Игорь Шелудков Недавно на даче наткнулся на личный раритет – металлическую банку из-под датских печений времен горбачевской перестройки. Не знаю, продавали ли в ту пору такие в СССР (очень сомневаюсь в этом), но свою я приобрел в военторге во время двухгодичной службы «за речкой» – в Афганистане. Очень вкусные были печенья. У меня таких тар от них несколько. А еще – от индийского чая. Тоже отменный был чай! Хорошо было пивать его с датскими печеньками. Храню: память. Жестяные упаковки навеяли воспоминания о нашей военной торговле, работавшей при 40-й воюющей армии.
«ДОНА» – ТО ВАМ НЕ ВОДА ИЗ ДОНА!
Да не утаим греха, братья-«афганцы»! Отправляясь в Афганистан, большинство наших офицеров и прапорщиков успокаивали себя тем, что в далекой неведомой стране можно будет не только достойно выполнить свой интернациональный долг перед Родиной, но и, по мере возможности и бюджета, прибарахлиться и подзаработать на что-нибудь крупное («недвижимое», как сейчас говорят). Такие уж были «времена со нравами»: формировали в людях, в том числе и в военных, стяжательские поползновения – у кого в большей, у кого в меньшей мере. Ведь в Советском Союзе наблюдался просто катастрофический дефицит товаров широкого потребления. Наибольший спрос был на качественную, добротную одежду и хорошую радиоаппаратуру. Отечественное шмутье и «кассетники» (переносные магнитофоны той эпохи) почти перестали соответствовать все возрастающим вкусам населения, которое, попробовав импортную конфетку, уже не хотело… ну, читатель понимает (а кто постарше, помнит). А обыкновенные джинсы в начале 80-х стоили две месячные зарплаты среднестатистического советского гражданина, да их было и не достать, как тогда выражались.
Самой же заветной мечтой того же среднестатистического потребителя был импортный видеомагнитофон, который можно было купить исключительно в комиссионном магазине. По стоимости эта штуковина тянула если не на автомобиль «Жигули», то на полтора-два «Запорожца». И большинству была вообще не по карману. Но копили на таковой, потому что и отечественный «видюшник» – ВМ-12 – по цене 1200 руб. тоже было не сыскать. А в Афгане эти «мечты о несбыточном» и многие другие дефицитные вещи можно было купить свободно и в разы дешевле. «Обогащался» воюющий люд в магазинах военторга, который предлагал в основном предметы заграничного производства, а также в афганских дуканах – торговых лавках.
С середины 80-х в Афганистане в военторгах с геометрической прогрессией стали появляться продукты питания и одежда югославского производства. Почему именно им отдавалось предпочтение, тому самому среднестатистическому покупателю понять было трудновато. Объяснил это однажды на одной из политинформаций с офицерским составом начальник политотдела дивизии. Наверное, его тоже где-то просветили, потому что в газетах об этом не писали и по телевизору не рассказывали. Начпо умел интересно и доходчиво излагать мысли, не гнал оголтелую завиральную пропаганду, и его всегда внимательно слушали.
Оказалось, причина наплыва югославской прилавочной розницы в следующем. Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций каждый год большинством голосов штамповала резолюцию, в которой наша страна осуждалась как агрессор, и излагалось требование о немедленном выводе советских войск из Демократической Республики Афганистан. Против такой резолюции ежегодно голосовали, естественно, СССР и страны социалистического лагеря, за исключением отдельных ренегатов (внимавшие попросили начпо это слово «перевести» на русский, и тот сказал: «На партийном языке это изменники») в лице Китая и Югославии.
Однако недавно в Югославии, продолжал политработник, произошел экономический кризис, и капиталисты бросили народ этой страны на произвол судьбы, а мы, то бишь СССР, несмотря на имеющиеся противоречия, взялись помочь. Дали кредиты, на льготных условиях перевооружаем югославскую армию и вот ширпотреб покупаем. В этом году, с удовольствием подытожил умелый оратор, Югославия в ООН впервые голосовала за Советский Союз. Все в этот момент прониклись повышенным уважением к югославской продукции, коей полнились полки военторговских «точек».
Однако одно югославское другому того же происхождения было рознь. К одежде претензий не было, чего не скажешь о продуктах питания. Разве что упаковки красочные. Печенье вообще было сплошной химией. Кому-то пришло в голову его… поджигать – горело, как таблетки сухого спирта.
Приятное исключение составлял югославский ягодный сок «Дона». Первым его уникальные свойства эмпирическим путем выявили прапорщики, а уж за ними пошло… Кинешь в бутылку три кусочка сахара-рафинада, выставишь на жгучее афганское солнышко, через сутки хлебнешь – и становится весело. «Дона» – то вам не вода из Дона! Рекламный слоган, по-современному.
И ЕСЛИ Б ВОДКУ ГНАТЬ НЕ ИЗ… САЛФЕТОК
Наряду с «Доной» не меньшей популярностью пользовался голландский напиток SiSi. Интеллигентный человек, конечно, название прочитывал сразу правильно, но в Афгане большинство офицеров и солдат именовали «СиСи» с ударением на первом слоге. «Ну что, присосемся к сисе», – подмигивали острословы друг другу. У кого что болело…
Жестяная трехсотграммовая баночка (а точнее 0,33 литра) – аналог всем известной апельсиновой «Фанты». В жару самое то! Стоила смешно – 25 копеек. Но были эти баночки с надписью SiSi большим дефицитом (воистину как и те, о коих у всех болело). Упаковками этот утолитель жажды не продавали, а отпускали по три штуки в день на руки.
За прохождением товара до прилавка и от него к потребителю бдительно следил водившийся тогда в каждой части народный контроль. Да и политорганы военторги проверяли. Не спали и особисты. Бесполезно! Неким чудесным образом напиток очень быстро исчезал из продажи у нас и возникал на прилавках у них – в афганских дуканах. По цене уже «рупь» за те же самые 0,33.
Таким же непостижимым для среднестатистического офицера и прапорщика способом в дукан перемещались и другие товары. Оставалось только восхищаться и изрекать, перефразируя поэта: «Военторг и мафия – близнецы-братья. А мафия, как известно, бессмертна!»
Но имели место и другие дивности. Скажем, неизвестно почему, но военторги были завалены советскими аэрофлотовскими салфетками стоимостью одна копейка за 20 штук. Не простыми, а в специальных упаковках. А в таковых потому, что салфетка была пропитана одеколоном. Неведомая вещь по тем временам, которой можно было попользоваться только в пассажирском лайнере во время продолжительного рейса, когда предусматривалось питание на борту. На земле влажных салфеток не продавали. Дешевизна же объяснялась тем, что срок годности этих утирок давно истек, а одеколон улетучился. Они никому не были нужны, но ими давали сдачу, когда у продавцов не находилось копеек.
Но выискивались те, кто их специально покупал! Поймали однажды солдат, которые открывали SiSi и бросали в банку несколько салфеток. Как оказалось, одеколон вышел, да не весь, и у него с сильно газированным напитком в зное тотчас начиналась реакция. Голь на выдумки хитра! «И если б водку гнать не из опилок…» – пел великий бард. А тут – из салфеток! Бойцы этот уникальный «энергетик» пили и пьянели. Много ль им было надо на жаре-то! Что ж, кому «Дона» с сахарком, кому SiSi с парами тройного. Искореняли сие явление, как требовало памятное постановление партии мая 1985 года о борьбе с пьянством и алкоголизмом, «каленым железом».
В огромном количестве в военторге водились китайская тушенка (жалкое подобие нашей) и бельгийские консервированные сосиски (неужели бельгийцы и сами оным питались?!). «Ну и гадость эти ваши…», – плевались все, поминая заливную рыбу Нади Шевелевой из бессмертной рязановской новогодней кинокомедии. Но по баночке каждой «гадости» везли с собой в Союз – из-за красивого оформления, коего на Родине отродясь не видали. Для прикола. Такую рекламу иного никудышного товара в наше время в совершенстве усвоили и у нас.
Об индийском чае разных сортов и датском печенье в металлических банках я уже упомянул. Храню от них тару. Не тот уже на ней колорит, но не поднимается рука выбросить.
Самым же ценным приобретением в военторге считались японские магнитолы. Распределялись они вместе с другим дефицитом строго по очереди, но хватало всем. Товар, в отличие от такого же в афганских дуканах, был с гарантией и гораздо дешевле.
А вот ходовые и престижные в те годы наручные японские часы покупались только у местных торговцев. В военторг они не поступали. А если б и поступали, то быстро бы оказывались в дукане. «Мафия»!
Кстати, об этих часах есть свои потешные истории. Расскажу в другой раз.
Минск
комментарии(0)