Против красных и Колчака

Никита Моравский. Валериан Моравский – журналист и политический деятель эпохи Гражданской войны. – М.: Русский путь, 2015. – 184 с.

В истории Гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке ярче других контрреволюционеров выделяется образ адмирала Александра Колчака. Последнее вполне логично: харизматическая личность, талант командующего, позволивший воссоздать слабую, отчасти разложившуюся армию и нанести красным целый ряд поражений.

Оборотной стороной оказывается, что, кроме специалистов, практически никто не знает его сподвижников (за исключением генерал-лейтенанта Владимира Каппеля, и то благодаря фильму «АдмиралЪ») и других сибирских противников большевиков, не входивших (или входивших формально) в колчаковское окружение. Разве что припомнят атамана Григория Семенова да «даурского барона» Романа Унгерна фон Штернберга.

Одним из таких противников красных был Валериан Иванович Моравский (1884–1942) – журналист, общественный деятель, член Временного Сибирского правительства. Он интересен тем, что представлял, с одной стороны, белых, но одновременно был в оппозиции Колчаку и даже поддержал неудачный путч против него, организованный генерал-лейтенантом Рудольфом Гайдой.

Книга написана сыном Валериана Ивановича Никитой Моравским (1923–2011). Она охватывает всю жизнь политика, а также передает непосредственные личные впечатления от общения с ним. Обедневший бессарабский дворянин, он переехал в Санкт-Петербург, где сначала учился на агронома, а затем изучал восточные языки. Тогда же Моравский увлекся левыми идеями, одно время даже состоял в партии социалистов-революционеров, но вскоре отошел на относительно более умеренные позиции конституционных демократов (Партия народной свободы), стал сотрудничать с их основным печатным органом – газетой «Речь». После переворотов 1917 года судьба занесла Моравского в Сибирь, где после разгона красными Сибирской областной думы и создания альтернативного большевикам Сибирского правительства политик в прямом смысле поехал дальше на Восток.

Почему не сошелся с Колчаком? Как отмечает его сын, «отец разделял взгляды и чаяния народно-демократических деятелей», «был сторонником Февральской революции и обличал большевиков за то, что они свергли Временное правительство, разогнали Учредительное собрание и разожгли Гражданскую войну». Иными словами, критиковал красных не с правых, а с левых позиций, и ставший верховным правителем адмирал был для него «реакционен».

Тем не менее в Приморье Моравский смог сотрудничать с генерал-лейтенантом Михаилом Дитерехсом, командовавшим местными белыми войсками («Земской ратью») и открыто провозгласившим целью реставрацию монархии. Хорошее впечатление произвел на него и другой монархист, генерал-лейтенант Дмитрий Хорват, которого, отметим, сильно не жаловал Колчак. «По виду и по качеству старая швабра», – называл генерала будущий верховный правитель в частных письмах.

Затем эмиграция – сбор документальных свидетельств о следах русского золота (в том числе «колчаковского») за границей. Речь о вывезенных на хранение ценностях и неизрасходованных ассигнованиях на покупку оружия и боеприпасов. Они вылились в две неудачные попытки «извлечь из японских банков русские деньги и золото».

Впрочем, неудачной была и политическая жизнь: основанная Моравским «Наша газета» обвинялась в просоветских симпатиях.

Интересны страницы, посвященные окружению Моравского. В разное время он был знаком с американским журналистом и советологом Исааком Дон Левином, с талантливыми поэтами из знаменитой «харбинской ноты» Юстиной Крузенштерн-Петерец и Алексеем Ачаиром. Вот портрет поэтессы: «Юстина Владимировна была фигурой колоритной: маленькая, седовласая старушка с неизменной сигаретой во рту, отчаянно барабанившая на печатной машинке.<... > Это была женщина с твердым характером, что не мешало ей, однако, быть отзывчивой...»

Жаль, что не у всех белых был такой же твердый характер. Тогда, возможно, они бы победили.