Фалет Начну издалека. Мы с Алкеем помним, как еще ученики Платона возмущались. Ходим, кричали, ходим в школу, а потом – бац! – вторая смена. То есть, нет, пардон, не смена… а эта, как ее, – пирушка. Нет, не пирушка. Симпозиум. Ну, короче говоря, оргия, как мы любим.
Но обидно мне сейчас не за Платона. И не за учеников его. Они свое отфилософствовали. Отплясали в венках и тогах вприсядку. Обидно мне за депутата Саратовской областной думы Дмитрия Чернышевского. До слез, судорог и колик.
Ведь смысл возмущения депутата как раз так и можно выразить – ходишь-ходишь в Думу, а потом – бац! Выступить не дают. Когда председатель комитета Алевтина Лосина попыталась дать слово юристам, Чернышевский, который к этому моменту давно требовал права выступить, взорвался от негодования.
«Главные действующие лица здесь мы! На Думе выступить нельзя, там регламент, на комитете – нельзя, на рабочей группе – нельзя! Депутаты, избранные народом, на фиг не нужны», – неистовствовал парламентарий.
Поддерживаю всецело и полностью. А также призываю к закону и справедливости. Ходит-ходит, понимаешь, бедный депутат в Думу, ходит-ходит в комитет, ходит-ходит в группу. И что же? Его, как блоху, с рукава щелчком?
Нет уж! Рабочая группа – это вам не детсадовская. Не ясли! А депутат, напомню, – народный избранник. Народный глашатай. И задача глашатая – гласить. Или голосить?
Не важно. По-любому, отключать микрофон не позволим. Мы в ответе за того, кого приручили… ой, извините, выбрали. Чтобы у депутата не развились стрессы, его нужно беречь. Всегда держать его микрофон включенным. И регулярно осведомляться: «Хочешь об этом поговорить?» И даже не важно о чем. Главное действующее лицо действует? Действует. Свое значение осознает? Осознает. Значит, все ништяк. Как мы любим.
Дарья Гармоненко 
комментарии(0)