Индустриальное арт-путешествие

Одним из самых успешных по замыслу и исполнению спецпроектов прошедшей 6-й биеннале современного искусства в Москве стала выставка Австрийского культурного форума «Надежда». В поисках этой  эфемерной, но живучей надежды более 20 художников из России, Австрии, Германии, Нидерландов, Дании и США совершили поездки в семь индустриальных городов России. По словам директора форума, автора идеи и куратора российских художников Симона Мраза, «искусство в этом проекте стало движением». Как оказалось, разнонаправленным – географическим,  эмоциональным, научным, социальным. 

Открывал выставку объект Ирины Кориной «Иваново», где гнутые металлические листы профнастила, скрывающие в пазухах букеты красных гвоздик, складывались в подобие гигантской шишки, одновременно отсылающей и к ритмичности ситцевых орнаментов, и к незыблемости мемориалов. 

По замыслу архитектора выставки Дарьи Парамоновой сама экспозиционная застройка отражает ключевые элементы городских и заводских пространств. На условной «центральной площади» оказался объект Кориной.  За ним возникли проходные с турникетами и упорядоченный лабиринт «цехов»/«корпусов»/«районов». Отличительной чертой проекта от похожих арт-вылазок стало стремление к действительному взаимодействию с «принимающей стороной» – жителями городов, их историей, призраками и действительностью. Фотографы оказались склонны трактовать это в антропологическом ключе, что по-своему объединило коллажные, часто остроумные фотонаброски из повседневной жизни в «Ижевске» Игоря Мухина, поиски красивых индустриальных ракурсов Сергея Сапожникова, съездившего в Иваново, или постановочные групповые портреты мастеров вместе с их останками из серии «Автозавод ГАЗ в Нижнем Новгороде» Никиты Шохова. 

Композиция «Сошествие во ад» Анфима Ханукова.

В серии «Чем сделаешь ее магнитною?» Юрия Пальмина, созданной в Магнитогорске, героями стали здания. Стремящиеся к симметрии снимки сталинских построек с европейского берега Урала оказались противопоставлены фрагментированным кадрам борющихся со временем и небрежением конструктивистских зданий азиатской стороны.

Герои этой второй части – здания славного Эрнста Мая, приглашенного с почетом в СССР, а затем изгнанного из архитектурной истории страны, хотя его методы индустриального строительства типового, дешевого, но продуманного жилья продолжают существование у нас до сих пор.  

В снимках Елены Чернышовой из Норильска была видна весьма редкая для фотографа черта – «убедительность внесюжетности»:  застывший лед, закручивающийся вниз по лестнице в разрушающемся подъезде, превращается у нее в пространственно-метафизический этюд. В безмятежную голубизну неба встроился прямоугольник панельного дома. Гипнотически-зеленые огни техники в темноте бескрайних карьеров сияли как звезды дальних галактик – такие фотографии могли быть присланы Хичкоком из потустороннего мира.

Как многие советские индустриальные моногорода первых пятилеток, Норильск вырос в необжитом месте, через него прошли сотни тысяч заключенных ГУЛАГа, ныне же он входит в десятку самых загрязненных городов в мире. Дмитрий и Елена Каварга, побывав в рудниках Норильска, создали подвижную инсталляцию «Норильское вещество» – черный клубок ветвящихся коряг-щупалец высотой в рост человека, из которого сочится ядовито-красная жидкость.

Американка Латойя Руби Фрезиер, съездившая в Магнитогорск, сняла похожее по посылу видео «Брэддок» – микс интервью из своего родного городка, чьи жители поколениями губят здоровье из-за близости гигантского металлургического производства.

Часть художников обратилась на поиски базовых кодов визуального и эмоционального опыта городов. Австриец Андреас Фогараши, посетивший Выксу, где с XVIII века льют металл, действовал со сдержанностью, развив пластическую идею одного из городских памятников в серию строгих геометрических объектов из аккуратно выкрашенной жести. В том же городе его соотечественница Цецилия Браун вдохновилась на экспрессивный и подчеркнуто тактильный объект «Вращающуюся дверь II» – массивную квадратную панель, покрытую подтеками краски 50 оттенков серого и черного, которую зритель может с определенным усилием привести в движение. Дуэт МишМаш, апеллируя к леттристам, ситуационистам и модным ныне психогеографам, создал «Геопсихоизометрическую экспертизу города Выксы» – абстрактные холсты, возникшие из образной переработки фотографий Елены Чернышевой, снимавшей город в том числе и во время проведения фестиваля современного искусства Арт-Овраг. 

Кульминацией поисков надежды стало «Сошествие во ад» Анфима Ханукова, художника, методично прививающего наследие древнерусской деревянной скульптуры современному искусству. Заводской лабиринт выставки трансформировался здесь в низкий вход в пещеру, где, по замыслу автора, живущего в Ижевске, зритель мог стать свидетелем дарования вечной жизни Христом Адаму поднимающемуся из гроба - две темные угловатые фигуры, протягивают друг к другу руки и выхвачены лучом света из окружающей тьмы. 

Путешествие «Надежды» продолжится в Кунстхалле Вены второй версией проекта от его директора и куратора иностранных художников Николауса Шафхаузена. Нижегородский ГАЗ будет развивать работу с фотографами. А Трехгорная мануфактура, открывшая этой выставкой свое экспозиционное пространство, в следующем году примет центральный проект V Московской международной биеннале молодого искусства. Совокупность деятельных надежд, видимо, вызывает на своем пути обещанное кураторами движение.