Виктория Панфилова
Касым-Жомарт Токаев присутствовал при подписании пакета инвестиционных соглашений между компаниями Казахстана и ОАЭ. Фото с сайта www.akorda.kz
Президенты стран Центральной Азии (ЦА) приняли участие во Всемирном климатическом саммите, который проходит с 1 по 12 декабря в Дубае под эгидой Конференции ООН по изменению климата, и выступили с предложениями как избежать климатической катастрофы. Однако основным элементом их участия в мероприятии стали двусторонние встречи с представителями арабских монархий. Переговоры показали, что страны Персидского залива готовы инвестировать значительные средства в зеленую экономику и логистические проекты в регионе. На каких условиях эти деньги пойдут в регион, пока неизвестно. По мнению экспертов, в ЦА действует лобби, координирующее финансовые потоки, связанные с арабскими инвестициями.
Увеличение инвестиций стран Персидского залива в Центральную Азию началось после состоявшегося в Джидде саммита глав государств «Центральная Азия + Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ)» под председательством наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Сальмана (см. «НГ» от 19.07.23). Наиболее активны страны Залива в Казахстане и Узбекистане по ряду причин. Эти страны обладают высоким потенциалом в области использования возобновляемых источников энергии. Поэтому арабские монархии с большей охотой инвестируют в сферу энергетики, причем не только в строительство ветровых и солнечных станций, но и строят новые ТЭЦ на газе. Здесь они также развивают агропромышленный комплекс с последующим экспортом продукции сельского хозяйства в свои страны. В частности, Казахстан поставляет муку и зерно, и это одно из направлений сотрудничества между Астаной и странами Залива.
Таджикистан и Киргизия больше ориентированы на гидроэнергетику, поэтому и предлагаются проекты строительство крупных ГЭС. В частности, Душанбе ищет инвестиции в Рогунскую ГЭС, Бишкек – в Камбар-Атинскую ГЭС-1. Президент Киргизии Садыр Жапаров обсудил с министром энергетики и инфраструктуры Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) Сухейлем Аль-Мазруи трехсторонний меморандум о взаимопонимании между энергетическими ведомствами Киргизии, компанией Masdar и французской фирмой EDF, который открывает интересные перспективы сотрудничества в гидроэнергетике, сообщила пресс-служба киргизского лидера. Жапаров напомнил, что Киргизия обладает большим энергетическим потенциалом, однако пока лишь 13% водных ресурсов используется для выработки электроэнергии. В связи с этим он акцентировал необходимость шире применять зеленые технологии и развивать возобновляемые источники энергии (ВИЭ).
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев увез из Дубая портфель инвестиционных соглашений на 4,5 млрд долл. В его присутствии были подписаны соглашения о строительстве в Казахстане трех ветряных электростанций. По словам председателя правления АО «Фонд национального благосостояния «Самрук-Казына» Нурлана Жакупова, это позволит укрепить энергетическую безопасность республики и внести свой вклад в достижение углеводородной нейтральности. На полях саммита были подписаны и другие соглашения – например, о поставке концентратов природного урана, о развитии низкоуглеродной энергетики общей мощностью 10 ГВт на территории республики, меморандум между нефтегазовой компанией «Казмунайгаз» и AD Ports Group о взаимопонимании по созданию судоремонтного и судостроительного предприятия в Казахстане и соглашение между компаниями «Казахстанские железные дороги» и Abu Dhabi Ports Group о создании совместного предприятия. Токаев заявил, что «государство всегда будет оказывать поддержку инвесторам, работающим в Казахстане».
Глава Узбекистана Шавкат Мирзиёев на встрече с президентом ОАЭ Шейхом Мухаммадом бин Заидом Аль Нахайяном отметил, что товарооборот с начала года вырос на 30%, увеличиваются число совместных предприятий и частота прямых авиарейсов. Портфель совместных проектов с участием ведущих компаний двух стран составил 4 млрд долл. По словам Мирзиёева, доля альтернативной энергетики в Узбекистане за последние годы выросла вдвое. В республике работают и другие компании. «Совместно с ОАЭ, Саудовской Аравией, Катаром, Китаем, Турцией и другими зарубежными партнерами мы построим 25 ГВт мощностей возобновляемой энергетики к 2030 году. Мы сделали первые практические шаги по проекту производства зеленого водорода», – подчеркнул Миризёев. Как уточнил начальник Управления по развитию генерации на основе ВИЭ Министерства энергетики Абуллажон Отабаев, в настоящее время реализуются 19 проектов в области солнечной энергетики и 7 – по строительству ветроэлектростанций на сумму более 9 млрд долл.
Как сказал «НГ» старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин, запрос центральноазиатских государств на инвестиции, и особенно в сферу энергетики, огромен. Причина, как отметил эксперт, в энергетическом кризисе, который наблюдается во всех странах региона, возможно, за исключением Туркменистана, да и то лишь потому, что нет точной статистики. «Соответственно растет потребность во вложениях в сферу традиционной энергетики. Однако таких предложений на рынке не так много, но есть желающие вкладывать серьезные средства в зеленую энергетику как в более продвинутую и одобряемую Западом. Впрочем, спрос на нее со стороны центральноазиатских республик большой. Но не совсем понятно, на каких условиях будут идти инвестиции», – отметил Притчин.
По словам эксперта, у арабских стран нет своих технологий, они используют китайские. Получается, что на деньги арабских инвесторов закупается китайское оборудование для строительства солнечных и ветровых станций. «Опять все упирается в условия – если это политические, то какие? Если нет, то под какой процент и на каких условиях предполагается возвращение инвестиций? Для тех компаний и стран, которые вкладываются, это возможность заработать средства. Соответственно интерес арабских государств к зеленой энергетике Центральной Азии – это в том числе и возможность заработать», – считает Притчин.
Вторым важным моментом эксперт считает тот факт, что зеленая энергетика, какой бы модной она ни была, все-таки не решает проблему энергетического кризиса. «Поскольку вложения идут в солнечную энергетику, а она носит сезонный характер. Основной спрос на электроэнергию формируется зимой, когда солнечных дней гораздо меньше. Зимой также сложнее обслуживать эти станции. «Поэтому развитие зеленой энергетики больше похоже на мыльный пузырь, в который играют все страны. Во всяком случае пока мы не видели каких-то серьезных результатов по улучшению энергетического баланса центральноазиатских государств», – сказал в заключение эксперт.
Директор Центра исследовательских инициатив Man’o Бахтиер Эргашев считает, что инвесторы из стран Залива заинтересованы в сотрудничестве с регионом в целом и с Узбекистаном в частности. Как сказал эксперт ресурсу podrobno.uz, если не брать в расчет теории заговора и разговоры о якобы титанических усилиях арабских стран по созданию всемирного исламского халифата и финансировании в этих целях экстремистских террористических организаций, то понятно, что инвесторы из этих государств заинтересованы в прагматичном сотрудничестве, инвестировании в те или иные проекты, которые им экономически выгодны. Это, например, производство органической сельхозпродукции в Узбекистане с дальнейшим ее экспортом в арабские страны. Есть несколько проектов в сфере производства строительных материалов. Арабский бизнес хотел бы вкладывать свои инвестиции и строить здесь предприятия в сфере переработки сельхозпродукции.
Но есть и минусы этого сотрудничества. Так, в Узбекистане сформировано лобби, которое продвигает интересы арабских предпринимателей в сфере энергетики. По мнению эксперта, это неплохо, но вызывает вопросы то, что все это делается в закрытом режиме по принципу «побыстрее построить и сдать». При этом долгосрочные эффекты от ВИЭ недостаточно представлены обществу. Потому что там есть не только плюсы, о которых любят говорить сторонники и лоббисты этих компаний, но и серьезное количество минусов, начиная от экологических и заканчивая технологическими вопросами.
