Любовь моей любви

«Тот я, что окончательно закончился и погиб вместе с теми, с абсолютно всеми; сейчас с той, что та, которая – я, которая мягко обволакивает собой мое звериное сердце ангела, сплетаясь грудью с моей сутью, заполняя мир полной одинаковостью, полностью расщепленного на совершенные изначальные полюса нашего разного пола, нашей единственной двуединности┘ Любовь, снежная нежность, обладание, страх совершенства – эта ночь сверхъестественной обыденности, где ты спишь, убаюканная моим восторгом, словно безумно мечущаяся по Космосу вочеловеченная девочка, нашедшая приют, – осмеливаюсь только намекнуть об этом в самой тихой сердцевине наших грез, ставших ежедневностью, разрушивших тени прошлого и убивших мечты о них, убирая сознание той боли, где тебя не было всецело, где был возможен я без тебя, что невозможно по определению; и когда я весь уйду в тебя, не оставляя ни остатка души, доверяя свой дух твоему духу и телу, тогда я найду то, что существует сейчас, – застывший миг твоего сна, когда ты рядом, просыпаясь, вставая, ложась, радуясь моей сущности, притворной вредности, моему смеху и счастью быть с тобой, осознающему, в конце концов, что высшее искусство свершается на кончике наших всхлипов, вздохов, стонов, улыбок о нас; а смысл есть простое желание – пусть всегда тебе будет хорошо, любимая, и в вечности мы станем одним раем из разных нас, объединившись в бесконечном движении к себе, и не будет Я, и не будет Ты, но только – Тот и Та.

Я люблю тебя – я моего я, ты моего ты, любовь моей любви. Я хочу всю тебя, как все твое, мир как ты, ты как я.

Сияние здесь – бери его, оно всегда было здесь!

И будь только собой».

Его плечо сжала чья-то рука и больно затрясла его.

Ян Шестов открыл глаза.

– Ну все нормально, как я вижу, – сказал Семенихин. – Пойдем, ты мне нужен. Я верну тебя Инне в целости и сохранности.

Дверь открылась, она встала в проеме.

– Не-ет!!! – вскрикнул Ян, в то время как Коля Семенихин опять утаскивал его через переход обратно в свой мир.