Виктория Панфилова
Владимир Путин во время встречи с Си Цзиньпином заявил, что Россия готова к совместной работе по переводу безвизового режима между РФ и Китаем на постоянную основу, если Пекин сочтет это возможным. Фото Reuters
Киргизия на несколько дней стала одной из столиц мировой дипломатии. В Бишкек, где 1 сентября пройдет заседание Совета глав государств Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), прибыли лидеры России, Китая, Индии, Турции, Ирана, Казахстана, Узбекистана и других стран. Политическая программа совпала с 35-летием независимости республики и открытием VI Всемирных игр кочевников – 31 августа. Такое наложение позволило президенту Садыру Жапарову собрать на одной площадке не только участников ШОС, но и представителей государств, которые обычно воспринимают организацию как инструмент усиления Китая и России. Саммит предваряет плотная серия двусторонних контактов.
Президент РФ Владимир Путин провел переговоры с председателем Китайской Народной Республики (КНР) Си Цзиньпином. Москва сможет сверить позиции с Пекином, поддержать особый диалог с Нью-Дели и обсудить с Анкарой вопросы, по которым партнерство соседствует с конкуренцией. Встречи на полях саммита могут оказаться не менее содержательными, чем итоговые документы ШОС.
Встреча Путина с Си Цзиньпином стала первой в череде двусторонних переговоров Путина с зарубежными лидерами «на полях» саммита ШОС.
С российской стороны в переговорах приняли участие в том числе министр иностранных дел Сергей Лавров, зампредседателя правительства Алексей Оверчук, замруководителя администрации президента Максим Орешкин, помощник президента Юрий Ушаков, министр экономического развития Максим Решетников, министр энергетики Сергей Цивилев, спецпредставитель президента по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами, глава РФПИ Кирилл Дмитриев, глава «Росатома» Алексей Лихачев.
Как накануне встречи сообщал Юрий Ушаков, лидеры обсудят «самые важные международные проблемы». «Мы тесно координируем усилия на международной арене с Китайской Народной Республикой, активно развиваем торгово-экономические отношения», – отметил он. Кроме того, ожидается, что Путин и Си Цзиньпин обсудят проект «Сила Сибири-2» и возможную финализацию договоренностей по нему.
Затем президент России Владимир Путин встретился с премьер-министром республики Индия Нарендра Моди. Агенство ТАСС приводит слова индийского лидера: «Индия поддерживает любые мирные инициативы и продолжит делать это впредь»
«Война отбрасывает человечество назад, тогда как каждый шаг к миру дает человечеству надежду на мир. Мы должны стремиться к прекращению военных действий - это необходимый шаг для блага человечества. Скорейшее мирное урегулирование всех вопросов - таков призыв человечества и такова позиция Индии», - указал Моди в выступлении, опубликованном на его странице в Х.
Особенность нынешней встречи ШОС заключается в том, что рядом с лидерами крупнейших евразийских держав в Бишкеке присутствует представительная делегация США. Ее возглавил специальный представитель президента Дональда Трампа Серджио Гор. В состав делегации вошли сенатор Стив Дэйнс, заместитель помощника госсекретаря Бетани Пулос Моррисон и специальный посланник президента Паоло Замполли. Формально американцы приехали не на саммит ШОС, а на празднование Дня независимости Киргизии и открытие Игр кочевников. Но совпадение мероприятий превращает протокольный визит в политический сигнал: Вашингтон не намерен оставлять Центральную Азию в исключительной сфере влияния Москвы и Пекина.
Европейское направление представлено скромнее – через дипломатические каналы и контакты вокруг международных мероприятий. ЕС не участвует в ШОС, однако предлагает региону собственную повестку: транспортные коридоры в обход России, критическое сырье, зеленую энергетику и доступ на европейский рынок. Значение этого присутствия определяется не протоколом, а долгосрочной борьбой за инфраструктуру и правила торговли.
Директор Центра экспертных инициатив «Ой Ордо» Игорь Шестаков считает состав гостей отражением многовекторной политики, характерной не только для Киргизии, но также для Казахстана и Узбекистана.
«Отправив нам Гора, Трамп тоже заинтересован, чтобы отношения с Центральной Азией, в том числе и с Кыргызстаном, пошли в гору», – отметил эксперт в беседе с «НГ». По его словам, Центральная Азия на фоне геополитических кризисов остается зоной стабильности и из периферии превращается в один из востребованных регионов мира. Сюда хотят вкладывать средства и приходить с политическими проектами, в том числе в рамках соперничества Вашингтона и Пекина.
Киргизская многовекторность не означает равноудаленности. Россия остается союзником, важнейшим рынком труда и партнером по Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС), Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и СНГ. Китай быстро наращивает экономическое и инфраструктурное присутствие. США и ЕС уступают им по объему связей, но дают Бишкеку дополнительные инвестиционные и дипломатические возможности. Задача Жапарова – конвертировать внешнюю конкуренцию в ресурсы развития, не превратив страну в арену конфликта.
Наиболее весомым двусторонним событием стал государственный визит Си Цзиньпина. По его итогам лидеры подписали Договор о вечном добрососедстве, дружбе и сотрудничестве и Совместную декларацию о высококачественном развитии всеобъемлющего стратегического партнерства в новую эпоху. Всего стороны оформили 32 документа: два основополагающих политических и 30 межправительственных, межведомственных и коммерческих соглашений.
Практический блок показывает ожидания Бишкека. Договоренности касаются пограничного моста и пункта пропуска «Бедель», железнодорожных экспресс-перевозок Китай – Центральная Азия – Европа, электронной торговли, промышленности и трансграничных расчетов. Протоколы должны расширить доступ киргизских фруктов и мясной продукции на китайский рынок. Подписаны также документы о сотрудничестве регионов, университетов и СМИ.
Эти соглашения важны в связке с железной дорогой Китай – Киргизия – Узбекистан. Бишкек стремится перестать быть только рынком китайского импорта. Его цель – получать доходы от транзита, переработки и производств. «Бедель» должен открыть дополнительный выход из Синьцзяна к Ферганской долине и западным рынкам. Если проекты заработают как система, географическая замкнутость республики может стать источником ренты.
Но цена такой трансформации остается главным вопросом. Китайские проекты требуют крупных вложений, понятных правил кредитования и прозрачного распределения рисков. Киргизии предстоит следить, чтобы транзит не ограничился движением чужих грузов, а создавал рабочие места, локальные производства и налоговые поступления. Не менее важно не допустить критической зависимости от одного кредитора, технологии или направления экспорта. Именно здесь многовекторная дипломатия должна получить экономическое содержание.
Теперь Бишкеку предстоит превратить декларации и внимание мировых столиц в дороги, экспортные контракты и инвестиции.
