Дмитрий Тараторин
С виду в благополучной школьной среде стали появляться тревожные симптомы. Фото с сайта www.sb.by
Генеральная прокуратура опубликовала на своем сайте информацию о результатах проверки эффективности работы государственных органов и организаций по профилактике детской смертности, в том числе от самоубийств. Ведомство предложило правительству дополнительные меры по предупреждению гибели несовершеннолетних. Прокурорские сотрудники отмечают как крайне тревожную тенденцию снижение возраста самоубийц и призывают родителей к большей внимательности и чуткости по отношению к собственным детям.
Сайт Генеральной прокуратуры Белоруссии опубликовал сообщение под весьма эмоциональным заголовком «Крик о помощи должен быть услышан». Речь в нем идет о предупреждении детских суицидов.
Ведомство провело проверку эффективности деятельности государственных органов по профилактике детской смертности, в том числе от самоубийств. Ситуация в этой сфере достаточно тревожна. Поэтому Генпрокуратура предложила правительству конкретные дополнительные меры по предупреждению трагедий.
Управление взаимодействия со СМИ Генеральной прокуратуры констатирует: «Суициды – актуальная проблема, характерная для многих государств, в Беларуси в структуре гибели детей от внешних причин они преобладают. Во всех регионах страны в 2025 году отмечены участившиеся суицидальные попытки среди несовершеннолетних, эта тенденция сохраняется и сегодня».
Отмечается, что среди распространенных причин и условий, подталкивающих подростков к этому страшному выбору, – «социальная дезадаптация, одиночество, конфликтные отношения с родителями, отсутствие с их стороны должного внимания и заботы».
Разумеется, ведомство в то же время указывает и на новые, обусловленные современными вызовами факторы: влияние деструктивных сообществ в соцсетях и даже увлечение аниме с суицидальным контекстом.
Угрозу Генпрокуратура обозначает достаточно конкретно, а вот меры противодействия ей изложены в довольно общей форме: «Для предупреждения суицидального поведения у молодых людей прокуроры предложили организовать комплексную работу систем здравоохранения и образования совместно с родителями – такой подход позволит предотвратить последствия кризисных ситуаций, которые переживают дети». Предлагается также активизировать работу психологов в союзе с педагогами, направленную на выявление суицидального риска у несовершеннолетних.
Помимо официальной информации о ситуации с ростом количества подростковых самоубийств по стране, важные детали приводит издание «Гомельская правда».
Начальница отдела по надзору за исполнением законодательства о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры области Ольга Шевченко рассказывает: «Количество подростковых самоубийств увеличилось по всей стране. Специалисты обеспокоены и тем, что снизился возраст детей, покончивших с собой. В Беларуси фиксируются случаи в возрастной группе 10−11 лет. Парасуицидов – попыток самоубийства – тоже стало больше. Главные причины, как правило, кроются в семье, детско-родительских отношениях, чувстве одиночества. Свою роль также играет непонимание, отсутствие смысла жизни, несчастная любовь. В ряде случаев у подростков выявляются признаки депрессии, тревожности и других психологических проблем, которые остаются незамеченными или игнорируемыми».
Сотрудник прокуратуры приводит несколько примеров, которые весьма наглядно демонстрируют, что основной причиной подростковых суицидов является все-таки равнодушие и даже жестокость родителей, а вовсе не интернет-зависимость.
Так, специалисты изучали переписку девочки, покончившей с собой в прошлом году. Подросток обсуждала с подругой, что пыталась поделиться своими проблемами с мамой, но та не слышала. Хуже того, в одном из эпизодов девочка прямо заявила матери, что хочет уйти из жизни. Но та в сердцах ответила, что готова сама ее подтолкнуть.
«Для ребенка, который и так находился на грани, эти слова могли стать спусковым крючком, даже если мама не вкладывала особого смысла в свой ответ», – отметила сотрудница прокуратуры.
Другой приводимый ею случай не менее показателен: 13-летняя девочка ушла из дома жить к подруге. Когда обстоятельства ее гибели расследовались, мать заявила, что знала об этом и не возражала. Между тем у подростка не было личного мобильного телефона, и, соответственно, мать не могла поддерживать с ней связь и знать о ее реальном местонахождении.
На старый Новый год девочка отправилась с товарищами щедровать (колядовать). Это старинный обычай – дети обходят дома и поют веселые песенки, желая хозяевам счастья. После этого она сказала друзьям, что пойдет домой. А вместо этого покончила с собой, предварительно разослав друзьям прощальное сообщение с мобильника подруги.
Ольга Шевченко обращается к родителям: «Когда подросток говорит, что ему плохо, не хочется жить, не обесценивайте эти слова. Для взрослого человека детская проблема может показаться мелочью, но несовершеннолетние в силу возрастных особенностей по-другому воспринимают мир. К сожалению, мы сегодня видим, что у многих детей нет контакта с родителями».
То, что работники прокуратуры делают достоянием гласности подобные примеры, возможно, и возымеет некий эффект, однако, что касается системных мер по предупреждению суицидов, они сами констатируют их явную недостаточность.
Хотя в учебных заведениях и проводится психологическое тестирование школьников, но толку от него мало, поскольку отмечаются трудности с обработкой анкет. Да и сами опросники по выявлению суицидального поведения, согласно выводам, сделанным прокуратурой, заметно устарели. Министерству образования дано поручение их обновить. Однако серьезной аналитики по поводу столь тревожной ситуации, а особенно тенденции снижения возрастного порога суицида, государственные органы не предлагают.
