Виктория Панфилова
Подразделения Турции, Азербайджана и Узбекистана приступили к проведению учений «Сила единства – 2026» в Карабахе. Фото с сайта www.mod.gov.az
В конце сентября военные маршруты государств Центральной Азии расходятся в двух направлениях. Через Казахстан в Россию следуют эшелоны с техникой и личным составом для учений Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ). Узбекистан направил военнослужащих в Карабах на совместные маневры с турецкой и азербайджанской армиями «Сила единства – 2026». Почти одновременное проведение учений позволяет рассмотреть два формата сотрудничества, от развития которых будет зависеть распределение военного влияния в регионе.
Военные эшелоны, следующие через Казахстан в Челябинскую область, едва ли привлекли бы особое внимание за пределами региона. Министерство обороны республики заранее предупредило о перевозках: техника и личный состав направляются на плановые учения ОДКБ.
На российском полигоне «Чебаркульский» готовятся учения «Взаимодействие-2026», «Поиск-2026» и «Эшелон-2026». Их проведение назначено на 24 сентября – 3 октября. В штабных переговорах участвовали представители Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России и Таджикистана. Программа охватывает действия Коллективных сил оперативного реагирования, разведку и снабжение – ту практическую работу, без которой союзные обязательства остаются на бумаге, сообщил секретариат ОДКБ.
У маневров «Сила единства – 2026», проходящих с 21 сентября по 1 октября, другая география: Карабах, Нахичевань и Каспий. Азербайджан, Турция и Узбекистан отрабатывают совместные операции с привлечением наземной техники, авиации, морских средств и беспилотников. Считать это обменом военными сигналами было бы натяжкой: учения готовились заранее. Но политически такое соседство показательно. Москва проверяет сложившиеся союзные механизмы, Анкара укрепляет отношения с партнером из Центральной Азии, сообщило Министерство обороны Азербайджана.
Турецкие эксперты указывают на особую роль Ташкента. Азербайджано-турецкое военное сотрудничество давно стало привычной частью региональной политики. Присутствие узбекских подразделений расширяет круг участников. Для Баку появляется возможность соединить тесные отношения с Анкарой и собственное сближение с Узбекистаном. В 2024 году азербайджанский и узбекский президенты подписали договор о союзнических отношениях. Совместная боевая подготовка наполняет политические договоренности практическим содержанием.
Карабах придает происходящему дополнительный смысл. Проведение здесь международных маневров позволяет Баку демонстрировать включение территории в постоянное сотрудничество с зарубежными партнерами. Их присутствие приобретает политическое звучание независимо от конкретных учебных задач. Азербайджан выступает хозяином площадки, на которой встречаются военные Южного Кавказа, Турции и Центральной Азии, и тем самым укрепляет собственную роль в отношениях между ними.
Впрочем, военный эксперт Виктор Литовкин предостерегает от далеко идущих выводов о выборе Узбекистана. Приглашение на учения, по его оценке, интересно и полезно Ташкенту, однако само по себе не меняет его внешнеполитической ориентации. «Это не значит, что Узбекистан попал под влияние Турции и Азербайджана», – сказал эксперт «НГ». Он считает, что Узбекистан сохраняет дружественные отношения с Россией, и не видит оснований ожидать его противостояния с Москвой или государствами ОДКБ.
Впрочем, для Ташкента расширение военных контактов означает доступ к дополнительному опыту, технологиям и программам подготовки. В апреле Шавкат Мирзиёев заслушал доклад об укреплении сотрудничества с Турцией, в котором упоминались подготовка специалистов и совместные мероприятия. Нынешние маневры продолжают этот курс. Отождествлять его с готовностью следовать за Анкарой во всех политических вопросах оснований нет.
Турецкий интерес, однако, выходит за пределы одного учебного сезона. Военные связи складываются из вполне будничных вещей: офицеры знакомятся, работают по общему плану, осваивают связь и управление. Затем возникают следующие приглашения, учебные программы, потребность в совместимом оборудовании. Со временем это может повлиять на выбор поставщиков вооружений и подходов к боевой подготовке. Поэтому заявленная организаторами стандартизация процедур заслуживает внимания: именно в таких деталях сотрудничество получает возможность надолго закрепиться.
Для России происходящее чувствительно своей постепенностью. Партнеру необязательно пересматривать политические декларации, чтобы отправлять больше офицеров учиться в другую страну или предпочитать ее технику. Союзные отношения могут сохраняться, а влияние на конкретные решения военного ведомства – сокращаться. Учения ОДКБ подтверждают востребованность существующих механизмов. Но по календарю маневров трудно судить о том, кто будет определять профессиональные предпочтения следующего поколения командиров.
Литовкин тем не менее считает тезис об ослаблении российских позиций под турецким давлением преждевременным. «Говорить о том, что Турция вытесняет Россию из Центральной Азии, я бы не стал», – заявил он. Эксперт обращает внимание и на Китай, влияние которого, по его оценке, особенно заметно в Таджикистане и Киргизии. Анкаре и Баку, полагает собеседник «НГ», было бы крайне сложно потеснить одновременно Москву и Пекин. Тем самым соперничество за регион оказывается сложнее, чем предполагает сравнение двух серий учений.
Литовкин ожидает, что борьба за влияние в Центральной Азии продолжится, причем сами государства региона будут стремиться извлечь из нее выгоду. Этот расчет и станет испытанием для российской политики. Москве придется подтверждать привлекательность сотрудничества качеством обучения, надежностью поставок и вниманием к запросам партнеров. Эшелоны, направляющиеся на Урал, свидетельствуют о прочности уже существующих связей. Узбекские военнослужащие в Азербайджане показывают, что у центральноазиатских столиц становится больше возможностей выбирать, с кем и на каких условиях их развивать.
