Валерий Зорькин Дорогие коллеги, те глобальные катаклизмы, глобальный кризис, выраженный в известных процессах, вместе с тем иногда оставляют в тени другой вывод. Ведь все эти сферы: экономика, политика, борьба с преступностью и так далее – они совершаются в правовой форме.
Может быть, я ошибаюсь, но я бы сказал, что мы имеем дело с глобальным кризисом права. Точнее даже, я бы сказал, с опасностью обрушения верховенства права. Но что такое, скажем, финансово-экономический кризис, если не пренебрежение главными юридическими принципами юридического равенства. Будь-то на уровне субъектов гражданского, частного права в национальных государствах или на международном уровне.
А поскольку международная правовая система в наше время тесно взаимосвязана с внутренними государственными порядками и правовыми системами – конституциями, законодательством – таким образом, что уже невозможно разорвать, то речь идет именно о системном, глобальном кризисе.
Я просто хочу проконстатировать, что недостаточность прописанности конкретизирующих актов общепринятых, которые развивают общие принципы на международном, региональном и национальном уровнях, приводит к тому, что искушение политического интереса может преобладать над юридическим правилом. Что, вообще говоря, приводит к печальным последствиям.
Посмотрите, что с терроризмом происходит. Да, есть определенные нормы, и нормы международного права. Но до сих пор, много лет, не удается заключить всеобщую конвенцию по борьбе с международным терроризмом. Возникает вопрос: почему? Опять политические пристрастия довлеют над юридическими вот этими аксиомами и принципом верховенства права. Почему? Потому что среди этих причин, на мой взгляд, главная – это неспособность в нынешних условиях договориться о размежевании, разграничении терроризма и национально-освободительной борьбы.
Поэтому мне кажется, все же концепция будущего видится на том, что юридические принципы права, права прежде всего, юридического равенства, на национальном, применительно к гражданам, и на международном уровнях. Вот это то, что позволит силовому суверенитету так называемому перестроиться в новую систему правовых, в подлинном смысле, правовых суверенитетов. Понятно, что это долгий договорный процесс. Но другого пути нет, и другого пути не обнаруживается. С этой точки зрения, мне кажется, назрела пора уточнить, пересмотреть, сделать определенную реформу устава Организации Объединенных Наций. Правовая комиссия ООН. Наделить ее, может быть, новым качеством систематизации, выработки предложений по механизмам правовым, решения проблем, как сегментарных, так и на глобальном уровне.
Дарья Гармоненко 