Старики

Несколько лет назад я понял, что совсем перестал интересоваться молодежью.

Мне в одночасье стала отвратительна их модная одежда, современная музыка, татуировки, пирсинг, "стильные" места проведения досуга, беспомощный сленг и прочие жалкие атрибуты, призванные скрыть внутреннюю пустоту и облагообразить похоть как непременный стимул любой активности.

Я понял, что единственные хоть сколько-нибудь интересные представители позорного племени двуногих без перьев - старики.

О, эти мохнатые кепки, помятые беломорины в углу рта, немыслимые одеяния, очки в толстенной оправе, хитрые ухмылки, ломаная пластика... Они говорят на загадочном и сочном языке, их нарративы головокружительно парадоксальны - куда там "гону" зеленых наркоманов или натужному размазыванию соплей по больничной простынке писателей-сюрреалистов... Хранимый ими гнозис невыносим и страшен.

Да скорее всего они и не люди - люди умирают лет в сорок, сгорают на работе, сгорают изнутри, потом ветер носит их еще лет двадцать - пустых, бессмысленных, а уж затем высушенную и выбеленную оболочку натягивают те самые Древние, о которых пытался заикнуться Лавкрафт (сколько он протянул - сорок с чем-то?).

Если вы упорно и бескорыстно стремитесь к Истине, зная, что она отнюдь не привлекательна и попахивает отсыревшим за зиму ватином, то, может быть, они до вас снизойдут.

Вы будете стоять с бутылочкой пивка в погожий весенний денек (примерно как сейчас, да-да), и кто-нибудь из них вкатится в поле вашего зрения бочком, как инфернальный краб. Попросит прикурить, оставить бутылочку, начнет издалека.

А затем расскажет бессмысленную на первый взгляд историю из своей жизни или несмешной анекдот с бородой, как у даосского святого, и вас пронзит то самое, чаемое просветление. Словно безжалостный Демиург набросает на вашей изнанке алмазным грифелем не оставляющий никакой надежды чертеж этого мира (я писал об этом когда-нибудь? уже писал? кто мне опять шепчет?).

Нужно ли это вам - решайте сами.

Вы знаете, где их найти - рюмочные, чебуречные, ипподром, и одно место, про которое мне шепнули под изъеденными червем тополями, место, в которое я мечтаю, но и смертельно боюсь попасть.

И место это - городошный клуб рядом с "Горбушкой".