Виктория Панфилова
Президенты Узбекистана Шавкат Мирзиёев и Туркменистана Сердар Бердымухамедов подписали Договор о создании Высшего совета. Фото с сайта www.president.uz
Узбекистан и Туркменистан подписали договор о создании Высшего совета стратегического партнерства. Это один из конкретных результатов встреч на полях саммитов в туркменской Авазе. Баку и Тегеран заявили о завершающей стадии транспортного проекта Агбенд–Келале, а Москва передала Вашингтону иранские предложения об урегулировании конфликта. Однако сроки реализации ряда экономических договоренностей и содержание совместных проектов пока не раскрыты.
Двусторонние и трехсторонние переговоры в туркменской Авазе связали повестку Центральной Азии с интересами Южного Кавказа и Ирана. Лидеры обсуждали продвижение начатых проектов и новые механизмы взаимодействия. В выступлениях прозвучали и ориентиры этой работы.
Договор о создании Высшего совета подписали президенты Туркменистана Сердар Бердымухамедов и Узбекистана Шавкат Мирзиёев. Стороны наметили многократное увеличение взаимной торговли и развитие кооперации в промышленности, энергетике, транспорте, сельском и водном хозяйстве. Одной из основ для расширения обмена служит действующая приграничная торговая зона «Шават–Дашогуз».
Логику этой работы Мирзиёев объяснил на Консультативной встрече глав государств Центральной Азии и Азербайджана: «Мы уже подошли к тому моменту, когда обычной торговли друг с другом недостаточно. Нужно вместе создавать конечный продукт». Применительно к Ташкенту и Ашхабаду это означает согласование решений в нескольких отраслях: рост торговли зависит от транспорта, сельское хозяйство – от воды, промышленность – от энергетики. Однако договор лишь создает механизм. Программу еще предстоит наполнить проектами, определить исполнителей и сроки.
Президент Азербайджана Ильхам Алиев также предложил выйти за рамки обмена товарами: «Нужно не только увеличивать взаимную торговлю, важно вместе инвестировать, производить и выходить на внешние рынки». Для Баку транспортная инфраструктура – один из способов связать такое сотрудничество с доступом к международным рынкам.
На полях саммитов Алиев провел переговоры с иранским коллегой Масудом Пезешкианом и участвовал в трехсторонней встрече с Владимиром Путиным. В беседе лидеров Азербайджана и Ирана обсуждался проект Агбенд–Келале, связанный со строительством автомобильного моста через Аракс. Он должен стать частью маршрута между основной территорией Азербайджана и Нахичеванской автономией через Иран.
Президенты сообщили о завершающей стадии проекта. При этом готовность сооружения еще не означает запуск маршрута. Для движения необходимы пограничная инфраструктура и процедуры пропуска. Для Баку маршрут расширит транспортные возможности, для Тегерана – укрепит участие в региональном транзите.
Политическую сторону отношений подчеркнула благодарность Пезешкиана Алиеву за позицию в период событий в Иране. Президенты также подтвердили, что ведомства продолжают выполнять договоренности предыдущей встречи в Бишкеке. Таким образом, речь шла прежде всего о продвижении ранее согласованной повестки.
Встреча Алиева, Путина и Пезешкиана расширила обсуждение до трехстороннего сотрудничества. Российская сторона подтвердила, что среди тем была энергетика. Глава МИД Ирана Аббас Аракчи заявил о согласии по реализации ряда совместных проектов. Каких именно, он не уточнил. Поэтому говорить о запуске нового энергомоста или окончательных решениях по транспортным стройкам пока нет оснований.
Контакты Тегерана на Южном Кавказе не ограничились Баку. На встрече с Пезешкианом премьер-министр Армении Никол Пашинян отметил участие иранских компаний в стратегических проектах своей страны. Стороны обсудили предстоящие взаимные визиты, в ходе которых ожидается подписание новых контрактов. Переговоры с обоими соседями показывают заинтересованность Ирана в сохранении экономических связей в регионе. При этом оснований считать две встречи частью общей сделки нет.
Отдельное внешнеполитическое продолжение получил разговор Пезешкиана с главой РФ Владимиром Путиным. «Мы со своей стороны готовы сделать все, что от нас зависит, чтобы помочь вам урегулировать эту ситуацию», – сказал российский президент. Уже 10 октября пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков сообщил, что Путин по согласованию с Пезешкианом передал Дональду Трампу иранское видение возможного разрешения конфликта.
Кроме этого, Пезешкиан предложил более широкий формат сотрудничества – «СНГ + Иран». Инициатива охватывает энергетику, торговлю, инвестиции, транзит, науку и культуру. Такая площадка могла бы поддержать совместные проекты, но пока остается предложением. В своей социальной сети он написал, что «региональная дипломатия не должна ограничиваться проведением встреч». По его словам, она должна помогать управлять кризисами, поддерживать диалог и предотвращать эскалацию.
Эксперты считают, что итоги Авазы еще предстоит проверить именно этим мерилом: начнет ли работать узбекско-туркменский совет, откроется ли маршрут через Агбенд–Келале и получат ли продолжение переданные Вашингтону предложения.
«Прозвучавший не один раз и из уст нескольких президентов призыв переходить от деклараций и призывов к конкретным делам и соглашениям говорит о многом. Страны региона подошли к порогу, за которым все возможности прежней модели интеграции и совместного экономического развития либо уже исчерпаны, либо находятся на грани исчерпания. Требуются новые модели и драйверы развития», – сказал «НГ» политолог Дерья Караев.
Другое дело, по его мнению, что главы государств, собравшиеся в Авазе, понимают: им предстоит выстраивать свою политику не в политическом вакууме, а с учетом существования двух, мягко говоря, конкурирующих концепций – «Север–Юг» и «Восток–Запад». «При этом природа этой конкуренции изначально задана не странами региона, а внешними акторами. И от того, насколько президенты смогут соблюсти все эти балансы и избежать соблазна полностью свалиться в объятия внешних акторов, зависит успешность всего следующего этапа развития региона и его экономической кооперации», – подчеркнул Караев.
И конечно, самый уязвимый объект совместного использования – Каспийское море – требует незамедлительных мер по защите, считает эксперт. «К сожалению, сейчас действия сводятся преимущественно к дноуглубительным работам, которые просто уничтожают и без того угнетенную экосистему, подрывая основу существования биоты Каспия. Чтобы увидеть масштабы этих работ, достаточно посмотреть на космические снимки акватории Туркменбашинского залива и грузового порта Туркменбаши. Порт уже не может функционировать без постоянного углубления фарватеров, и для его нужд закупаются дноуглубительные суда в Бельгии и Нидерландах», – подчеркнул Караев.
