Думающему меломану

Рейв-культура – неотъемлемая часть современной поп-индустрии. Иллюстрация создана при помощи нейросети «Шедеврум»

«Сейчас все писатели!» – громогласно заявлял в знаменитом советском фильме герой в исполнении Владимира Басова. Что же, в нашей стране, где музыкальная журналистика, посвященная современной поп-культуре, находится, чего уж там греха таить, в положении бедного родственника, тем не менее регулярно появляются весьма уверенные в себе (непонятно только, на каком основании) специалисты по всем вопросам. Соцсети и блогосфера кишмя кишат роликами, статьями и обзорами с кричащими заголовками: «История отечественного пост-панка за 10 минут», «Все о гангста-рэпе» и т.п. Так что сейчас действительно «все писатели», а вернее, музыкальные критики, стремящиеся поделиться с вами своими познаниями. Но на поверку познания эти оказываются крайне поверхностными. Глубокого погружения не ждите. Хип-хоп у этих «знатоков» сведется к Wu-Tang Clan и Эминему, панк-рок – к Sex Pistols и, допустим, Green Day, поп-музыка – к Мадонне или Тейлор Свифт.

В случае с «Крупными формами» – совсем другое. Никаких поверхностных суждений, уйма интересной информации, и все это подается с удивительной интеллигентностью и любовью как к музыке, так и к читателю-меломану. Блестящий перевод Льва Ганкина заслуживает отдельной похвалы. Уж поверьте на слово, сколько ляпов обычно обнаруживаешь в отечественных переводах книг о поп- и рок-музыке! Здесь же проделана скрупулезная работа. Тот случай, когда эрудиция переводчика нисколько не уступает знаниям автора книги. Впрочем, в Сети уже нашлись очередные «знатоки», которые, увидев оригинальное название произведения – Major Labels, – обвинили Льва Ганкина в неточности перевода. Дескать, книжка-то о крупных лейблах, звукозаписывающих компаниях. Извините, но, даже учитывая панковское прошлое Санне, подобные претензии просто смешны. И буквально переводить книгу как «Крупные лейблы» было бы нелепо.

Итак, перед нами семь жанров: рок, R&B, кантри, панк, хип-хоп, танцевальная музыка, поп. И одно из главных достоинств «Крупных форм» – это непредвзятость и стремление к объективности. Читая подобные книги, посвященные различным жанрам современной музыки, всегда можно вычислить, какое из направлений автору не больно-то по душе, но пройти мимо нельзя и описать придется, хоть и не хочется. Знакомясь с каждой из глав «Крупных форм», удивляешься, насколько Санне знает и любит каждый из жанров, насколько автор открыт для восприятия всего нового. Уже в главе про рок становится ясно, что элитизм чужд Санне: в этой части он, к примеру, изучает феномен группы Grand Funk Railroad – хард-рокеров, разгромленных критикой, но завоевавших бешеную популярность среди целевой подростковой аудитории.

В главе про R&B наибольший интерес представляет удивительная метаморфоза: как из ритм-н-блюза и соула (на продвижении последнего субжанра в свое время сделала себе имя компания Motown) получился тот самый современный ар-эн-би, который давно уже окучивают и российские исполнители. Подробно рассматриваются и непростые отношения ар-эн-би с хип-хопом. Много говорится и об отмене некоторых ар-эн-би-исполнителей, замешанных в различного рода скандалах и темных делишках.

Келефа Санне. Крупные формы. История популярной музыки в семи жанрах / Пер. с англ. Л. Ганкина.– М.: АСТ; Corpus, 2024. – 464 с.

Две главы, где, пожалуй, больше всего авторского «я», посвящены самым протестным формам – панку и хип-хопу. В обе из них Калефа Санне погрузился в свое время с головой и поэтому пишет о них, вспоминая разные эпизоды и этапы собственной жизни. Несмотря на близость двух агрессивных жанров, автор подчеркивает, что панк в конце концов все же стал частью рок-музыки, а вот хип-хоп по сей день избегает институционализации, сохраняя свое воинственное начало. С другой стороны, автор справедливо указывает, что именно в панк-культуре сложился весь тезаурус феминизма, в то время как хип-хоп постоянно демонстрирует проявления сексизма и воспевает насилие.

Техно, хаусу, брейкбиту и прочим жанрам танцевальной музыки посвящена соответствующая глава, в которой очень важное место занимает описание английской, а потом и европейской рейв-культуры. Подпольные рейвы, полицейские облавы, запреты – все это демонстрирует характерную обрядово-ритуальную культуру электронной танцевальной музыки. Без которой, думается, и воспринимать эту музыку невозможно.

Завершается пробег по жанрам главой про собственно поп-музыку, которая в описании Санне приобретает качества Протея, принимая разные формы, черпая из самых, казалось бы, далеких друг от друга источников.

В финале автор подчеркивает, что музыка всегда была веским поводом отделить себя от другого, подчеркнуть свой вкус, противопоставить его кому-то. Но мир меняется, и даже прежде зубастая музыкальная критика ныне проявляет крайнюю осторожность, словно боясь кого-либо оскорбить или обидеть. Вправе ли она тогда называться критикой? Вопрос. Что произойдет с музыкой в дальнейшем? Останется ли она важной или превратится в саундтрек досуга? И на эти вопросы, которыми автор задается, ответа нет. Однако в настоящий момент положение дел не меняется: «Пока люди остаются одержимы популярной музыкой, они, без сомнения, будут оставаться и в плену убеждения, что они, безусловно, правы, а их соседи – даже самые умные и приятные среди них – глубоко и безнадежно неправы». Что ж, не поспоришь. Ну а книгу Санне стоит прочитать любому думающему меломану.

Самара