Миронов Вячеслав. Я был на этой войне: Роман. - М.: Библион - Русская книга, 2001, 432 с.
С ПЕТРОВСКИХ времен армия играла в политической, экономической и социально-психологической жизни нашей страны такую значительную роль, что без понимания ее судеб разных эпох, особенностей ее сознания, ее представлений невозможно понять судьбу народа и страны. Можно сколько угодно говорить о пагубности милитаризации русской жизни (и это чистая правда!), но бессмысленно игнорировать реальное положение вещей: еще долго проблема военного человека будет одной из ключевых проблем нашего общественного сознания.
Афганская и чеченская войны сделали ее особенно острой. Для того чтобы понять происходящее в этой сфере, нужен материал, которому можно доверять. И это прежде всего свидетельства участников событий. Исповедь капитана Миронова - из этого пласта. Я не случайно употребил слово "исповедь". Это не просто воспоминания о пережитом и увиденном. Это явная попытка извергнуть из своего сознания, из своей памяти то самое страшное, порой отвратительное, непереносимо жестокое, что не дает человеку жить нормальной человеческой жизнью. Ведь "жанр" исповеди в его изначальном, церковном, варианте - необходимость очиститься от худшего, греховного, что происходило с человеком. Исповедующийся искренне - всегда жесток к себе.
Книга капитана Миронова - страшная книга. Ужас античеловечности сгущен в ней до предела. И неважно, происходило ли это с самим автором или он вбил в свой сюжет и опыт других. В любом случае это безжалостная к себе и к миру исповедь русского офицера эпохи российско-чеченской трагедии. В некотором роде - это энциклопедия не только чеченской войны, но и боевых ситуаций, и персонажей вообще. Тут и прорыв небольшой группы сквозь контролируемую противником территорию, и бой в окружении, и бессмысленно кровопролитные, преступно неподготовленные атаки, и вороватый интендант, и хлыщ из Генштаба, и захваченный в плен предатель-перебежчик, и боевое братство... Стараясь писать "правду и только правду", Миронов тем не менее не может избежать боевого молодечества, жутковатой романтизации происходящего. Но это только придает психологической достоверности. Очевидно, это неизбежный элемент ретроспективного самовосприятия сражающихся людей, без которого память о кровавом кошмаре была бы невыносимой.
Яростное, горькое, жестокое - иногда отталкивающе жестокое - повествование капитана Миронова есть симптом тупиковости того положения, в котором оказывались и Россия, и Чечня... Главный урок, извлеченный из романа, - безысходность расчеловеченности. И это относится не только к чеченской войне.
Яков ГОРДИН,
главный редактор журнала "Звезда"
г. Санкт-Петербург
Вера Цветкова 
