Михаил Боде Павел Жагун. Алая буква скорости: Книга стихотворений. – СПб.: Издательство Пушкинского фонда. 2009. – 196 с.
Двумя внешне противоположными свойствами лирика Павла Жагуна определяется, ими не исчерпываясь. Первое видно-слышно сразу: перед нами surround poetry с деликатно нюансированной просодией. «Эмбиент!» – уточнил бы тот, кто знает автора еще и как продюсера и музыканта-электронщика со сценическим псевдонимом Piezo. Однако, и вот второе свойство, движима эта поэзия умопомрачительной динамикой синтаксиса, тангенциональными образами – стремительными, броскими, пластичными. В метрической организации – та же легкость: за верлибром следует анапест, мелькают кое-где логаэды. Ни тени щегольства: метаморфозы служат одной цели – поймать движения «тени несуществующего».
Чем-то Жагун сродни Николаю Звягинцеву, чем-то – Константину Кедрову, чем-то – вообще Полю Элюару, а всем троим – верой в тотальность образа, его способность, просочившись в картину мира, обнаруживать подлинный смысл вещей.
Сквозь книгу одна за другой летят метаболы (здесь термин Михаила Эпштейна как нельзя более уместен), трассируя, по касательной, бьют в мировой колокол Гаусса, и вероятности, числа им нет, отливаются ровным звоном. Звон плывет, «багровеют соборы-свеклы», и в сгущающейся тьме возможностей с мягким треском вспыхивает аэроглиф – алая буква скорости, гегельянский дорожный знак на пути из инобытия – на пути к абсолюту.
Бегущая строка сознания. Мало того что автор – человек-оркестр, он еще и человек-театр, только на месте печального Пьеро у него внутренний Пьезо – тот, кто высекает искры из языковой породы. На обложке, наверное, тоже Пьезо. Совсем как у Макса Эрнста – его Лоплоп.
