Игорь Селезнёв
Фото сайта www.parliament.ge
В Грузии задержали Григола Лилуашвили – бывшего главу Службы госбезопасности (СГБ). Он возглавлял ведомство с октября 2019-го по апрель 2025 года и долгое время считался одним из самых верных соратников основателя «Грузинской мечты» Бидзины Иванишвили. Теперь ему грозит от 11 до 15 лет тюрьмы по обвинению в коррупции. Ранее оппозиция добивалась его ареста, а теперь власти утверждают, что их противники и Лилуашвили действовали заодно.
Во-первых, по версии следствия, в октябре 2022-го Лилуашвили получил взятку в размере 1 млн долл. от турецкого инвестора Чагатая Улькера. Посредником выступал первый замминистра экономики Ромео Микаутадзе, которого тоже задержали. Улькер хотел добиться от правительства Грузии подписания меморандума о строительстве ветряных электростанций.
В феврале того же года, снова при участии Микаутадзе, глава СГБ якобы вымогал около полумиллиона долларов у основателя компании «Экспресс-сервис 2008» Георгия Хажалия. При этом Лилуашвили обещал помочь бизнесмену выиграть тендеры на газификацию.
Кроме того, Лилуашвили инкриминируют, что с 2021 по 2023 год он контролировал несколько мошеннических «кол-центров». Так утверждают следователи. По данным силовиков, часть полученных преступным путем денег Лилуашвили передавал оппозиционным СМИ. Этот «источник дохода» принес ему в общей сложности 1,4 млн долл.
Помимо этого, Лилуашвили регулярно принимал взятки от своего друга Казабера Гванцеладзе. Взамен предприниматель получал контракты на закупку товаров для детских садов.
Примечательно, что в феврале 2022 года оппозиционные телеканалы «Мтавари архи» и «Формула» выпустили расследования о связи главы СГБ с «кол-центрами». Также один из лидеров «Единого национального движения» (ЕНД) Леван Хабеишвили требовал вызвать Лилуашвили на заседание парламентского комитета по обороне и безопасности. Но вместо того чтобы объясниться с согражданами, глава СГБ подал в суд на оппозицию. Грузинская Фемида обязала «Мтавари архи» и «Формулу» выплатить Лилуашвили по 1 млн лари (около 370 тыс. долл.).
«Говорят, что оппозиционные СМИ финансировались деньгами, незаконно полученными в кол-центрах, и что СМИ не освещали эту проблему. Историю переписывают так: сначала подашь в суд на медиа за освещение, через несколько лет обвинят в том, что не освещали, и еще вставят, что именно оно получало финансирование через эту криминальную схему. Я не знаю, кто это должен «съесть», но точно знаю, что эта наглость обязательно вернется к каждому стороннику «Грузинской мечты», как это уже случилось с Лилуашвили», – заявила адвокат «Формулы» Мари Капанадзе.
Тем временем оппозиционные партии требуют, чтобы в связи со скандалом правительство «Грузинской мечты» ушло в отставку.
«Лидером большинства в этом парламенте был нынешний премьер-министр Ираклий Кобахидзе, в обязанности которого должен был входить парламентский надзор, в том числе по вопросам коррупции. Однако ни Кобахидзе, ни руководители тогдашней парламентской команды ни разу не задавали вопросов относительно Лилуашвили», – заявила представительница ЕНД Ана Цитлидзе.
За последнее время это не первый коррупционный скандал с участием правящей элиты республики. В том числе до 12 лет тюрьмы грозит бывшему премьер-министру Грузии (с 2013 по 2015 и с 2021 по 2024 год) и председателю партии власти (с 2024 по 2025 год) Ираклию Гарибашвили. Его обвиняют в том, что во время управления государством он незаконно занимался бизнесом, записывая доход на своих родственников в виде подарков.
Впрочем, «Грузинская мечта» спокойно относится к критике. Как сказал спикер парламента Шалва Папуашвили, сила правящей команды проявляется в том числе в том, что ее члены способны выявлять преступников в своих рядах.
Политолог Нино Скворцова рассказала в беседе с «НГ», что дело Лилуашвили выглядит как редкий для Грузии кейс, когда обвинения в коррупции затрагивают верхний уровень власти и доходят до процессуального результата.
«С учетом специфики ведомства, которым он руководил, сама история вызывает повышенную озабоченность: речь идет о фигуре, которая была частью системы безопасности, а это всегда – про доверие к государству и вопрос, где проходят границы допустимого. При этом заранее трудно уверенно сказать, как отреагирует население… Если в публичном поле закрепится сюжет о покровительстве кол-центрам, которые обманывали людей, включая социально уязвимые группы, и эпизоды, связанные с детскими садами, то репутационный эффект будет сильнее, чем от абстрактной «коррупции как таковой». Здесь общественная реакция обычно строится вокруг морального измерения: неприятие вызывают способ наживы и сфера, где это происходило, а не только сумма или формальная квалификация», – считает Скворцова.
В то же время «Грузинская мечта» может попытаться разыграть карту внутренней чистки: показать, что в партии нет неприкасаемых, и использовать кейс как инструмент дисциплины и перераспределения влияния. «На этом фоне заметна линия на укрепление команды премьера Кобахидзе и постепенное вытеснение прежних внутрипартийных групп, ассоциированных с разными периодами премьерств», – подчеркнула Нино Скворцова.
