0
4332
Газета Главная тема Интернет-версия

24.06.2020 20:30:05

Нет, я не буду знаменита

К 125-летию со дня рождения Ирины Одоевцевой

Тэги: ирина одоевцева, юбилей, литература, история, мемуары, поэзия, проза, серебряный век, рига, петербург, эмиграция, сена, нева, георгий иванов, николай гумилев, георгий адамович, пушкин, наталья гончарова, детство, собаки


23-9-1350.jpg
Ирина Одоевцева с детства любила собак
и поэзию. Фото из книги Ирины Одоевцевой
«На берегах Невы. На берегах Сены»
В статье о поэте Георгии Иванове к 125-летию со дня его рождения (см. «НГ-EL» от 07.11.19) упоминалась и его спутница жизни, поэт и прозаик Ирина Одоевцева. Теперь подоспел и ее юбилей – тоже 125.

Хотя в ее случае с датами все не так просто. В юности, на стыке 1980-х и 1990-х, я и мои друзья (подруги в основном) зачитывались только что вышедшими в тогда еще СССР воспоминаниями Одоевцевой. Книг было две – «На берегах Невы» и «На берегах Сены». Первая, как понятно из названия, описывала жизнь автора в Северной столице. Сама Одоевцева в предисловии предуведомляла: «Это не моя автобиография, не рассказ о том

Какой я была,

Когда здесь на земле жила….

Нет. И для меня:

«Воспоминания, как острый нож они».

Я пишу не из эгоистического желания снова окунуться в те трагические, страшные и прекрасные – несмотря на все ужасы, – первые по-революционные годы.

Я пишу не о себе и не для себя, а о тех, кого мне было дано узнать «На берегах Невы».

Я пишу о них и для них.

О себе я стараюсь говорить как можно меньше и лишь то, что так или иначе связано с ними.

Я только глаза, видевшие их, только уши, слышавшие их.

Я одна из последних, видевшая и слышавшая их, я только живая память о них…»

Насчет «говорить о себе как можно меньше» – легкое кокетство: самой Одоевцевой в ее мемуарах предостаточно. Ее стихи не относятся к разряду «дамское рукоделие», но, очевидно, она понимала разницу масштаба собственного дарования и дарований Николая Гумилева (считая себя его ученицей), Георгия Иванова, Георгия Адамовича и других поэтов из своего окружения – вспомним ее уже хрестоматийное про «маленькую поэтессу»:

Нет, я не буду знаменита,

Меня не увенчает слава,

Я – как на сан архимандрита –

На это не имею права.

Ни Гумилев, ни злая пресса

Не назовут меня талантом.

Я маленькая поэтесса

С огромным бантом.

Я и мои подруги юности соглашались с такой авторской самооценкой. Мы не уподоблялись некоторым пушкинским фанаткам, люто ненавидящим Натали Гончарову, но Ирина Одоевцева вызывала легкую ревность: как мог практически гений Иванов выбрать себе в спутницы «маленькую поэтессу»? К тому же в отличие от Натали она не довольствовалась ролью музы. Вот Ирина Владимировна вспоминает, как Гумилев «похвалил и даже расхвалил» ее стихотворение, написанное на заданные им рифмы:

Нет, я не верю, что любовь

обман.

Из дальних стран китаец

косоглазый

Привез измены и греха заразы.

Позорной страстью дух твой обуян.

Но неприступны городские

стены.

Сны наших жен белее моря пены.

Их верность – золото,

их честь – гранит.

За синими мечети куполами,

За городом, за спящими садами,

Там, на заре, китаец твой убит.

23-9-2350.jpg
Жизнь прошла. А молодость длится. 
Фото РИА Новости
Но главное ее творческое наследие – не стихи и не проза (в эмиграции Одоевцева перешла на романы – «Ангел смерти», «Изольда», «Зеркало»), а воспоминания. Пусть и не лишенные кокетства и неточностей. С первых же своих мемуарных страниц автор предстает этакой юной куколкой, девочкой лет семнадцати, от силы осьмнадцати, пишущей тем не менее серьезные, «недетские» стихи, которая приходит поступать в Институт живого слова. В ноябре 1918-го в Петрограде возник такой культурный проект под эгидой Наркомпроса, просуществовавший до 1924 года. Среди его научных, учебных и просветительских задач была, как сказано в Википедии, «подготовка мастеров живого слова в областях: педагогической (для педагогов общей школы и преподавателей искусства речи), общественно-политической (ораторов, судебных, духовных, политических и др.) и художественной (поэтов, писателей, сказителей, актеров, певцов и др.)». Как вспоминает Одоевцева, документов для поступления не требовалось: «Товарищ в кожаной куртке спрашивает:

– На какое отделение, товарищ?

– Поэтическое, – робко отвечаю я.

– Литературное, – поправляет он. И критически оглядев меня: – А не на театральное ли? Но так и запишем. Имя, фамилия?

Я протягиваю ему свою трудкнижку, но он широким жестом отстраняет ее.

– Никаких документов. Верим на слово. Теперь не царские времена».

По документам «куколке» никак не 17 и даже не 18, а 23 (сама она, разумеется, предпочитала другую версию года своего рождения – не 1895-й, а 1901-й. Числа и месяцы при этом тоже разнились – то июнь, то июль, то ноябрь) – вполне взрослая и, более того, замужняя женщина. Я давно знала, что ей хотелось быть моложе, чем на самом деле (а кому не хочется?), и что ее настоящее имя – не Ирина Владимировна Одоевцева, а Ираида Густавовна Гейнике. Но вот факт, что до Георгия Иванова у нее имелся еще один супруг и одно время она носила фамилию Попова, стал откровением. И немудрено: этот брак Одоевцева всегда скрывала и лишь в последние годы жизни призналась, что да, было дело. Правда, и здесь не удержалась от разных версий: то ли Сергей Попов, ее дальний родственник и помощник ее отца – известного адвоката, стал ее мужем в родной Риге, а развелись они уже в Петрограде; то ли они венчались на берегах Невы, причем Попов был ее кузеном, а брак – фиктивным. Да и с Георгием Ивановым, оказывается, не все так просто: сама Гейнике-Попова-Одоевцева утверждала в мемуарах, что вышла за него замуж в 1921-м («Но этот год – трагический год смерти Блока и расстрела Гумилева – все же послужил основной темой нашего разговора. К тому же я за это время успела выйти замуж, о чем мы, конечно, тоже поговорили», – рассказывает она о встрече с художником Юрием Анненковым, сделавшим ее портрет), и, следовательно, в эмиграции они оказались уже законными супругами. На самом деле их брак был зарегистрирован лишь в 1931 году, и, как документально установлено, невеста значилась как «Попова Ираида. Род. 1895. 4 авг. Рига. Разведена. Место работы: Рига, писательница ». Впрочем, вся эта путаница и даже официальный развод в 1933-м не помешали им прожить вместе несколько десятков лет – до самой смерти Иванова в 1958 году.

23-9-3350.jpg
Одоевцева родилась и выросла в Риге,
но книгу «На берегах Даугавы» так и
не написала.  Фото Евгения Никитина
Когда Одоевцевой было за 80, она в 1978-м вышла замуж за писателя, поэта, критика Якова Горбова. Об этом она вспоминает в книге «На берегах Сены»: «Я перевела на русский язык его роман «Мадам Софи». Мы сближались душевно. И как-то раз он открыл мне свои чувства, просил меня заняться им, не бросать его... В конце концов Горбов мне сделал предложение быть его женой. Мысль эта была, конечно, неосуществима, так как жена его была жива и, кроме того, умственно ненормальна а я, со своей стороны, о браке с Горбовым не помышляла и ответила ему, что если выйду замуж, так только за миллиардера, чтобы пользоваться всеми земными благами... «Тогда мне остается только одно – выброситься из окна», – сказал Горбов, но в душе, как видно, надежды не терял. Вскоре умерла его жена, которая последнее время его уже не узнавала. Горбов мне сказал: «Я могу перенести эту потерю оттого, что теперь нет препятствия, чтобы вы стали моей женой. Я буду горд, если вы согласитесь носить мое имя». Мне это показалось совершенно невероятным. Мое имя было связано с именем Георгия Иванова и всем тем, что неотделимо от него: Петербург, поэзия, молодость, все прошлое, далекое, но незабываемое... «Если вы меня оставите, тогда мне конец...» Во мне боролись два чувства. Передо мной был страдающий, опустошенный человек, который тянулся ко мне, как к спасательному кругу. Было бы бесчеловечно его оттолкнуть, и я все еще надеялась, что заставлю его снова писать, спасу его как русского писателя...

Писателя Горбова я не смогла вернуть к творческой жизни. Яков Николаевич любил тишину, уединение, семейный уют – все то, что наводило на меня нестерпимую скуку. Я, наоборот, любила всегда быть окруженной людьми, у нас не переводились гости или мы бывали приглашены куда-нибудь. Я тащила Горбова с собой. Он стоически переносил такой образ жизни, хотя это явно его утомляло, но недаром еще в начале нашего сожительства он мне сказал: «Что бы ты ни сделала со мной, я за все тебе скажу спасибо».

А когда Одоевцевой было за 90, она, подтвердив правоту своих строк «Жизнь прошла. Безвозвратно прошла./ Жизнь прошла. А молодость длится», вернулась в Россию – тогда еще СССР: «Как облака плывут! Как тихо под луной!/ Как грустно, дорогая!/ Вот этот снег, и ночь, и ветер над Невой/ Я вспомню умирая». Она умерла на берегах Невы в 1990-м, не дописав мемуары «На берегах Леты»: «Мне шесть лет. У родителей сегодня гости, и меня, как это часто бывает, заставляют читать стихи. Прочитав весь свой репертуар и выслушав аплодисменты, я уже собралась слезать с буфета. Но тут одна из дам обратилась ко мне: «Деточка, а ты не знаешь ли что-нибудь по-русски – «Жил-был у бабушки серенький козлик» или что-нибудь такое?» Я выпрямилась и с гордостью ответила: «Знаю!» И сразу начала читать:

Хочу быть дерзкой,

хочу быть смелой,

Хочу одежду с себя сорвать,

Хочу упиться душистым

телом,

Хочу тобою обладать.

Отец стал угощать пирожными и спрашивать у меня, что бы я хотела получить завтра в подарок. «Собачку, маленькую пушистую собачку!» Поскольку мой Пушок явился как бы наградой за поэзию, меня с той поры еще больше к ней потянуло».. 

Продолжение темы здесь.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Непонятый мифотворец

Непонятый мифотворец

Андрей Щербак-Жуков

70 лет со дня рождения Михаила Успенского

0
816
История 18+ про большую проблему со сном

История 18+ про большую проблему со сном

Алла Хемлин

Монолог женщины, которая стремилась к гармонизации

0
405
Миры выгоды вымрут сами

Миры выгоды вымрут сами

Андрей Щербак-Жуков

Политика и культура глазами детского писателя

0
141
Обретение через потери

Обретение через потери

Ольга Дунаевская

Странная страна Амероссия в лицах и судьбах

0
84

Другие новости

Загрузка...