Святослав Каспэ В начале этого десятилетия российская политика приобрела некоторые системные черты. Однако о складывании стабильной системы говорить еще рано. Уйдя от закона джунглей, мы еще не утвердили альтернативный ему закон гражданственности.
Основной ресурс, который позволил Путину установить хоть какие-то правила политической игры и более или менее успешно добиваться их соблюдения, - это фантастический и неизменно высокий уровень его массовой поддержки. Даже и до сих пор Путин в глазах масс не перестал быть "президентом надежды". Как показывают социологические исследования, единственной фигурой, с которой население связывает надежды на улучшения, на решение как глобальных, так и повседневных проблем, остается действующий президент. Именно отсутствие в стране фигур и, что еще важнее, институтов, хоть сколько-нибудь сопоставимых с Путиным по этому параметру, сделало возможными все преобразования последних лет. И это же обстоятельство является источником серьезных угроз.
С одной стороны, резко сузился "коридор возможного" для различных сегментов политической системы, и их деятельность стала более соответствовать изначально предполагавшейся (и, между прочим, конституционно предписанной): правительство из конгломерата лоббистских групп начало превращаться в консолидированный орган управления экономическим развитием; парламент вместо обструкционистского шабаша стал все-таки принимать законы; суды стали хоть как-то судить, бизнесмены - заниматься бизнесом, партии - бороться за доверие избирателей, а не за "черный нал".
С другой стороны, эти приобретения в любой момент могут быть утрачены. Доверие граждан остается сконцентрированным на фигуре Путина, а смена стиля поведения иных политических субъектов воспринимается людьми как вынужденная и временная. Собственно говоря, Путин не является частью российской политической системы - он ее всего лишь плотно контролирует, но этот контроль в любой момент может быть утерян. Главная политическая проблема современности - "одиночество Путина".
Оптимистический сценарий выхода из этой напряженной ситуации - формирование устойчивого альянса между Путиным и некоторой политической в полном смысле этого слова силой, организованной и структурированной, пользующейся устойчивой распределенной поддержкой в стране - со стороны как отдельных граждан, так и гражданских объединений. Эта сила, безусловно, должна будет выдержать жесткий тест на свою пригодность к этому альянсу. Но, выдержав этот тест, такая сила сможет консолидировать российский политический организм, сможет освободить все еще пережатые, заблокированные каналы прямой и обратной связи между высшей властью, политической элитой и рядовыми гражданами, сможет направить к общему благу действия всех ветвей и уровней власти. Без появления такой политической силы - или, называя вещи своими именами, такой партии - политическая система России существовать не может.
