Виктория Панфилова
Шавкат Мирзиёев, Эмомали Рахмон и Садыр Жапаров скрепили ферганскую сделку рукопожатием.
Фото со страницы президента Таджикистана в Flickr
Президенты Таджикистана, Киргизии и Узбекистана Эмомали Рахмон, Садыр Жапаров и Шавкат Мирзиёев подписали исторические соглашения – договор о точке стыка границ трех республик и Худжандскую декларацию о вечной дружбе. Они также выразили уверенность в дальнейшем развитии партнерства между странами. Подписание документов состоялось 31 марта на первом саммите лидеров трех государств в Худжанде – административном центре Согдийской области на севере Таджикистана.
Эмомали Рахмон, Садыр Жапаров и Шавкат Мирзиёев в режиме онлайн открыли «Комплекс дружбы» на границе Согдийской, Баткенской и Ферганской областей, символизирующий дружбу народов Таджикистана, Киргизии и Узбекистана. 31 марта также вступил в силу договор о союзничестве между Узбекистаном и Таджикистаном, подписанный в апреле 2024 года. Аналогичный договор есть у Узбекистана с Киргизией.
Таджикистан и Киргизия объединили свои энергосистемы. Главы двух государств запустили линии электропередачи Сугд–Датка в рамках проекта CASA-1000 (см. «НГ» от 24.03.25).
После официальных переговоров лидеры трех стран приняли участие в праздновании Навруза – Нового года по солнечному календарю и одного из важных мусульманских праздников Курбан-байрама (таджикское название «Иди-Кубон») – праздника жертвоприношения в честь завершения священного месяца Рамадан.
«Урегулирование пограничного вопроса – это весьма значимое событие как для всего региона, так и для взаимоотношений трех государств Центральной Азии, особенно Таджикистана и Киргизии. Главным долгосрочным последствием этого должно стать снижение уровня неопределенности в отношениях и укрепление их предсказуемости на долгосрочную перспективу. Это важно еще и в контексте того, что в будущем (где-то раньше, где-то позже) во всех странах региона будет осуществляться транзит власти, а для его успешного проведения важен благоприятный внешний фон и стабильные отношения с соседями по региону», – сказал «НГ» руководитель Центра общественной дипломатии и анализа мировой политики, научный сотрудник Института востоковедения РАН Александр Воробьев.
Вторым важным значением проведенных в Худжанде переговоров и достигнутых договоренностей, по мнению эксперта, является то, что теперь стороны смогут более интенсивно и беспроблемно развивать самые разные виды сотрудничества – от экономики, торговли и логистики до взаимодействия в энергетической сфере. «При этом, конечно, нельзя говорить о том, что все проблемы между странами полностью решены: противоречия в экономике, торговле, проявления экономической и иной конкуренции будут иметь место и в будущем, но решать их при возросшем взаимопонимании на высшем политическом уровне будет на порядок легче», – подчеркнул Воробьев.
Директор Центра исследовательских инициатив «Ma’no» Бахтиёр Эргашев обратил внимание на то, что Центральная Азия – регион сложной геополитической конфигурации, граничащий с четырьмя ядерными державами и находящийся на пересечении интересов различных центров силы. Ферганская долина, в свою очередь, концентрирует в себе всю многогранность и проблематику региона. Несмотря на относительно небольшие размеры, долина несет бремя многолетних, накопленных за столетия проблем. Сложная история региона, усугубленная в советский и постсоветский периоды территориальным размежеванием между тремя республиками, привела к ряду серьезных последствий после распада СССР – от водных споров и разрушения промышленности до безработицы и стремительного демографического роста. Например, три ферганские области Узбекистана, составляя лишь десятую часть территории республики, представляют более 30% ее населения. Кроме того, Ферганская долина являлась очагом межэтнических противоречий.
«Переломным моментом стало заявление президента Мирзиёева в 2017–2018 годах о формировании в Центральной Азии пояса добрососедства и партнерства. Ключевой задачей стало урегулирование отношений с Киргизией и Таджикистаном, в первую очередь решение пограничных вопросов, унаследованных от советского прошлого. Подтверждая свои намерения конкретными действиями, Узбекистан завершил делимитацию границы с Киргизией еще в 2023 году, пойдя на значительные территориальные уступки, тем самым демонстрируя готовность к компромиссам ради региональной стабильности. Примеру Узбекистана последовал Таджикистан, урегулировав с Киргизией все пограничные вопросы», – сказал «НГ» Эргашев.
Но урегулирование пограничных вопросов, по его мнению, лишь фундамент для решения более сложных задач, таких как новая индустриализация региона. «Необходима комплексная программа развития промышленной кооперации и индустриализации всей Ферганской долины. Она станет логическим продолжением и важным результатом на ближайшие годы. Сотрудничество в области вододеления и водопользования, безусловно, важно, особенно учитывая аграрную направленность экономики Ферганской долины, однако ключ к решению проблем региона лежит в новой индустриализации, основанной на промышленной кооперации, с участием всех заинтересованных сторон», – подчеркнул эксперт.
Положительные сдвиги в этом направлении уже есть. Активно развиваются инвестиционные проекты узбекских компаний в киргизской части Ферганской долины: от текстильных предприятий и производства стройматериалов до переработки кожи и сельхозпродукции. Запускаются и более крупные проекты, например сборочные автомобильные производства. Особо тесное сотрудничество наблюдается между Андижанской областью Узбекистана и Ошской областью Киргизии. Киргизия становится важным поставщиком сельскохозяйственной продукции, в частности мяса и молока, в Узбекистан. Аналогичная позитивная динамика наблюдается и в отношениях с Таджикистаном, где ежегодный рост взаимной торговли достигает 30%. Строятся приграничные торговые зоны, современная транспортная и энергетическая инфраструктура.
Ведущий эксперт Центра комплексных и международных исследований Высшей школы экономики Дарья Рекеда считает, что «ферганский формат» имеет важное значение для всего региона Центральной Азии, а не только для указанных стран, таких как Таджикистан, Узбекистан и Киргизия. «Это связано с вопросами инвестиционного плана и обеспечения безопасности на евразийском пространстве. Проблемы урегулирования пограничных споров и контроля над границей, через которую проходят наркотрафик, торговля оружием и передвижение различных радикальных элементов, всегда были актуальны. Известны случаи использования подземных переходов и туннелей между регионами Ферганской долины для контрабанды товаров, подпадающих под категорию «черные тоннели». Усиление контроля и плотного наблюдения за пространством Ферганской долины и ее сложным рельефом со всех точек зрения важно для безопасности», – сказала «НГ» Дарья Рекеда. По ее мнению, решение пограничных вопросов является позитивным сигналом того, что Центральная Азия консолидируется и есть возможности и инструменты для решения задач, включая транспортно-логистические.
«Это один аспект. Второй аспект – сигнал о том, что интеграция в Центральной Азии, о которой много лет ведутся разговоры в разных контекстах, пусть и в формате консультативных встреч, обретает реальные очертания. Ферганский формат можно рассматривать как дополнение к процессу интеграции на пространстве Центральной Азии, по крайней мере в ключе решения вопросов более прикладного характера», – отметила эксперт.
По мнению Дарьи Рекеды, «ферганский формат» может остаться в рамках коммуникационной площадки по решению вопросов границы. В частности, продолжается диалог между государствами Центральной Азии по идее создания безвизового пространства и повышения туристической привлекательности региона.
