Изменимся ли мы вместе с климатом?

Если прежде еще и оставались какие-либо сомнения в необходимости принятия срочных мер для борьбы с изменением климата, то опубликованные на днях два доклада должны заставить мир остановиться и призадуматься. Во-первых, как показывают последние представленные Организации Объединенных Наций данные, количество вызывающих парниковый эффект газов, выбрасываемых в атмосферу крупнейшими промышленно развитыми странами, продолжает расти. Во-вторых, в своем исследовании бывший главный экономист Всемирного банка сэр Николас Стерн из Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии называет изменение климата «самым большим и самым широкомасштабным за всю историю провалом рынка», в результате которого объем глобальной экономики может сократиться на 20% и вызвать экономические и социальные потрясения, которые по глубине можно сравнить с последствиями двух мировых войн и Великой депрессии.

Ученые единодушно, теперь это уже очевидно и неопровержимо, склоняются в настоящее время к более тревожным оценкам перспектив. Многие ученые, которые всегда были известны своими осторожными оценками, заявляют теперь, что потепление достигло угрожающего уровня, который, в свою очередь, порождает губительные последствия, способные завести нас туда, откуда уже не будет возврата. Аналогичные изменения во взглядах происходят, по-видимому, и среди экономистов, и сейчас уже некоторые осторожные аналитики говорят о том, что для борьбы с выбросами газов в настоящее время потребуется гораздо меньше средств, чем для преодоления их последствий в будущем. Наряду с этим страховые компании выплачивают каждый год все большие и большие суммы средств, чтобы компенсировать ущерб, причиняемый в результате небывалых природных катастроф. И все большее число руководителей корпораций и промышленных отраслей высказывают озабоченность в связи с изменением климата, сопряженного с деловым риском. К тем же немногим скептикам, которые по-прежнему высказывают свои сомнения в этой связи, следует относиться так, как они того заслуживают: как к людям, лишенным аргументов. В Найроби открылась крупная конференция Организации Объединенных Наций, посвященная проблемам изменения климата. Конференции предстоит решить поистине эпохальные задачи. Изменение климата радикальным образом отражается практически на всех аспектах благополучия людей: от занятости и здравоохранения до продовольственной безопасности и сохранения мира в государствах и между ними. И тем не менее слишком часто проблему изменения климата считают проблемой чисто экологической, хотя ее следует рассматривать как один из элементов программы экономического и более широкого развития. До тех пор, пока мы не признаем всесторонний характер этой угрозы, наши меры в этой связи будут недостаточными.

Министры, отвечающие за вопросы окружающей среды, самоотверженно стремятся добиться принятия международных действий. Однако слишком многие их коллеги – министры энергетики, финансов, транспорта и промышленности, даже министры обороны и иностранных дел – уходят от обсуждения этой проблемы. Однако им также следовало бы озаботиться проблемой изменения климата. Необходимо сломать разделяющие их барьеры, для того чтобы они могли сообща подумать о том, как «озеленить» массированные инвестиции для обеспечения энергетических ресурсов, которые потребуются для удовлетворения растущих глобальных потребностей в последующие 30 лет.

Мрачные предсказания «конца света», которые должны были бы побудить людей к действию, зачастую производят обратный эффект, как это иногда и происходит в вопросах, касающихся изменения климата. Мы должны сосредоточить внимание не только на бедах, но и на возможностях, которые открываются с изменением климата. Общая стоимость продукции, обращающейся на рынках угля, составляет 30 млрд. долл. США в год, однако их потенциал остается в значительной степени неиспользованным. Киотский протокол функционирует в настоящее время в полном объеме, в том числе механизм чистого развития, который может обеспечить развивающимся странам 100 млрд. долл. США. В исследовании Стерна высказывается предположение о том, что к 2050 году стоимость низкоуглеродистых энергоносителей на мировых рынках будет составлять по меньшей мере 500 млрд. долл. США в год. Поражает то, что даже имеющиеся уже сегодня энергосберегающие технологии и ноу-хау – этот беспроигрышный подход, обеспечивающий снижение загрязнения, уменьшение выбросов тепла, увеличение производства электроэнергии и объема производства, – не используются чаще. Снижение объема выбросов отнюдь не обязательно должно означать замедленный рост или удушение стремлений страны к развитию. А экономия может помочь выиграть время для разработки источников солнечной энергии, энергии ветра и других альтернативных источников энергии и сделать их более рентабельными.

Нельзя допустить, чтобы усилия по предотвращению выбросов в будущем заслонили необходимость адаптироваться к изменению климата, что будет поистине грандиозным предприятием, учитывая огромное количество накопившихся на настоящий момент углеводородов. Беднейшие страны мира, многие из которых находятся в Африке, меньше всего способны нести это бремя, к порождению которого они практически непричастны, и им потребуется международная помощь, чтобы не создавать дополнительных препятствий для их усилий по достижению целей в области развития, сформулированных в Декларации тысячелетия.

Но пока у всех наших обществ есть еще время изменить курс. Мы не должны бояться избирателей или недооценивать их готовность к осуществлению крупных инвестиций и долгосрочных перемен. Люди готовы сделать все, что требуется, чтобы предотвратить эту угрозу и перейти к более безопасной и надежной модели развития. Все больше и больше предприятий горят желанием сделать нечто большее и ждут лишь надлежащего стимулирования. Конференция в Найроби может и должна сыграть свою роль в накоплении этой критической массы. Она должна послать безошибочный, надежный сигнал о том, что мировая политическая элита относится к проблеме изменения климата со всей серьезностью. Вопрос не в том, действительно ли происходит изменение климата, а в том, насколько быстро мы способны измениться сами в условиях этой чрезвычайной ситуации.