Ювелирный бизнес уличили в использовании детского труда

Использование детского труда на приисках – беда цивилизационного масштаба.  Фото Reuters

Высокой оценки в вопросе ответственного отношения к добыче драгматериалов удостоились лишь 2 компании из 15: транснациональная Tiffany&Сo и датская Pandora. Самой высокой – никто. Приемлемым назвали отношение Bulgari, Signet и Cartier. У остальных дела обстоят хуже: индийская Tanishq, немецкая Christ и гонконгский конгломерат Chow Tai Fook оказались внизу рейтинга, хотя самых низких оценок никакая из компаний не удостоилась. Но четыре корпорации при этом не предоставили достаточной информации общественности вообще, утверждают в HRW.

«Добровольные стандарты могут побудить ювелирные компании внедрять лучшие практики, но в конечном счете только обязательные правовые требования обеспечат серьезное отношение ювелирных компаний к правам человека», – говорит заместитель директора HRW по правам детей Джулиан Киппенберг.

Впрочем, правозащитники отмечают, что на данном этапе пока можно только призвать покупателей не поддерживать компании, не отслеживающие цепочки поставок материалов и того, чьим трудом и в каких условиях драгоценности добыты. Однако детальных цепочек отслеживания – от шахт до конечного продукта – не имеется до сих пор. Это упрек как в адрес компаний, так и в сторону международных сообществ по добыче драгоценных материалов и ювелирным изделиям.

COVID-19 обострил ситуацию с нелегальной добычей полезных ископаемых, утверждают правозащитники. Коронакризис привел к тому, что меры по защите труда отходят на второй план, реализовывать пожелания правозащитников корпорации готовы куда менее охотно, чем раньше. Киппенберг отмечает, что в тяжелой экономической ситуации угроза расширения использования детского труда может стать реальностью. При этом при добыче золота активно используется токсичная ртуть, напоминает она.

Уже сейчас дети трудятся на золотых рудниках в Мали, Гане, Танзании и на Филиппинах. Консолидированная алмазная корпорация Зимбабве, формально принадлежащая государству, нанимает частных охранников. Они, по сути, исполняют роль надсмотрщиков над добытчиками алмазов и даже спускают на них собак, говорится в докладе.

А в Венесуэле с согласия военных армии страны вооруженные группировки эксплуатируют нелегальную добычу золота в штате Боливар, утверждают правозащитники. Тем, кого подозревают в краже, отрезают пальцы, рассказали HRW очевидцы.

Однако актуальнее подобные обвинения были бы в сфере добычи изумрудов. «В Венесуэле золота не так много, как в соседней Колумбии и Перу или Боливии, где добыча металла поставлена на промышленные рельсы. А вот изумруды в Боливарианской республике действительно являются крупной сферой интересов группировок», – сказал «НГ» главный научный сотрудник Центра латиноамериканских исследований Института всеобщей истории РАН Андрей Щелчков.

Что же касается проблемы детского труда, то это беда цивилизационного масштаба. У этого явления в Африке глубокие социально-экономические причины.

«Доминирование младших возрастных когорт в населении континента и вообще демографический взрыв в Африке делают детский труд практически неизбежным. И здесь дело скорее не в коррумпированных правительствах. Выбор прост – либо ты работаешь, либо не ешь. Когда-то и России приходилось проходить через такой исторический этап. И в той же Франции работавшие на ферме дети считались нормальным явлением. Однако здесь важен, конечно, аспект условий труда»,– рассуждает заместитель директора Института Африки РАН Леонид Фитуни.

В разговоре с «НГ» он пояснил, что условия рабочего процесса западные компании в принципе могли бы контролировать лучше. Но и это не очень просто осуществить, поскольку нередко добывающие компании скупают до 30–40% золота у тех, кто извлекает его кустарным способом.