветской России, так и стран Балтии. В ряде случаев Европейский суд по правам человека подтвердил историческую интерпретацию странами Балтии незаконной советской оккупации и аннексии. Следует упомянуть эстонские дела Колка, Кислого и Пенарта, латвийское «дело Кононова» и литовское «дело Дрелингаса». Естественно, помимо фундаментального вопроса о том, оккупировал ли СССР незаконным образом страны Балтии в 1940 году, поднимаются и другие связанные с международным правом и правами человека вопросы, например: правильно ли назвала Литва геноцидом преследование литовских патриотов советскими властями? Мог ли советский партизан совершить военное преступление в Латвии в 1944 году?

Что такое исторический вклад?

Однако наши нации не могут и не должны жить и развиваться, постоянно оглядываясь на прошлое. В настоящее время существует множество требующих решения проблем, которые наши нации обязаны решать совместно, исходя из лучших побуждений и по-добрососедски. Наступила эпоха прав человека и индивидуального потенциала. Успех теперь сопутствует тем обществам, которые обеспечивают максимальную реализацию потенциала каждого человека.

Отчетливо помню, как на конференции Российской (до этого Советской) ассоциации международного права в Москве бывший советский посол заявил мне горячо, почти обвинительным тоном: «Независимые страны Балтии не могут и никогда не станут вносить исторически важный вклад на мировой арене». Но что такое исторический вклад? Заключается ли он в конкуренции и борьбе на уровне геополитических гегемонов, обеспечении оптимального развития человечества, поддержании благосостояния, максимизации индивидуальной свободы? Мы также видим, что в целом демократию и гражданские права легче получается укреплять в малых государствах и обществах, включая Эстонию, по сравнению с такими крупными странами, как Россия, которые трудно сохранять целостными, где наблюдаются значительные региональные различия и, по мнению некоторых, необходимо авторитарное правление.

Возвращаясь к тезису о непрерывности существования независимых стран Балтии, следует вспомнить о том, что вскоре после их аннексии Советским Союзом в 1944 году Кремль в одностороннем порядке «внес коррективы» в границы Эстонии и Латвии. Во время переговоров с Советской Россией о заключении мирных договоров 1920 года Эстония и Латвия занимали более сильные позиции, при этом в новых государствах сохранились русскоязычные общины. В 1991 году при восстановлении независимости в соответствии с принципом непрерывности существования наших государств Эстония и Латвия первоначально и по умолчанию хотели вернуться к существовавшим до 1944 года границам с Россией. Но вскоре явное большинство политических партий отказалось от этой позиции не потому, что это было юридически неправильно, а по причине геополитической несбыточности.

Я как специалист по международному праву не разделяю этого пессимизма. Эстония и Россия не могут исправить ошибки истории XX века, но в долгосрочной перспективе Эстония и Россия должны стремиться к нормализации отношений. Четко определенная на основании ратифицированного договора граница должна быть компонентом стабильных отношений между цивилизованными странами, даже когда они спорят о некоторых ключевых аспектах своей истории.

В любом случае ратификация текущей редакции пограничных договоров не предусматривает принятия Россией тезиса о непрерывности существования независимой Эстонской Республики. В то же время российские дипломаты должны понимать, что Эстонская Республика никогда не откажется от тезиса о непрерывности своего существования, несмотря на то что утверждения об оккупации иногда вызывают российские возражения. Пограничные договоры можно ратифицировать без учета таких разногласий, поскольку государственная граница уже не оспаривается правительствами обеих стран. Ратификация договоров 2014 года о границе между Эстонией и Россией, может, еще и не станет «началом прекрасной дружбы», по выражению главного героя фильма «Касабланка», но это будет шагом в сторону нормализации и стабилизации, что выгодно для обеих наших стран, Эстонии и России. 

Тарту


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Армия, упавшая между стульев

Армия, упавшая между стульев

Захар Гельман

Ливанский ЦАДАЛ: с израильтянами против террористов

0
285
Генеральный план «Ост»

Генеральный план «Ост»

Борис Хавкин

Какую участь Третий рейх готовил народам СССР и Восточной Европы

0
331
Змеиное царство

Змеиное царство

Сергей Печуров

На Голанских высотах полвека назад

0
546
Семь душ за 100 тысяч

Семь душ за 100 тысяч

Нина Кахиани

Секрет производства таких людей утрачен давно и безвозвратно

0
603

Другие новости

Загрузка...