0
11377
Газета Реалии Интернет-версия

27.03.2020 00:01:00

Методологический подход к определению асимметричного конфликта

Оценка возможностей, целей, идеологий и мотиваций враждующих сильной и слабой сторон

Александр Селиванов

Сергей Чварков

Об авторе: Александр Алексеевич Селиванов – полковник, доктор военных наук, доцент,Сергей Васильевич Чварков – генерал-лейтенант, доктор военных наук, профессор.<br>

Тэги: вагш, чварков, равн, теория войн, асимметричный конфликт, сша, вьетнам, афганистан, ирак, корея


вагш, чварков, равн, теория войн, асимметричный конфликт, сша, вьетнам, афганистан, ирак, корея Борьба с партизанами всегда трудна и малоэффективна даже при массированном использовании сил. Фото Reuters

Как следует из целого ряда исследований и публикаций, асимметричное насилие представляет собой совокупность разных видов вооруженного противостояния более слабых оппонентов значительно более сильным. Четкое определение сущности этого насилия возможно только после определения причин и условий, при которых слабые игроки вступают в противостояние с более сильными. А также необходим анализ хода и исхода конфликта, а также оценка его результатов. Однако, несмотря на достаточно большую ретроспективу асимметричных действий в практике войн и боевых действий, до конца их природа (до необходимых пределов) в теории военного искусства не разработана.

Анализ истории войн и вооруженных конфликтов показывает, что в основе своей военные (боевые) действия, которым в той или иной мере был присущ асимметричный характер, разворачивались между крупными государствами с высоким уровнем развития и государствами, находившимися на более низкой ступени развития. Как правило – между колониальными государствами и негосударственными акторами, ведущими народно-освободительную войну. А также между государствами и негосударственными акторами во внутренних конфликтах.

Практику асимметричных действий достаточно подробно исследовали и описали зарубежные и отечественные политологи. Но в военной науке системные исследования данного направления начались лишь в начале XXI века.

Это стало следствием того, что конфликты с участием негосударственных игроков в настоящее время представляют угрозу национальной безопасности наиболее развитых государств мира.

В то же время следует отметить, что природа конфликтов с участием негосударственных акторов достаточно подробно описана в теории конфликтов низкой интенсивности, партизанских и противопостанческих войнах и т.д. Но в этих исследованиях как таковая проблема асимметрии объектом внимания не являлась. Появление транснациональных сетевых движений, квазигосударств, международных террористических организаций, успешно противостоящих, в том числе и вооруженным путем, государствам и коалициям государств, создало предпосылки и определило необходимость внимания специалистов в области асимметрии к «новым» войнам.

АКТОРЫ, ЦЕЛИ

Вместе с тем теоретические исследования, связанные с попытками оценить асимметрию конфликта с точки зрения количественных и качественных показателей, позитивных результатов пока не дали, а усилия политиков и идеологов по нормативному правовому регулированию в условиях кризиса не всегда бывают поняты противостоящими государству акторами.

На первый взгляд в современных условиях фактически нет оснований сомневаться в успехе технологически, экономически и в военном отношении превосходящей стороны, которая должна без особых проблем и в короткие сроки добиться разгрома более слабого противника. Причем, как правило, сильная сторона еще и обладает международным авторитетом, признанием и поддержкой. Стоит отметить, что асимметричные конфликты последних лет приобретают все более затяжной и деструктивный характер без видимых признаков скорой победы и скорее имеют тренд к поражению (недостижению целей) сильной стороной (войны XXI века в Афганистане, Ираке, Йемене). В основном это связано с поддержкой негосударственных акторов местным населением, что во многом сделало очевидным провал антитеррористической и контрповстанческой стратегии США и их союзников по коалиции.

Попытки США представить свои усилия по борьбе с террористической угрозой как заботу о благоденствии других народов, распространении демократии, защите населения, о развитии той или иной страны натыкаются с течением времени на непонимание населением (кому оказывается помощь) основ той «свободы и благоденствия», которые ему обещают. Как следствие, протестная база слабой стороны нарастает вместе с ростом ее поддержки со стороны населения, внутренних и внешних финансовых источников. Усилия же государства по лишению негосударственных акторов поддержки со стороны населения не гарантируют прекращения конфликта, а только усугубляют его. Для понимания природы асимметричного конфликта важно не только определиться с его участниками, но и понять, за счет каких источников негосударственные вооруженные акторы могут бесконечно долго вести вооруженное противоборство с заведомо более сильным противником, не понимая, каким путем необходимо идти для достижения конечной цели, но имея эту цель и идеологию.

При построении концепции асимметричного конфликта необходимо определить возможные цели и осуществить их градацию, выявить всех возможных участников конфликта и установить локальные цели каждого из акторов, определить сущность и содержание конфликта, принципы ведения военных и невоенных действий, преимущества каждой из сторон конфликта, причем не только с точки зрения военного, экономического и технологического потенциала (оценка должна быть всесторонней, не последнюю роль играет морально-психологическая и духовная сторона).

Построение данной концепции осложнено фактическим отсутствием в отечественной военной науке трудов, посвященных разработке теории асимметричного конфликта. Притом что отечественным военным искусством накоплена уникальная база подготовки и ведения асимметричных действий, в которых принимали участие разные по «статусу, ресурсам, интересам, применяемым стратегиям и тактикам» акторы конфликта и связанным с этим существенным расхождением в путях достижения цели.

На наш взгляд, ошибочными представляются попытки некоторых авторов ограничить исследование асимметричных конфликтов только теми, в которых участвуют наиболее развитые государства мира, особенно претендующие на глобальное доминирование, и государства с низким уровнем демократии. Также не в полной мере удовлетворяют требованиям системного подхода в научных исследованиях попытки некоторых авторов ограничить поиск «истины», рассматривая асимметричные конфликты только в границах второй половины XX – начала XXI века, уделяя внимание внутригосударственным конфликтам и уходя от межгосударственных. А также ошибаются те, кто ограничивается оценкой только конфликтов между негосударственными акторами, которые также следует относить к асимметричным.

Вместе с тем следует признать, что далеко не все конфликты внутри государства асимметричны. До сих пор не подвергнуты многофакторному анализу и конфликты по локализации и устранению террористических угроз в ходе внутригосударственных конфликтов. В данном случае наблюдаются многогранные потери от одностороннего насилия против гражданского населения. Кроме того, общей проблемой зарубежной и отечественной военной науки, и в особенности практики управления войсками (силами), является отсутствие аналитической модели асимметричного конфликта. Наличие и разработка такой модели позволят повысить уровень развития теории и прагматическую направленность исследований. Однако это требует создания концепции асимметричного конфликта и выработки рекомендаций военно-политическому руководству по его локализации. Важность разработки таких рекомендаций определяется самой природой асимметричных конфликтов, результаты которых неоднократно опровергали колоссальный опыт мировых держав по ведению классических, противопартизанских и противоповстанческих войн с развивающимися государствами (Вьетнам, Алжир, Афганистан). Именно асимметричные конфликты опровергают действенность нормативного и нормативно-балансного подходов к их планированию и локализации, то есть когда рассматривается только опора на силовое доминирование. А это не всегда позволяет достичь победы через преобладание в потенциальных возможностях армии и государства.

УСПЕХ СЛАБОГО

Еще раз необходимо отметить, что военные успехи сильной стороны не всегда приводят к победе политической и обеспечивают достижение целей вооруженного противостояния, а скорее наоборот, слабая сторона получает гораздо больше преференций, чем те, на что она изначально рассчитывала. Как правило, в асимметричном конфликте победа слабой стороны обеспечивалась ее способностью истощить волю сильной стороны к продолжению борьбы и заставить ее прекратить войну на выгодных для слабой стороны условиях.

Поражение мировых держав в асимметричных конфликтах обусловлено потерей политической воли к продолжению войны и широким комплексом асимметричных отношений между противниками, диаметрально противоположными подходами слабой и сильной стороны к войне (тотальная война – для слабой стороны, ограниченная (локальная) война – для сильной), применением асимметричных стратегий борьбы (когда классическая война противопоставлена партизанской войне), возрастанием доминанты невоенных факторов над военными. Совокупность этих условий определяет суть асимметричного конфликта и состоит в политическом поражении великой державы в войне против заведомо более слабого противника, когда превосходство в военной силе не гарантирует победы и при определенных условиях может быть даже контрпродуктивным.

НОВЫЕ ВОЙНЫ

Наряду с активной дискуссией в СМИ по асимметричным конфликтам в последние годы актуальной стала и тематика обсуждения «новых» войн, под которыми авторы понимают: войны малой напряженности, малые войны мировых держав, локальные вооруженные конфликты, в том числе асимметричные, информационные и экономические войны и др. Причем наиболее характерной чертой «новых» войн становится преобладание невоенных факторов победы и поражения. Для «новых» войн очевидным является изменения характера военных действий – переход от прямого военно-силового противоборства к непрямым формам борьбы, а также ведение малых войн с участием мировых держав в странах третьего мира в противовес большим войнам между великими державами (конфликты низкой интенсивности, ограниченные войны, локальные войны, антиповстанческие и миротворческие операции и др.).

С одной стороны, взгляд на «новые» войны имеет более общий характер и позволяет вскрыть все нюансы военного конфликта, в том числе асимметричного. С другой – актуальность исследований сущности и правил ведения асимметричного конфликта отвечает потребностям мировых держав по оценке и локализации возможных угроз в новом мире за счет использования очевидных преимуществ сильной стороны для нанесения сокрушительного удара по противнику за счет высокоэффективных неожиданных действий по наиболее уязвимым объектам.

Таким образом, и в «новых» войнах, и в асимметричных действиях цель одна: за счет выбора эффективной стратегии борьбы добиться максимального успеха при минимальных затратах и потерях. Кроме того, асимметричная стратегия действий формируется на основе нетипичных (рефлексивных, неожиданных) решений для борьбы с сильной стороной и нивелирования за счет этого ее преимуществ в силах, средствах, положении и т.п.

11-4-1350.jpg
Пентагон в асимметричных войнах
практически не может одержать победу,
несмотря на технологическое превосходство.
Фото с сайта www.defense.gov
Одним из источников асимметричных войн западные идеологи определяют «превосходство в конвенциональной военной области», которое фактически призывает акторов противостоящей стороны к применению асимметричных средств и методов. При этом слабая сторона будет стремиться избегать прямой военной конфронтации с сильной стороной, но активно применять терроризм, угрожать применением бактериологического, биологического или химического оружия, вести информационную войну, пропаганду, проводить экологические диверсии и др. Кроме того, в рамках стратегий «новой» войны слабая сторона может реализовывать с сильным противником асимметричные методы и средства борьбы, воздействуя на руководство коалиционными группировками войск, системы управления и разведки, причиняя больший, чем ожидалось, урон живой силе доминирующей стороны, ослабляя ее решимость и др. В такой трактовке асимметричный конфликт является антиподом традиционных военных действий с точки зрения выделения и применения сил и средств, проявления и обострения угроз, опасностей, проведения различных атак, подготовки и ведения военных действий.

Меняются сами традиционные принципы ведения военных действий, но при определении новых принципов нет единодушия, которое, впрочем, и не может быть достигнуто в силу неопределенности, существующей в самой асимметрии. Тем не менее именно разнообразие принципов позволяет в последующем выйти на формирование закономерностей асимметричных действий, определить их методологию, разработать концепцию. Следует признать, что в теории это самый сложный процесс, который требует не только знания предметной области, но прежде всего понимания объективных причин возникновения и ведения асимметричных действий. А в этом процессе нужны опыт и знания не только философов, политологов, но и математиков, системных аналитиков и экономистов. Последние необходимы для того, чтобы обосновать целесообразность или абсурдность асимметричного конфликта в рамках экономической состоятельности борьбы за достижение определенных целей.

В качестве примера можно рассмотреть США, которые с началом «активной борьбы с терроризмом» в основу нерегулярных военных действий заложили трактовку «насильственной борьбы между государством и негосударственными игроками за власть и влияние на соответствующее население».

Последняя позиция, несомненно, является продолжением хорошо апробированной в колониях Великобританией стратегии «завоевания умов и сердец» и характеризует системный подход США к поиску ответов на возникающие новые вызовы как от традиционных сильных противников, так и от более слабых или негосударственных игроков. При этом основные усилия США стремятся приложить не столько к военной победе, сколько к получению поддержки со стороны населения территории, в отношении которой осуществляется агрессия (парадокс асимметрии). Как пример – длящийся много лет период постконфликтного урегулирования в Ираке, Афганистане, неутихающий конфликт в Сирии и Ливии.

Очевидно, что одной из основных особенностей асимметричных конфликтов являются разнонаправленные устремления сторон. Сильная сторона стремится к симметрии, достижению баланса интересов сторон и переводу конфликта в традиционное русло, слабая сторона – к сохранению асимметрии и неопределенности, оставляя за собой право выбора стратегии поведения и тактики ведения военных действий. При этом «активность» и направленность действий слабой стороны труднопрогнозируема, а следовательно, существенно ослабляется возможность проведения не только опережающих, но даже адекватных опасности действий. Кроме того, превосходство в силе и ресурсах сильной стороны не является достаточным сдерживающим фактором для действий слабого противника, так как предмет конфликта несет в себе большую ценность для слабой стороны.

В современных условиях при конфликте интересов для более слабой стороны все актуальнее становится положение «можно проиграть сражение, но выиграть войну». Однако это трудно сопрягается с несогласием негосударственных акторов в асимметричных конфликтах на достижение статуса-кво и прекращение конфликта, им интересен сам процесс хаоса. Как пример – попытки легитимного правительства Сирии при содействии международного сообщества перевести конфликт в мирное русло и поступательно перейти к мирному постконфликтному урегулированию не находят понимания у лидеров «умеренной» и «несистемной» оппозиции, а тем более у террористов.

Причем и те, и другие, и третьи получают существенную поддержку от наиболее богатых стран арабского мира (Саудовская Аравия, Катар), Турции, Израиля, США и других стран. И все они, несмотря на то что переговоры в данном случае являются оптимальной стратегией разрешения противоречий, на них идут крайне неохотно. Происходит это потому, что процесс переговоров подразумевает некое равенство сторон в статусе и правах, чего нет в силу прежде всего субъективных причин. К тому же стороны в сирийском конфликте не только не готовы к компромиссу, так как вопрос признания является главным вопросом, но и фактически саботируют его. Проблемой становится также вопрос выбора представителя от оппозиции на переговорах и его способность выражать групповые интересы, что является своего рода признанием правомерности притязаний слабой стороны.

Как следствие, слабая сторона, стремясь преодолеть асимметрию силы, часто обращается за помощью к внешней стороне (США, Турция, ведущие страны арабского мира), еще более усложняя конфликт и вводя в него дополнительные раздражающие факторы. Такой подход со стороны сильных держав во многом определяется неспособностью демократических обществ самим вести асимметричные действия в силу неприятия обществом возможных потерь. Именно поэтому достижение определенных целей сильной стороной предусматривает привлечение третьей стороны и ее всестороннюю поддержку. Эта политика позволяет сильной стороне избежать неприемлемых для демократического общества обвинений в жестокости и жертвах асимметричной войны. Как следствие, весь негатив достается оппозиции: террористам, с одной стороны и существующему легитимному режиму – с другой.

Именно такая политика позволяет сильной стороне, столкнувшейся с непрямыми стратегиями слабого противника сделать три «неприятных выбора: война на истощение, которая может затянуться на десятилетия, дорогостоящий подкуп или политические уступки... принуждение к политическим и экономическим реформам репрессивных союзников и противников или намеренное причинение вреда некомбатантам в рискованном стремлении быстро одержать решающую военную победу».

Как природа войны более чем за 5 тыс. лет не изменилась, так и природа современных асимметричных действий осталась такой же, какой была десятилетия, столетия и даже тысячелетия назад. Все, что сегодня подается под соусом новизны, на самом деле уже имело место в битвах прошлого. Разница лишь в методах и средствах реализации целей и задач конфликта, которые сегодня базируются на безусловном технологическом и экономическом доминировании одной из сторон. Основная цель – сокрушить волю противника к продолжению борьбы путем разрушения его способности бороться либо добиться превышения его уровня допустимых потерь (тактика выжженной земли). Однако есть и более «гуманный» невоенный подход: лишить противника его финансирования, финансирования его действий, ограничить доступ противника к ресурсам и рынкам, то есть уничтожить саму возможность получения каких-либо средств к существованию и ведению действий. H

Принципы ведения асимметричной войны, подход ВАГШ ВС РФ

1. Точный выбор целей (объектов, элементов группировок), определение задач и способов асимметричных действий.

2. Сосредоточение усилий против наиболее важных (главных) элементов группировки войск (сил) противника, взаимосвязанных между собой функционально и действующими в тесной взаимосвязи и взаимозависимости.

3. Дезориентация противника относительно реальной обстановки и предпринимаемых асимметричных действий (усилий).

4. Уклонение от потери преимуществ асимметричных действий и переход к открытому (традиционному) способу ведения войны и военных действий.

5. Уменьшение эффективности действий средств поражения противника.

6. Увеличение эффективности действий своих войск (сил).

7. Деморализация войск и населения противника.

8. Дезорганизация управления государством, войсками и оружием.

9. Дезорганизация всех видов обеспечения и работы коммуникаций.

10. Неограниченное использование всех элементов обстановки для успешного выполнения поставленных задач.

Принципы ведения асимметричной войны, которые определил военный теоретик, генеральный секретарь ОДКБ Станислав Зась, Республика Беларусь

1. Нестандартность (непредсказуемость) действий.

2. Нанесение ударов по наиболее слабым (чувствительным) местам противника (теория стратегического паралича).

3. Усиление эффекта ударов их информационной подготовкой, информационным сопровождением и масштабированием значения результатов.

4. Определение приоритетных задач государства на каждом этапе войны.

Принципы ведения асимметричной войны по определениям Александра Селиванова и Сергея Чваркова

1. Принцип ДРОБЛЕНИЯ – Дробление группировок войск на отдельные автономные формирования, отряды, рассредоточенные как на оккупированной, так и на своей территории в условиях сочетания принципов централизованного руководства и децентрализованного управления.

2. Принцип «ВЫНЕСЕНИЯ» – Выделение в своих войсках (силах) наиболее боеспособной и наиболее боеготовой части, адаптированной к сложившимся условиям агрессии высокотехнологичного противника. Удаление «лишних» структур, важных для мирного времени, но бесполезных и мешающих автономности действий формирований, привлекаемых для асимметричных действий.

3. Принцип НЕОДНОРОДНОСТИ – Создаваемые формирования по структуре и составу неоднородны; они должны иметь разные функции, возможности и способности по их реализации, но соответствующие обстановке в зоне ответственности.

4. Принцип ВРЕМЕННОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ СИЛ – Временное объединение войск (сил) для решения приоритетных задач на смежных территориях (зонах) ответственности.

5. Принцип УНИВЕРСАЛЬНОСТИ – В условиях невозможности усиления специализированными частями и подразделениями создание отдельных формирований по принципу универсальности для реализации различных функций и задач, оснащенных соответствующим вооружением и военной техникой.

6. Принцип АСИММЕТРИИ способов борьбы с высокотехнологичным агрессором –  Способы борьбы, диаметрально противоположные способам действий противника: «сосредоточенный удар» – «рассредоточенные удары»; «решительное наступление» – «растворение в пространстве»; «подавление населения» – «поддержка населения»; «дистанционное (дальнее) поражение» – «удары с близких дистанций»; «минимум потерь личного состава» – «максимально возможные потери» (армии стран западной демократии наиболее чувствительны к потерям личного состава – эффект зависимости результатов выборов власти от мнения электората) и др.

7. Принцип «ХИТРОЙ МАТРЕШКИ» – Многослойная (многоступенчатая) система обмана противника (применение изощренных и нестандартных мер и методов обмана противника).

8. Принцип ПРОТИВОВЕСА – Компенсация недостатка боевой мощи за счет отличного знания и умелого использования оперативных и тактических свойств местности территории боевых действий (взаимодействие со средой), обмана и маскировки.

9. Принцип ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО НАПРЯЖЕНИЯ – Основной принцип боевой и оперативной подготовки к ведению боевых действий в асимметричной войне против более сильного и более оснащенного высокотехнологичного противника: на мероприятиях боевой и оперативной подготовки создавать условия, противоположные условиям ведения классической войны («чтобы улучшить амортизационные свойства вала его предварительно закручивают в противоположную сторону»).

10. Принцип ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО ИЗМЕНЕНИЯ – Заранее выполнить требуемое рассредоточение (полное или частичное) формирований для ведения боевых действий в условиях асимметричной войны: обеспечить их готовность к вступлению в действие в выгодном месте и в нужное время.

11. Принцип «ЗАРАНЕЕ ПОДЛОЖЕННОЙ ПОДУШКИ» – Компенсировать разницу в боевой функциональной устойчивости вооруженных формирований к боевым потерям за счет: заранее подготовленной распределенной системы восстановления и пополнения ВВТ, обученными, подготовленными и оснащенными ВВТ людскими резервами, материальными ресурсами с широким использованием местной базы; создания распределенной системы государственного резерва.

12. Принцип НЕПРЯМЫХ ДЕЙСТВИЙ – Переход от прямолинейных симметричных мер намерениям и действиям агрессора (например, на НГУ – СОУ; наступление – оборона и т.д.), к непрямым действиям («Стратегия непрямых действий», Л. Гарт).

13. ПОЗИТИВНЫЕ принципы: Выбор цели адекватно своим имеющимся средствам (возможностям), «растягивая» ее достижение в пространстве и времени; цель не меняется при корректировке решения в изменившихся условиях обстановки; выбор такого направления и места приложения своих действий (усилий), откуда противник менее всего их ожидает; действия по линии наименьшего сопротивления; выбор нескольких направлений действий, создающих угрозу сразу нескольким объектам противника; обеспечение гибкости плана и оперативности смены диспозиции своих войск.

14. НЕГАТИВНЫЕ принципы: Не наносить удар по противнику, пока он начеку (занимает выгодные позиции и готов к отражению удара или уклонения от него); не возобновлять наступления на том же направлении, в той же группировке, которая потерпела неудачу: простое усиление своих войск может быть компенсировано аналогичными действиями противника; до нанесения удара требуется нарушить устойчивость и дезориентировать противника; развитие успеха – стремительное наращивание усилий до принятия противником антимер (маневра войсками, восстановлением боеспособности, управления и т.д.).

15. Принцип АДАПТИВНОЙ ДИНАМИЧНОСТИ – Реализуется в сфере стратегического и оперативного планирования: адаптивное планирование применительно к условиям этапов военных действий (хода войны); организационные основы: адаптация организационной структуры вооруженных формирований (состава группировок войск) в соответствии с уточненными задачами этапов военных действий; обеспечение автономности действий отдельных групп, входящих в состав вооруженных формирований.

16. Принцип ЧАСТИЧНОГО или ИЗБЫТОЧНОГО решения – В условиях неопределенности обстановки решением может быть предусмотрено неполное выполнение желаемой задачи или поставлена задача с «избытком».

Ожидаемый результат – приближение к выполнению требуемого объема задач. Характерно для задач огневого поражения противника, обеспечения ресурсами и др. Постановка избыточной задачи создает эффект предварительного перенапряжения.

Риски: опасность перейти допустимые объемы задач (заведомо невыполнимая задача или неоправданная сдержанность действий, позволяющая противнику принять контрмеры).

17. Принцип МНОГОСФЕРНОСТИ МАНЕВРА – Широкое применение маневра ударными и невоенными силами и средствами в известных средах: на поверхности суши; под землей; на поверхности воды; под водой; по воздуху; киберсфера и др.

18. Принцип СМЕНЫ ПЕРИОДИЧНОСТИ ДЕЙСТВИЙ – Переход от непрерывных боевых действий к импульсным (периодическим), трудно прогнозируемым по времени и месту, если же боевые действия уже осуществляются периодически, то менять периодичность, исключать шаблонность и направленность по времени нанесения ударов, коротких атак и др.

Правило: достижение тактической и оперативной внезапности за счет исключения предсказуемости действий.

19. Принцип ОБРАЩЕНИЯ ВРЕДА В ПОЛЬЗУ – Применение фактора влияния негативных условий пустыни (джунглей, гор, болот и т.д.), привычных для своих войск, на личный состав и технику противника; массированное чрезмерное применение силы противником представлять перед мировым сообществом как массовое уничтожение мирного населения, военными преступлениями перед человечеством; преимущество в технологиях и качестве управления как создание атмосферы давления и неполноценности, геноцида и угнетения ментальной сферы; устранение вредного фактора за счет сложения с другим «вредным» фактором; усиление (искажение) вредного фактора до степени неопасности. ДОПУСТИТЬ ТО, ЧТО КАЖЕТСЯ НЕВООБРАЗИМЫМ!

20. Принцип ПРОСКОКА (просачивания) – Вести отдельные операции, рейдовые и диверсионные действия с высокой скоростью и малыми группами по заранее неизвестным маршрутам. Эффект: невозможность принятия противником адаптивных антимер на действия «слабой» стороны.

21. Принцип КОПИРОВАНИЯ – Вместо недоступного, сложного и дорогостоящего вооружения использовать его упрощенные и дешевые копии. Пример: БЛА боевиков на территории Сирии, пулеметные установки, установки ПТУР и ПВО на внедорожниках, «шахид-мобили» и др.



Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Кабул лишился «серого кардинала» афганской политики

Кабул лишился «серого кардинала» афганской политики

Андрей Серенко

Смерть Юсуфа Газанфара выгодна маршалу Абдул Рашиду Дустуму

0
487
Коронавирус не остановил USMCA

Коронавирус не остановил USMCA

Наталья Вяхирева 

Почему Канада, Мексика и США обновили правила торговли

0
493
Трамп назвал Соединенные Штаты победителями коммунизма и фашизма...

Трамп назвал Соединенные Штаты победителями коммунизма и фашизма...

Юрий Паниев

0
487
Разнонаправленное развитие немецкого бизнеса в России

Разнонаправленное развитие немецкого бизнеса в России

Олег Никифоров

0
2321

Другие новости

Загрузка...