0
5585
Газета Заметки на погонах Интернет-версия

27.11.2015 00:01:00

Командировки на войну

Александр Сладков и его книга

Александр Лучанинов

Об авторе: Александр Васильевич Лучанинов – полковник в отставке, военный журналист, бывший заместитель начальника Управления информации и печати МО РФ, лауреат премии Союза журналистов РФ.

Тэги: книги, рецензия, обзор, война, вгтрк, сладков


43-16-01.jpg

Александр Сладков. Обратная сторона войны. – М.: Эксмо, 2015. – 400 с.

Книги сейчас пишут все. Писателей много – читателей мало. Раньше было наоборот: читателей много – писателей мало. Но тогда это были книги, а в наши дни они называются с некоторым чувством пренебрежения – книжки. Я до сих пор не могу себе позволить это слово, потому что «чукча не писатель – чукча читатель». И каждая новая хорошая книга вызывает чувства сродни восторгу букиниста, нашедшего на развалах редкое издание.

Эта книга – «Обратная сторона войны» Александра Сладкова.

Ее я проглотил залпом. Блестяще! Нобелевская бендеровка рядом не стояла. Но автору Нобеля не дадут. По пятой графе не проходит. А вот на «Большую книгу», пожалуй, может претендовать.

Александр Сладков окончил Курганское высшее военно-политическое авиационное училище в 1987 году. В 1992 старшим лейтенантом уволился из Вооруженных сил. И вот уже более 20 лет – военный корреспондент ВГТРК. Работал репортером «Вестей», программы «Зеркало». Теперь он ведущий «Военной программы» на телеканале «Россия-1».

Я знаком с ним с 1994 года. Как это произошло? Читайте в книге – там все написано.

О чем эта книга? О войне. И не только о ее обратной стороне, как указано в заглавии. Обратная сторона Луны ничем не отличается от видимой. Просто что не доступно глазу, то интереснее. С точки зрения автора, человек на войне и есть ее обратная сторона. Но нет, наоборот, это самая яркая и видимая ее составляющая. Обратная сторона – это военная политика и механизмы ее реализации. А вот об этом в книге нет. Автор иногда с сожалением пишет о том, что он никогда не узнает, почему случилось то или иное событие.

Эта книга не мемуары генерала, а записки солдата-окопника. Только его оружие не автомат, а телекамера. И в этом ее ценность.

Солдат войну не выбирает. В 90-х нам суждено было воевать на гражданской. Просто сейчас власть стыдливо старается избегать этого термина. Она из всех утюгов кричала, что в 90-е спасла страну от гражданской войны. Таджикистан, Абхазия, Чечня, а в наши дни Донбасс – война между гражданами одной страны, то есть гражданская. Об этом и пишет Александр Сладков. А еще о двух чужих конфликтах: в Афганистане (после нашего похода) и Сирии (пока до нашего участия).

Жизнь на войне – это главное в книге. Причем жизнь, написанная телевизионщиком. Жанр – репортаж. Текст почти отхронометрирован. Со стэндапами. Газетчик так бы не написал. Здесь нет лирики и рассуждений о смысле жизни. Как-то один мой знакомый журналист кричал на монтаже: «И еще добавьте 30 секунд аналитики». Вот так и в книге – на аналитику только 30 секунд.

Главное достоинство книги Сладкова – правда. В то время у демократов было два самых известных выражения по отношению к солдатам и офицерам, пришедшим с войны: «я вас туда (в Афганистан, Таджикистан, Абхазию, Чечню) не посылал» и «обостренное чувство справедливости». Это говорилось и писалось во всех СМИ и исполнялось во всех госструктурах. Со своим патологическим чувством ненависти к армии они даже не пытались понять, что справедливость, как и осетрина, второй свежести не бывает и чувство справедливости всегда обострено. И эти враги были опаснее душманов на фронте. В конце сентября 1993 года я улетал из Душанбе. По этому поводу командир 201-й дивизии полковник Виктор Тимофеев организовал дастархан. Пьем водку под плов. Настроение паршивое. Уже опубликован указ Ельцина от 21 сентября № 1400. После второй бутылки комдив говорит:

– Саша, возьми свой автомат в Москву.

– ???

– Вдруг удастся перестрелять этих гадов.

– Да я к тебе следующим почтовиком обратно. Хочу хоть неделю без автомата походить.

(К этому времени Ельцин уже разоружил армию. Все личное оружие было сложено в ящики и сдано на склады. В караул солдаты ходили без автоматов.)

В январе 1994 года командира дивизии сняли. Генерала он так и не получил.

Современным читателям сложно понять реалии 20-летней давности. Тогда, в 90-е, корреспондентов нужно было охранять от своих же солдат и офицеров больше, чем от противника. В войсках журналист – это враг, гораздо хуже, чем на той стороне. Все равно соврет в угоду редакциям, которые целиком на стороне противника. В конце 80-х была объявлена «свобода слова». Цель этой «свободы» – уничтожение страны. А это можно было сделать, только уничтожив армию. И вот «уникальные журналистские коллективы» НТВ (Гусинский), ОРТ (Березовский) и остальные СМИ с революционным задором принялись шельмовать Вооруженные силы. «Под прицельные залпы наветов и лжи мы уходим, уходим, уходим…» Редакции каждую неделю летали в Лондон на летучку, а вернувшись, добивали, истекающую кровью русскую армию. Находящегося у нас в плену корреспондента радио «Свобода» известного «перестройщика» Андрея Бабицкого в Чечне, как вражеского агента, меняли на русских солдат. Слово «масючка» (корреспондент НТВ Елена Масюк) было ругательством.

Результатом этой информационной войны против своей армии стала ее полная деградация. Потеря управляемости и разложение.

Автор об этом не пишет. Саша пишет о том, что видел. И мы видим его глазами простых русских солдат и офицеров. Современных Тушиных.

В книге Сладков правильно говорит о том, что на фронте распознавание по системе «свой-чужой» проходит на интуитивном уровне. Саша был свой. Поэтому ему верили и он был редким представителем нарождавшихся «своих» СМИ. Он спасал имидж корреспондента. Еще в Таджикистане можно было отличить нашего журналиста от чужого (иностранца или демократа). Под обстрелом свой корреспондент бежал, прикрывая собой камеру (очень дорогая), а чужак сам камерой прикрывался (жизнь дороже).

Жизнь корреспондента – это командировки. Жизнь Сладкова – командировки на войну.

Рвутся мины. Звук знакомый

Отзывается в спине.

Это значит – Теркин дома,

Теркин снова на войне.

Александр Сладков – это Василий Теркин, у которого вместо винтовки Betacam. Он живет на фронте, а в родном Монине бывает наездами. Такой образ жизни мало кто понимает и принимает. Тем более в наши дни. На факультете журналистики МГУ теперь одни девушки. Даже на спортивном канале можно работать ведущим, не зная футбольных правил. В представлении этих телепузиков журналистика – сплошной светский раут. Официальные лица пресс-службы МО РФ говорят гламурным языком, используя слова и выражения, которых еще пару лет назад даже и не знали.

Сладков ушел на войну 20 лет назад и еще не вернулся. Почему? Читайте Хемингуэя и не спрашивайте, по ком звонит колокол. Война еще не закончилась.

Война – наркотик. Не в смысле отравы, а в смысле привыкания. И поэтому как только вернешься в Москву, тянет обратно. Ломка бывает тяжелой, знаю по себе. В 1997 году Ельцин уволил министра обороны генерала армии Игоря Родионова. Мне тоже пришлось уйти. Генеральный директор «Аэрофлота» маршал авиации Евгений Шапошников пригласил к себе создавать первую в гражданской авиации России пресс-службу.

Предстояла командировка в Бразилию. Рио-де-Жанейро, пятизвездочный отель, все включено и за счет компании. Звоню Сладкову:

– Саша, полетели

– Нет, я в командировку

– Так я тебя и приглашаю в командировку

– Я на войну в командировку

– Может, хватит? Штык в землю. Займись мировым рынком авиаперевозок.

– Нет, Василич, давай без меня. Мне до дембеля далеко.

Правда фронтовой жизни у Сладкова иногда переходит в натурализм. Но это правда, да и то еще не вся. Кто-то из чиновников поставил возрастное ограничение 18+. Бред. Эту книгу надо читать еще в школе. В 18 лет потенциальный читатель уже сам должен служить в армии.

Школьники про службу в армии практически ничего не знают. Когда власть сняла с офицеров погоны и прикрепила их на живот – многие вообще удивились, что в армии они есть. Неслужившее поколение знает о погонах только то, что они есть у американцев (из фильмов), у милиции-полиции (из сериалов), у прокуроров (по девочкам из новостей, причем чем моложе, тем больше просветов), в МЧС (из сводок о ЧП) и у судебных приставов (из личного опыта). К сожалению, общество, а особенно молодое, понятие не имеет об особой форме жизни – служении Родине. А в России служат только в церкви и в армии.

В Русской православной церкви есть уникальный опыт издания современных книг. Епископ Егорьевский Тихон после выхода своей книги «Несвятые святые» и другие рассказы» (премия «Большая книга» и самый крупный тираж в РФ с 1991 года – более 2 млн экз.) положил начало большой серии книг разных авторов под таким же названием. Авторы пишут о церкви, о жизни священства, монашествующих и мирян. Книги разлетаются из магазинов как птицы, и приходится допечатывать тиражи.

Полагаю, что надо начать издавать серию под брендом Александра Сладкова «Обратная сторона войны». Есть много журналистов, прошедших войну. Они и напишут. А как издавать? Видимо, надо обратиться к Сергею Шойгу? Или Николаю Панкову? Это могло бы быть отдельное издание Министерства обороны или «Библиотека «Красной звезды». А дальше – такие книги должны быть в каждой ленинской комнате – или как она теперь называется, – в школах и во всех библиотеках. Распространяться бесплатно…

Книга знакомит читателя с фронтовым бытом журналистов. В ней много пьют. Автор часто пишет, как он выпивал с хорошими людьми. В действующих частях таких большинство. С теми, кого Сладков не уважает, он не пьет. Это правда – мы из алкогольной культуры. И фронтовые 100 грамм не на пустом месте возникли.

Без глотка, товарищ,

Песню не заваришь,

Так давай по маленькой хлебнем!

Выпьем за писавших,

Выпьем за снимавших,

Выпьем за шагавших под огнем.

Новый 1997 год не сулил ничего хорошего. Только что вернулись с министром из Брюсселя. Денежное довольствие не платили уже почти год. Офицеры Генштаба почти все устроились на подработку. В отделах оставляли только по одному дежурному. Под демократическую трескотню армия агонизировала. По коридорам Генерального штаба ходили генералы и полковники с планами ликвидации Военно-морского флота, Сухопутных войск, авиации и стратегических ракет: НАТО нас защитит, а содержать все это дорого. «Кругом измена, трусость и обман» (Николай I). Об этом периоде развала хорошо написал Виктор Баранец в своих книгах.

Было понятно, что Игорь Николаевич Родионов доживает на должности министра обороны последние дни. Но мне был нужен хоть какой-то позитив про Вооруженные силы РФ в центральных СМИ. Я хотел, чтобы услышали: «Армия умирает, но не сдается!»

В январе в Боснии предстояла ротация двух наших батальонов в воздушно-десантной бригаде, стоявшей там уже год. Звоню командующему ВДВ генерал-полковнику Георгию Шпаку. Прошу взять с собой. Он соглашается, но только на порядочных корреспондентов. Пул хороших журналистов давно сложился естественным образом: на войне. Телевидение – Александр Сладков, радио – Татьяна Клинская, фото – полковник Виктор Хабаров из «Красной звезды». Из Пскова должны были лететь в Тузлу на Ил-76 вместе с десантом. Вылет из гражданского аэропорта, который, как и все местные линии, в те годы уже не работал. Но погоды не было – сплошной туман. У журналистов всегда есть дежурная бутылка. Но как пить? Вокруг в зале 500 солдат – при них нельзя, а все служебные помещения закрыты. Единственная открытая и свободная комната – женский туалет. Отправляю Таню Клинскую на рекогносцировку, а сам подхожу к знакомому генералу:

– Долго еще? Туман вроде уходит.

– Часа три. Теперь Тузла закрыта.

– Тогда пойдем с нами по 100 грамм.

Заходим в женский туалет. Витя Хабаров достает из кофра мензурку, Саша Сладков разливает. Командировка началась.

Вечером уже в расположении нашей бригады в Углевике генерал-полковник Шпак пригласил на ужин. Обстановка благодушная. Сладков пытается выяснить, как будем восстанавливать армию вообще и ВДВ в частности. В этот момент в комнату заходит генерал-майор. Командующий тут же поднимает бокал:

– А вот, Александр, ответ на твой вопрос, что будет дальше с русской армией. Посмотрите на этого молодого генерала. Он олицетворяет собой будущее ВДВ и всех Вооруженных сил.

Дальше он начинает перечислять его заслуги и таланты. Минутная пауза, пока наливают опоздавшему, и вдруг в тишине раздается звонкий, хорошо поставленный голос корреспондента радио Татьяны Клинской:

– А мы его знаем. Утром с ним в аэропорту в женском туалете водку пили из горлышка.

Классическая немая сцена из мхатовской постановки «Ревизора» рядом не стояла.

– Я всегда был уверен, что будущее ВДВ в надежных руках, закончил свой тост командующий.

«Эх, жалко камера выключена, – расстроился Александр Сладков, – ну да ладно», – и запел:

– От ветров и водки

Хрипли наши глотки,

Но мы скажем тем, кто упрекнет:

– С наше покочуйте,

С наше поночуйте,

С наше повоюйте хоть бы год.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Избежит ли Босния и Герцеговина участи колонии Запада

Избежит ли Босния и Герцеговина участи колонии Запада

В борьбу за власть включилось рекордное число политиков

0
274
Дрова стали индикатором финансового благополучия

Дрова стали индикатором финансового благополучия

Михаил Сергеев

В России сокращается заготовка древесного топлива

0
762
Мобилизация обнулит безработицу

Мобилизация обнулит безработицу

Ольга Соловьева

Российская экономика столкнется с дефицитом кадров, падением потребительского спроса и сжатием ВВП

0
1165
Здравницы переключатся на раненых

Здравницы переключатся на раненых

Анастасия Башкатова

Санатории надеются увеличить бюджетное финансирование с учетом новых реалий

0
807

Другие новости