Больше, чем деньги

Жак Годбу. Привет, Галарно!/ Пер. с англ. Л. Пружанской. – М.: Текст, 2008. – 192 с. (Первый ряд)

Впервые в России издательство «Текст» выпустило тиражом 1500 экземпляров роман живого классика квебекской литературы Жака Годбу «Привет, Галарно!» в замечательном переводе Людмилы Пружанской, обитающей последние 15 лет в тех же канадских местах, где провел свою молодость и обрел писательское имя автор искрометной прозы. Думаю, что, выйди подобное произведение к нашему читателю лет 25 назад, широкое прочтение и цитирование ему было бы обеспечено. Во всяком случае, в пределах столицы.

В подтверждение этих слов замечу, что именно это и произошло в Европе, после того как роман был опубликован престижным парижским издательством «Сёй» в 1967-м, а далее – на английском, японском и т.д. Для желающих знать, как бытовали-думали во французской Канаде, небольшая по объему книжка – конкретный справочник, почти энциклопедия жизни Квебека. Кстати говоря, поле жизнедеятельности, в которое прозаик поместил молодого Франсуа Галарно, – почти слепок сегодняшней российской жизни: общество потребления, абсолютно доминируют «рыночные ценности» (нет только российских братков с распальцовкой да вальяжных чиновников, решающих вопросы). И вот этот милый паренек, торгующий хот-догами в свободное от картошки время, сочиняет не только стихи, но и книгу прозы, отрывки которой вполне бы уместились в современные ЖЖ. Автор постоянно исповедуется себе, своей девушке, веку, который, кажется, постоянно заглядывает герою то в глаза, то в еще не окрепшую душу. Лирический герой в каком-то смысле «лишний человек», ему подавай, как герою кинофильма «Брат», правду! Причем – целиком.

Он мечется: кем быть, как быть в тех или иных обстоятельствах, как не позорно выглядеть перед лицом исписанной страницы? Тут есть и современная гамлетовщина, и обильный и сочный сленг. Свойства критического реализма находят общий язык с сюром, ну и, конечно, поток сознания, ирония и острая социальная сатира смешиваются с лирическими описаниями северной природы. Именно тем, кто способен понять и оценить такой сплав, адресован роман Годбу. Отменно удается автору заваривать прямую речь: скажу вам прямо – после полудня лучше не писать книги. В том смысле, что трудно сосредоточиться, когда у тебя под носом – очередь покупателей. Сегодня в ней в основном стоят туристы из Америки... Так ведь и у нас теперь и туристов навалом, и хот-догов завались, да и книг, особенно таких, которые по качеству едва ли лучше этих самых догов.

И если б количество подобных «развлекаловок» уменьшилось, право, воздуху было бы больше. Ну, это к слову, которое, как известно, то ли воробей, то ли – не... А еще на фоне переживаний и событий у молодого человека случается та самая любовь-морковь, которая в образе женщины и толкает его на написание книги. Вот как это подает автор: «...она предпочла сыграть на моем самолюбии, на гордости Галарно. В такие минуты я ощущал себя дверью, на которой написано: «толкните», и Мариза толкала. Каждой женщине хочется стать Жорж Санд при Мюссе или Симоной де Бовуар при каком-нибудь Жан-Поле Сартре...»

Все-таки симпатичные времена описывает автор. Сегодня девушкам хочется видеть своих рыцарей продвинутыми менеджерами, а еще лучше, чтоб рыцарь восседал на нефтяной трубе или просиживал брюки в солидном банке. Уж тогда кто кого отымеет по полной! Не этому ли учит «блондинка в шоколаде» своих поклонниц по ящику?..

Хочется отметить и сильный импровизационный характер книги, во всяком случае, дыхание джаза тут присутствует. Естественно, это уже класс писателя, просто так подобное не соорудишь, одного желания маловато. Но автор справляется: «У меня бывают такие видения, уйма картин, снов, которые теснятся на чердаке. Нужно выбирать одно из двух: либо жить, либо умереть. Но я хочу жить, чтобы писать».

Преимущество в том, что, когда ты живешь ради того, чтобы писать, ты сам себе хозяин, ты можешь сделать перерыв, когда душе угодно, а потом хочешь – опять берись за перо. Отгони грустные мысли или подчинись им, умирай с голоду или расплачивайся словами, это как подскажет сердце. В любом случае слова стоят больше, чем деньги! «...больше, чем деньги – так и хочется шепотом повторить это про себя. Или – во весь голос? Интересно, много ли людей в нашей развращенной до чего-то неприличного стране захочет повторить эти слова? Дурацкий вопрос! Ну, несколько сумасшедших отыщется». Но так говорил, а точнее, писал крупнейший канадский писатель, видный публицист и кинорежиссер Жан Гобду (1933). Человек, который верит в подобное, награжден многими литературными премиями, в том числе дважды (1973 и 2007) удостоен премии Французской академии (Париж).

Что сказать в заключение? Ничего не хочется, кроме как процитировать последний абзац 155-й страницы: «Стояла ночь, каких бывает всего несколько в летнюю пору, ночь, когда по берегу реки бродят серые волки, когда за собором прячутся гномы, ночь, когда можно набрать в бутылку светлячков и завалить на сеновале дочку церковного сторожа, украсть кур и кроликов, нажить геморрой, промочить подошвы...» Какая поэзия, черт возьми! Прямо: «Стояла ночь, луной был полон сад...» И Фет, который Афанасий... Жалко, что у этой лирической, а вместе с тем бунтарской книги такой скромный тираж, жалко, что прочтут ее немногие...