Евгений Матвеев Отдание воинской чести – особый ритуал, есть в нем что-то такое, «таинственно-масонское». Вроде бы ничего особенного: при встрече вскинуть руку и поднести к виску, одновременно резко повернув голову и приподняв подбородок. Кажется все просто. Ан нет! Здесь особая динамика нужна, когда локоть – кисть – подбородок взлетают в единое порыве, и на мгновение замирают в наивысшей точке. Задержка и есть кульминация. И чем дольше длительность этой микропаузы, тем «шикарнее» (это как в театре или спорте, талант определяется своевременностью и умением «держать паузу»).
Курсантами в училище мы подолгу перед зеркалом отрабатывали отдание чести, но так и не смогли научиться делать это так, как Сашка-кадет. Пришел он к нам из «кадетской школы» – из Суворовского училища. Как многие. Но только Сашка, единственный и неповторимый, мгновенно вытягивался словно струна и тянул это мгновение с особым, известным только ему смаком. Мы все тайно Сашке завидовали. А он не скрывал профессиональных секретов, учил, учил, но у нас все равно никакого смака не получалось┘
Особое ощущение возникало, когда честь отдавали тебе. Тогда мы просто не знали этого гадкого «значит, уважают» и просто радовались как дети. На первых годах учебы после приказа о присвоении выпускникам офицерских званий бегали отдавать честь новоиспеченным лейтенантам, которые платили первому откозырявшему по десять рублей (деньги по тем временам немалые), а потом пришел и наш черед поделиться своими кровными с юным улыбающимся во весь рот веснушчатым курсантиком.
Ритуал отдания воинской чести – священнодействие менялось вместе со страной. Во времена всеобщего нигилизма шиком стало НЕотдание чести. Друзья все время жаловались: почему тебе отдают, а нам – нет. Приходилось отшучиваться. Родом я из небольшого латышского городка. Там при встрече все здороваются друг с другом вне зависимости от возраста, пола и национальной принадлежности «лабдиен»! Люди смотрят в глаза и желают доброго дня, а в глазах истинное сопереживание – ответная реакция. Здравия желаю – это взаимно!
Разные были у меня командиры, а этот – отличный летчик, хороший организатор, но самодур. Ко мне относился как-то по-особенному. На службе подчеркнуто строго, крики и взыскания, а после – словно бы извиняясь за «очередное служебное несоответствие» – по-дружески приглашал: «Пойдем домой вместе». Сразу нужно оговориться, что перед моим отъездом на учебу он все взыскания снял, но речь не об этом.
Так вот, возвращаемся мы домой короткой дорогой (для чего нужно было пересечь территорию соседних частей) и мирно беседуем (не знаю, быть может, ему были интересны какие-то мои мысли, идеи, образ мышления)┘ Вдруг навстречу нам солдат не из нашей части, проходит и не отдает честь. Командир окриком его останавливает и, ни слова не говоря, с размаху бьет его в лицо. Солдат от неожиданности падает. Командир размахивается, чтобы ударить еще. Прыгаю сзади ему на спину и пытаюсь удержать. Да куда там: здоров как бык, ревет как зверь и пытается бить лежачего ногами. Валю на землю и кричу обалдевшему в конец солдатику: «Беги!» Тот вскакивает и – деру.
Мы боремся, скорее барахтаемся на земле. Командир скрежещет: «Почему не отдал честь? Почему не отдал честь?» А где солдатику – не авиатору – знать, кто ему встретился: летная «демисезонка» (куртка), погонов нет┘ Встаем. Отряхиваемся. Молча идем домой. Как ему объяснить, что «Здравия желаю» – это взаимно, а не ты – мне, я – тебе не отдал┘ И смотреть нужно в глаза, а не на ремень или сапоги.
С тех пор много воды утекло, но, бывает, проходит мимо меня сегодняшний офицер, вскинет руку, а потом чертыхнется и резко махнет. Какая неведомая сила подбрасывает руку? Недавно вернулись из Африки, когда на встречу шли африканцы, они улыбались и здоровались со мной. Спутники искренне удивлялись: почему? Потому что сразу видят, что я им «здравия желаю».
Воинская честь в разных странах отдается по-разному. Американцы любят отдавать честь по делу и без. Это – небольшой излом кисти и резкое движение от виска. У поляков – странная форма из двух пальцев, чем-то напоминающая пистолет, который зачем-то подносят к виску... Однако, убежден, наше воинское приветствие – наиболее точное.
На мой взгляд, можно иметь самую современную, самую технически оснащенную армию, но победить она сможет лишь тогда, когда внутри ее люди будут искренне, с достоинством и воинской грацией произносить эти краткие, как вспышка молнии, два слова: «Честь имею» или «Здравия желаю». Настоящая армия начинается с Чести и Здравия...
...Кстати, Сашка-кадет стал замечательным военным человеком, авиатором, ученым, семьянином┘
