Сергей Коновалов
Начальник Генерального штаба Николай Макаров вошел в состав Национального антитеррористического комитета.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)
В Минобороны рассматриваются планы подключения армейских подразделений к участию в контртеррористических операциях, проводимых в настоящее время на Северном Кавказе силами спецслужб и Министерством внутренних дел. По сообщению источников «НГ» из Минобороны, данные планы обусловлены возросшими потерями, которые несут в регионе силовые структуры, в том числе армейские подразделения. Только за последнюю неделю августа на Северном Кавказе погибли 15 и ранены 11 солдат и офицеров правоохранительных органов и Минобороны. Такие потери были в начале нулевых, когда войска вели на Северном Кавказе активные боевые действия.
Между тем окончательного решения о привлечении армейских сил к уничтожению боевиков пока не принято. Но, как сообщил «НГ» источник в военном ведомстве, «если нападения на военнослужащих на Кавказе продолжатся, военное ведомство подключится к операциям по уничтожению бандподполья и даст решительный отпор боевикам». О возможном более активном участии военного ведомства в обеспечении безопасности на территории страны в известной мере свидетельствует и опубликованный вчера на кремлевском сайте президентский Указ «Об утверждении состава Национального антитеррористического комитета по должностям и внесении изменений в Указ Президента Российской Федерации от 15 февраля 2006 года № 116 «О мерах по противодействию терроризму» и в состав Федерального оперативного штаба по должностям, утвержденный этим Указом». Согласно данному документу, в состав Национального антитеррористического комитета по должностям включены министр обороны и начальник Генерального штаба.
Источник не уточнил, какие подразделения Минобороны могут быть привлечены к боевым операциям, проводимым на Северном Кавказе. Но, судя по опыту прошлых лет, скорее всего речь идет о подразделениях спецназа Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба, наиболее подготовленных в профессиональном плане, так как в основном они укомплектованы военнослужащими-контрактниками. Такого же мнения и генерал-лейтенант Юрий Неткачев, который в свое время командовал на юге России армией и в ранге заместителя командующего Группы российских войск в Закавказье организовывал в частях боевую учебу, в том числе и подготовку армейского спецназа. «Армия, конечно, предназначена для отражения в основном внешней агрессии. Однако активность боевиков, особенно в Дагестане, нарастает, и здесь вполне возможно и даже желательно, чтобы их уничтожением вместе с правоохранительными органами и спецслужбами занимались подготовленные для таких действий армейские подразделения», – считает эксперт.
Как известно, с августа 1999 года, когда отряды полевых командиров Шамиля Басаева и Хаттаба вторглись на территорию Дагестана, именно армейское руководство осуществляло руководство Объединенной группировкой войск (ОГВ) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона. Армейские подразделения выполняли основные функции по уничтожению боевиков.
При этом Минобороны сформировало в Чечне 46 военных комендатур, которые к тому же осуществляли и административное руководство в республике. Лишь в 2004 году, после завершения активной фазы боевых действий, руководство боевыми операциями и в целом ОГВ постепенно перешло к Внутренним войскам МВД РФ. А начиная с 2006 года армейские части стали выводиться с территории Северного Кавказа на «зимние квартиры» – фактически с того времени регулярные армейские подразделения перестали активно привлекаться к проведению контртеррористических операций в зоне конфликтов в Дагестане, Чечне, Ингушетии и Кабардино-Балкарии. Лишь фрагментарно, если требовалось уничтожить крупные силы боевиков, в бой вступали авиационные, артиллерийские и танковые подразделения Минобороны. В самой Чечне постоянно воевали лишь два батальона армейского спецназа ГРУ – «Запад» и «Восток», почти полностью укомплектованные чеченцами. Но к началу 2009 года и их расформировали. И вот не прошло и трех лет, как армейские части вновь могут быть использованы в боевых операциях, проводимых силами ФСБ и правоохранительными органами на Северном Кавказе.
«Активизация бандподполья и рост потерь среди личного состава подразделений МВД и Минобороны свидетельствуют о том, что на Северном Кавказе продолжается вялотекущая партизанская война, которая, судя по всему, далека от завершения. Привлечение к уничтожению боевиков армейских подготовленных подразделений, видимо, на время поможет улучшить ситуацию. Однако причины войны обусловлены не действиями боевиков, а лежат в различного рода религиозных, социальных, экономических и иных невоенных противоречиях, существующих на Северном Кавказе. Значит, и разрешать эти противоречия нужно не столько военными, сколько гуманитарными способами», – считает доктор исторических наук Владимир Попов, который уже долгое время исследует причины конфликтов на Северном Кавказе.
