0
1740
Газета Проза, периодика Интернет-версия

03.04.2024 20:30:00

Филателия спасет мир

Почти невероятная история про советскую авиацию, марки и чебуречную на «Сухаревской»

Тэги: проза, юмор, марки, чебуречная


проза, юмор, марки, чебуречная Народ попадается разный. Андрей Рябушкин. Кабак. 1891. ГТГ

Посвящается моему другу Владимиру Матвейчикову

Вот умеет человек сказать всего-то навсего несколько слов, а после этого тебя весь день корежит. Нет, он не кого-то там оскорбляет, не грубит, нет… Николай Колчин – человек начитанный и даже матом почти не высказывается. Но!

Пойди-ка с ним пообщайся, особенно когда тяпнешь два раза по пятьдесят, да и пивчанским лакирнешь. А после третьей дозочки – всё!

Сам-то Николай – невысокий, щупленький, правда, носатый, словно из отряда орлиных, и вообще-то бойкий. Когда в окружающей обстановке что-то не так, может и возбудиться. Я ему говорю, мол, Кыля, успокойся, все путем, все нормалек, но у него и кулаки сжаты до белых пятен на костяшках пальцев, и скулы сводит… Успокойся, говорю я ему, но он аж всем телом содрогается – если что-то по его мнению не так…

Хорошо хоть такое с ним не всегда происходит, но бывает.

И тут, буквально на днях, совсем случайно пересеклись мы с Николаем в филателистическом салоне, что на проспекте Мира неподалеку от метро «Алексеевская». Мы оба любим собирать марки; периодику, то есть все – советское-российское, но еще я приобретаю марки из других стран с изображением рыбок и кошек, а Кыля очень любит самолеты и всякие там паровозы и автомобили. Прикольно же!

Мы с Кылей Колчиным прикупили новиночки – довольные и чтобы продолжить общение, решили заглянуть в чебуречную на «Сухаревской», благо неподалеку от «Алексеевской». Но тут на выходе из салона к моему приятелю подошел мужик и что-то предложил. Я не остался в стороне и, как оказалось, мужик хотел расстаться с подборкой отечественных марок тридцатых-сороковых годов. В кляссере, который он открыл на наше обозрение, были дирижабли и самолеты! Лично я всегда тащился как раз от этих марок – на которых наши истребители сбивают фашистов, а бомбардировщики бомбят вражеские эшелоны! У меня были такие марки, правда не полная коллекция. А тут! Но самое удивительное, что мужик попросил за свою коллекцию сущие копейки. Кыля, естественно, не раздумывая, расплатился и схватил, можно сказать, подарок. После чего мы рванули на «Сухаревскую» в чебуречную. При этом мой друган в буквальном смысле сиял, и я его понимал.

Взяли по три чебурека, по баночке пивчанского и по две стограммовых бутылочки водки. Правда, у меня еще и с собой была четвертинка – филателисты народ запасливый. Шумновато, конечно же, было в этой чебуречной, ну да ладно. Народ отдыхает, пьет, кушает. Мы с Кылей – тоже и тяпнули, и закусили, и вновь тяпнули. Хорошо.

Народ в чебуречной разный, постоянно меняющийся. То студенты группкой завалятся; то пожилые благоприятные парочки – чтобы вкусить ароматные чебуреки, разливающиеся соответствующим соком, естественно, под полтинничек алкоголизма; либо просто работяги, которым надо поесть, как говорится, «закинуть в топку» для поддержания сил. Нормально, даже прекрасно.

И тут почти одновременно произошли два события. Кыля не удержался и вытащил на свое и мое обозрение прикупленный сегодня у непонятного мужика кляссер с марочками. Дирижабли, истребители, бомбардировщики радовали глаз. Но нам, как и многим другим посетителям, не очень-то понравились какие-то выкрики со стороны кассы, где отпускали чебуреки и прочее удовольствие в плане выпить в хорошей атмосфере. В районе кассы и раздаточной образовалась компания из четырех громогласных парней, которые были чем-то недовольны, хотя скорее всего просто выеживались перед нормальными работниками общепита. Выглядело все это очень неприятно. Но – что поделать? Ну, не полицию же вызывать.

В итоге все вроде бы обошлось и квартет громогласных расположился рядом с нашим столиком. И дальше вроде бы все ничего, но… Проскакивали у этих посетителей лишние слова, даже не слова, а словечки, касающиеся и женщин, и мужиков, поедающих чебуреки, да и меня с моим друганом Кылей, у которого в руках был открытый альбомчик с марочками. И один из этой четверки, лохматый увалень, увидев в руках у моего друга кляссер, сорвался со своего места, шагнул к нам и попытался выхватить у Кыли из рук недавнюю покупку. Однако Николай Колчин был не только заядлым рыболовом и охотником, так еще просто ловким парнем. И, несмотря на выпитый алкоголизм, увернулся от отморозка и отлепил ему пощечину этим самым кляссером. Да так смачно, что лохматый увалень, взмахнув руками, повалился на пол. Хотя тут же начал остервенело подниматься, и трое его приятелей, мускулистые бугаи, видимо, еще не совсем осознавшие случившийся расклад, уставились на нас с Кылей. При этом один из них, какой-то весь перекошенный выставил в нашу сторону руку с зажатым в ладони чебуреком. И чебурек прыснул горячим соком. И этот сок брызгами попал на лицо и мне, и Кыле, и куда-то еще… но самое ужасное, что капли чебуречного сока попали и на раскрытый кляссер с почтовыми марками, на которых были изображения наших самолетиков, истреблявших фашистских гадов.

Можно сказать, что марочки были испорчены, погублены, больше не имели цены. Видя это, Кыля взревел на виновника случившегося, что-то выкрикнул, но сделать ничего не успел. Самолетики, изображенные на миниатюрках с перфорацией по краям, вдруг покинули свое давнее пристанище, то есть бумагу и альбомчик-кляссер, и взмыли вверх. Они действительно полетели! Крохотные самолетики начали кружить над посетителями в чебуречной на Сухаревой башне. И они не просто кружили, они еще и атаковали отдельных персонажей.

Сначала микроскопическая бомба была сброшена на поднявшегося с пола лохматого увальня. Бомбочка попала ему прямо в лобешник, на котором расцвел «букет алых роз». Не подвел наш советский пикирующий бомбардировщик «Петляков-2». Тут же наступила очередь поплатиться перекошенному, который брызнул на дорогущие почтовые марки чебуреком. В него попало сразу три или четыре бомбы – вроде бы с бумажной марки, но как оказалось – они были вполне себе существенные, принесшие не только боль, но и гибель. Еще двое из четверки бугаев были расстреляны вылетевшими из бумажных марочек истребителями «Яковлевыми» и «Лавочкиными». И – ох, как же бугаи дергались от нашпиговывающих их тела микроскопических пулек!

«Филателия спасет мир…» – сказал Николай Колчин, и мы с ним покинули такую милую чебуречную на «Сухаревской», чтобы прогуляться по направлению к Кремлю и, возможно, заглянуть еще в какое-нибудь заведение. Либо, чтобы не отказываться от наслаждения вдыхать свежий воздух, просто зайти в уютный московский дворик и там, на лавочке тяпнуть еще парочку раз по пятьдесят из припасенной мной четвертинки. За филателию, конечно же…


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Один солдат на свете жил

Один солдат на свете жил

Алексей Смирнов

К 100-летию со дня рождения Булата Окуджавы

0
2260
До ста пяти поэтом быть почетно

До ста пяти поэтом быть почетно

Сплошное первое апреля и другие стихи и миниатюры

0
2062
Ему противны стали люди

Ему противны стали люди

Дмитрий Нутенко

О некоторых идеях прошлого сейчас трудно говорить, не прибегая к черному юмору

0
375
Штурмуя небеса

Штурмуя небеса

Артем Комаров

О феномене творчества Андрея Бычкова

0
1088

Другие новости