Виктория Панфилова 59-я сессия Комиссии ООН по правам человека на днях приняла резолюцию о ситуации в Туркмении. Таким образом Запад выразил озабоченность в связи с ограничениями и нарушениями в этой стране гражданских прав на свободу слова, получение информации, а также свободу совести, собраний и передвижений внутри страны.
В резолюции обращается внимание на методы, которыми президент Сапармурат Ниязов борется с политическими оппонентами, особенно после покушения на Туркменбаши 25 ноября 2002 года. "Массовые репрессии, внесудебные преследования оппозиционных политических деятелей и членов их семей, применение пыток и издевательств в местах лишения свободы должны быть немедленно прекращены, а виновные в нарушении прав человека привлечены к уголовной ответственности", - отмечается в документе.
Пристальное внимание ООН к Туркмении объясняется тем, что мировое сообщество не намерено мириться с многочисленными нарушениями прав человека в этой стране. Рассматривается даже возможность применения Западом санкций против Туркмении. Если события будут развиваться по этому сценарию, то Россия, поддержкой которой Ниязов успел заручиться, заключив недавно крупнейший контракт с "Газпромом", ничем не сможет помочь своему партнеру по СНГ. Некоторые эксперты поспешили заявить, что после визита в Москву Ниязов обеспечил себе "вечное президентство". Однако вряд ли с этим можно согласиться. Во-первых, договор с "Газпромом" рассчитан на 25 лет, а немолодой Туркменбаши физически не сможет столько времени руководить государством. Во-вторых, подоплека туркменской сделки с российским газовым монополистом, очевидно, лежит в плоскости сложных отношений между Россией и США. Президент Ниязов, заинтересованный в том, чтобы сохранить и укрепить свою власть, конечно, использует эти противоречия. Но если новой российско-американской холодной войны не произойдет, а Россия и Америка будут строить дружественные отношения, то власть Ниязова неминуемо пошатнется. Само собой разумеется, что партнерство с США сулит России гораздо больше, чем дружба с диктатором в Ашхабаде.
Туркменбаши это понимает и сознательно нагнетает ситуацию. Ему выгодна атмосфера тревожного ожидания в обществе. Уже в течение месяца по национальному телевидению глава государства ежедневно в прайм-тайм внушает своим подданным, что "война с неверными не за горами". Видимо, с этим связан и указ, изданный 1 марта, ужесточающий контроль за въездом и выездом всех иностранцев. Намечающимся разрывом с Западом объясняется и изданный в середине марта приказ о переносе печатания национальной валюты из Бирмингема (Великобритания) в Ашхабад. 31 марта под лозунгом "Крепить исламский дух туркменской армии" стартовала программа экстренной переподготовки новобранцев и укрепления южных рубежей. Все свидетельствует о том, что страна занимает круговую оборону. По мнению экспертов, 10 апреля президент Ниязов, подписав газовое соглашение, отдал все карты в руки Москвы, намекнув при этом, что она должна стать главным защитником диктатуры в Туркмении. Хотя вполне можно допустить, что США попытаются военным путем образумить очередного диктатора и Туркменбаши ждет судьба Милошевича или Саддама, но вряд ли Россия поспешит вводить в нейтральную Туркмению войска.
Понятно, что экономически России выгодно оплатить часть туркменского газа поставками оружия для национальной армии, но воевать с США будет армия генерала Ниязова. Если оставить в стороне крайности (война или сохранение диктатуры), то вероятнее всего, что после технического оформления газовой сделки Ниязову еще раз напомнят о глобальных приоритетах России - политических, а не экономических. Для России партнерство с США не менее важно. В этом контексте Москва без особого риска может выступить в роли "демократизирующего начала" для Туркмении.
