Анатолий Шикман
Непросто придумать удачное название для книги. Но вспомнился давний совет испанского поэта Хуана Рамона Хименеса: «Если тебе дадут линованную бумагу, пиши поперек». «Эти слова, – вспоминает Рейтблат, – я воспринял не как призыв просто противоречить общепринятым мнениям, а как пожелание мыслить и действовать нетривиально, стремиться искать новые пути и новые подходы». Советские реалии 70–90-х годов прошлого века, как правило, не позволяли ученому, занятому исторической социологией русской литературы, воплотить в жизнь этот совет. Автор объяснил, как ему удалось выйти за установленные рамки: «Мне повезло: я работал вне системы академических учреждений...» Работа в крупных библиотеках, журнале и издательстве не сковывала научный поиск, а впоследствии позволила воплотить в статьях и книгах множество находок.
В этой новой книге Рейтблата немало увлекательных страниц. Благодаря нетрадиционно поставленным вопросам стал возможен свежий взгляд на известные факты.
Действительно, почему популярная книжная серия называется «Жизнь замечательных людей», а не «Биографическая серия»? Потому что, несмотря на все политические и культурные изменения в России, биографический жанр почти всегда был апологетический, а «негативные персонажи» оставались без биографий. Но если исследователь изучает лишь Пушкина, Мандельштама, Платонова, Набокова, оставляя без внимания «антисемита» Нилуса, «доносчика» Булгарина, «бульварную» Нагродскую, «оголтелого» Кочетова, то – убеждает автор – «в результате мы получаем не историю литературы, а «историю генералов» либо кунсткамеру, в которой без внутренней логики выставлены разнородные экспонаты».
Рейтблат показывает, как много может дать исследователю (а значит, и читателям) такой вид биографического жанра, как некролог («Товарищ Фрунзе не знал личной жизни, все силы его уходили на борьбу за идеалы социализма» /«Правда». 1925. 3 ноября/) или инскрипт (авторская дарственная надпись на книге), редко становящиеся предметом изучения, и объясняет, какие факты и почему в биографию не попадают.
В книге Рейтблата рассказывается, как задолго до Михаила Булгакова, в 1872 году, российские читатели прочли роман-памфлет некоего Ивана Спиридонова «Бес в столице», повествующий о прибытии в Петербург молодого черта, успешно знакомившегося с бытом и нравами столичной прессы, и как удалось выяснить, кто был его настоящим автором. Любопытно из книжной статьи «Пушкин-гимнаст» узнать о том, что Пушкин, «наше все», был причастен и к становлению гимнастики в России.
Автору удалось рассмотреть множество вопросов: от механизма конструирования литературного мифа, которому верит публика, до того, каким должен быть литературоведческий комментарий в эпоху Интернета.
