Павел Гутионтов Можно долго говорить, чем наша журналистика отличается от журналистики любого демократического государства. Но есть и простой ответ: первым же редактором первой газеты в России был государь император. И этот отпечаток остался на нашей прессе до нынешних времен.
Вторая особенность в том, что вот уже несколько месяцев разного рода государственные деятели с непонятным для меня удовлетворением предрекают смерть российской прессы и отечественной журналистики. Объявляют о том, что у нас резко, чуть ли не на 80%, сократится число изданий. И соответственно – журналистов.
Некоторые хлопотуны пытаются нам помочь и ратуют за возвращение рекламы крепких спиртных напитков и табака на страницы изданий. Особенно обрадуется региональная печать, которой никто такой рекламы не даст. Потому что местным производителям зеленого змия она не нужна. А меж тем в совокупном тираже сегодняшней российской прессы почти 85% составляют тиражи районных и региональных газет. Мы говорили вообще не о журналистике, мы говорили о телешоу, мы говорили о телевизионных шоуменах, которых мы почему-то, по какому-то странному недоразумению, даже здесь постоянно называем журналистами.
Я вспоминаю, в начале 2000-х годов на фестивале в Дагомысе, где собралось тогда примерно 2 тыс. наших коллег со всей страны, мы распространили анкету, в которой был вопрос, кого из современных журналистов они считают главными в нашей профессии. Первым был назван Андрей Малахов, второй Ксения Собчак, тогдашняя ведущая «Дома-2», и третьим оказался Александр Евгеньевич Бовин, только что вернувшийся из Израиля и мелькнувший на телевидении.
Так утверждался критерий: «Если ты такой умный и талантливый, почему тебя нет в ящике?»
Несколько лет назад на юбилей Аллы Пугачевой моя родная «Комсомольская правда» издала специальный номер газеты, где рассказала про певицу все, что было можно и нельзя. Включая миллионы Прохорова, отпущенные на юбилей. И под всем повествованием была маленькая сносочка. О том, что в 1983 году Инна Павловна Руденко взяла у Пугачевой интервью, которое в газете разместили на сайте. И я заглянул на этот сайт. Невероятный обвал людей, которые зашли и прочитали это старое интервью и откомментировали совершенно изумленно. Я знаю, это была не лучшая публикация великой Инны Павловны Руденко. Но лучшего интервью Пугачевой не было до сих пор. Однажды я рассказывал про Руденко одному молодому дарованию. Энергичная девушка слушала, потом вскинула брови и спросила: «А что она сделала в мегажурналистике?»
Мне на этот строгий вопрос сказать было нечего…
