Москва меняет энергетическую карту региона

Узбекистан и Россия построят совместную атомную электростанцию (АЭС). Переговоры о создании двух крупных энергоблоков станции находятся в завершающей стадии. Об этом сообщил глава «Росатома» Алексей Лихачев на встрече с премьер-министром РФ Дмитрием Медведевым. Итоговое соглашение может быть подписано уже осенью в ходе официального визита президента РФ Владимира Путина в Ташкент. Возведение станции начнется не позднее 2019 года.

В качестве будущей площадки для строительства АЭС выбрана Навоийская область. «Росатом» предлагает возвести АЭС из двух современных блоков поколения «три плюс» с реакторными установками ВВЭР-1200. Похожий проект «Росатом» реализует в Бангладеш. Он оценивается примерно в 13 млрд долл., из которых 11,3 млрд долл. предоставлены Россией в качестве государственного экспортного кредита. Белоруссии АЭС обошлась в 10 млрд долл. Сколько будет стоить Узбекистану атомная станция, пока не сообщается. Не исключено, что дешевле, поскольку Узбекистан – один из крупнейших поставщиков урана на мировой рынок. Это снижает себестоимость сырья для АЭС.

«Интрига вокруг данного вопроса сохраняется. И связана она, как обычно в таких вопросах и происходит, с ключевым вопросом: кто оплатит данный проект, ориентировочная стоимость которого, по предварительным оценкам, составит не менее 13 млрд долл.? Известно, что Россия предложила Ташкенту несколько вариантов финансирования проекта: на условиях государственного кредита, который Москва готова предоставить Ташкенту, привлечение смешанных (частно-государственных) инвестиций, вложение Узбекистаном собственных средств, ну и пресловутое BOO – Build-Own-Operate (Строй-Владей-Эксплуатируй)», – рассказал «НГ» доктор политических наук, член научного совета Института исследований Центральной Азии и Афганистана «Иран–Восток» Игорь Панкратенко.

И здесь, по мнению эксперта, возникает щекотливый момент. Если Москва хочет сохранить свои монопольные позиции в строительстве АЭС, ей предстоит взять все расходы на себя, пусть и в форме государственного кредита Ташкенту. Во всех остальных случаях в проекте появятся внешние участники, которые и в финансовом, и в технологическом плане будут стремиться к размыванию роли Москвы. По мнению Панкратенко, после того, как Ташкент принял окончательное решение о том, что АЭС в Узбекистане быть, французские и южнокорейские компании «сделали стойку», готовясь в случае осложнения российско-узбекских переговоров по данному вопросу предложить более выгодные условия.

«Москва всю сложность данной ситуации, обусловленную высокой конкуренцией, прекрасно понимает. Отсюда и готовность Российского экспортного центра полностью профинансировать строительство атомной электростанции в Узбекистане. Поскольку иного способа закрепить свое монопольное положение в зарождающейся атомной отрасли Ташкента у Москвы нет», – считает востоковед.

Напомним, что свои услуги по строительству АЭС в 2014 году предлагали Узбекистану Канада, Франция, Китай и Южная Корея. Было даже выбрано место для строительной площадки – озеро Айдаракуль. Но дальше намерений дело не пошло, поскольку выбор подрядчика и кредитора на долгие годы ставит в зависимость от страны-производителя. Москва же предлагает помимо возведения АЭС построить исследовательские реакторы, провести разведку и разработку урановых месторождений, организацию производства изотопов и применения их в промышленности, а также подготовку кадров для атомной энергетики Узбекистана.

Впрочем, российские атомщики давно обсуждают проекты строительства АЭС в Центрально-Азиатском регионе. Директор по культурным, научным и образовательным проектам Центра традиционных культур (Москва) Александр Собянин отметил в беседе с «НГ», что речь идет об одной или двух атомных станциях в Таджикистане, одной – в Киргизии, двух – в Узбекистане и одной – в Туркмении. «Естественно, все они на разных стадиях проработки вопроса. Из среднеазиатских проектов, если вычесть стоящий особняком Казахстан, в наибольшей степени проработан вопрос строительства АЭС в Согдийской области Таджикистана и в Узбекистане. В Навои, где предложили построить АЭС, расположен самый крупный горно-металлургический комбинат и, соответственно, имеется кластер горнодобывающих, горно-металлургических производств. Это золото, серебро, уран. У проекта есть ряд достоинств: он позволяет иначе взглянуть на гидростанции в Таджикистане (высота плотин) и АЭС в Казахстане. Узбекистан станет первой страной в регионе, где будет построена АЭС совместно с корпорацией «Росатом». Это позволяет вернуться к задаче создания единой энергосистемы Средней Азии и России, которая была поставлена еще в 60-е годы прошлого века. И которая не была решена», – отметил эксперт.

Речь идет о надежности в обеспечении региона электроэнергией и ее дешевизне. Собянин пояснил, что единая энергосистема резко повышает надежность ее функционирования, невозможность или низкую вероятность блэкаутов, а также резко снижает цену на электричество. Еще к плюсам строительства АЭС эксперт отнес и тот факт, что Узбекистан за счет выработки дешевой электроэнергии обеспечит рост промышленного производства и качество жизни населения. «Серьезных минусов я не вижу», – сказал Александр Собянин.

По мнению эксперта, Москва поменяет энергетическую карту Центрально-Азиатского региона. С повестки снимается вопрос строительства Рогунской ГЭС. С созданием единой энергосистемы Средней Азии необходимости в строительстве крупной ГЭС нет. Россия будет нести ответственность за равномерную подачу электроэнергии. У экономики Таджикистана появятся крупные объемы электричества. Единственный минус, если Запад начнет давление по всем направлениям. В частности, так случилось с Казахстаном. «Проект строительства АЭС в Западном Казахстане «Росатомом» прошел согласование и даже общественные слушания. Но затем подключился Запад. Астана получила предложение на строительство АЭС от французской компании AREVA, которое, как потом стало ясно, не предполагало его реализации. У них была единственная задача – не допустить «Росатом» к строительству станции в Казахстане. В случае с Узбекистаном давление Запада может быть, но не настолько сильным. Узбекская экономика не зависит от мировой конъюнктуры в такой степени, как казахстанская. Поэтому политическое давление на Ташкент невозможно. Предложение французской AREVA вряд ли пройдет», – считает Собянин.