Константин Бондаренко Минские договоренности не выполняются. Эта фраза стала уже аксиомой. Причем не выполняются всеми сторонами, принимающими непосредственное участие как в конфликте в Донбассе, так и в попытках его решения. Кризис политический перерос в кризис военный, а сегодня обернулся кризисом доверия сторон друг к другу. Единожды солгав, кто тебе поверит? А стороны лгали неоднократно и после этого требовали, чтобы им верили. Апелляция к опыту сербско-хорватского конфликта, во время которого стороны 15 раз договаривались о прекращении огня, вряд ли может быть утешением или аргументом в данной ситуации.
Военным договориться проще всего. Они это демонстрировали. Труднее договориться политикам. И ситуация такова, что ни одна из сторон не воспринимает всерьез все то, о чем договорились в Минске. В качестве пропаганды – да (для того чтобы обвинить противника в невыполнении договоренностей), а как руководство к действию – нет.
По большому счету сегодня решаются не только вопросы будущего мира в Донбассе и территориальной целостности Украины. Нынешняя ситуация – это серьезнейший вызов для Европейского союза. Канцлер Ангела Меркель и президент Франсуа Олланд – лидеры двух крупнейших государств ЕС – выступили гарантами соблюдения Минских договоренностей. Именно они попытались усадить за стол переговоров конфликтующие стороны. И неспособность найти другие механизмы воздействия показывают истинный вес европейских тяжеловесов в европейских вопросах. Один раз – полтора года назад – Европа продемонстрировала неспособность выдерживать гарантированный ею же порядок (когда министры иностранных дел трех европейских государств давали гарантии Виктору Януковичу и торжественно заявляли о выходе из украинского кризиса). Невыполнение «Минска-2» – это сигнал миру: Берлин и Париж, тандем «Меркози» ничего не может решить. Договариваться надо с Москвой либо с Вашингтоном.
В Европе политики тоже понимают риски, которые несет в себе конфликт на Востоке. И понимают имиджевые и репутационные потери. Неспособность Берлина решить проблему Донбасса непременно обернется тем, что идея Меркель превратить Европу брюсселецентричную, Европу со значительным влиянием США, в Европу берлиноцентричную провалится. Ангела Меркель не может допустить этого.
Но одновременно следует признать, что у Европейского союза как торгово-экономического объединения не хватает инструментария для серьезного влияния на ситуацию в регионе. ЕС не является стороной конфликта. Реальные стороны конфликта это даже не ДНР/ЛНР и Украина, Киев и Донецк с Луганском – это лишь фигуры в большой шахматной игре. И вопрос, когда прекращать игру, решают не фигуры на шахматной доске, а гроссмейстеры, коими сегодня являются Соединенные Штаты и Россия. Именно поэтому встречи Джона Керри с Сергеем Лавровым являются всегда более плодотворными, чем бесконечные встречи контактных групп по урегулированию проблемы Донбасса. И надежда на продуктивность комиссии Нуланд–Карасин тоже намного больше, чем на очередную попытку Брюсселя погрозить пальчиком.
Европейский союз вынужденно пошел на ряд уступок Соединенным Штатам и ради обеспечения трансатлантического единства ввел ряд санкций относительно России. Если бы не вопрос Крыма, не факт, что Евросоюз шел бы в этих вопросах в фарватере США. Меркель нашла бы ряд аргументов либо продемонстрировала свой нрав, как уже демонстрировала его в Лос-Кабосе в 2012 году, на саммите «большой двадцатки». А так под угрозу поставлена деятельность ОБСЕ и вообще работоспособность всей европейской архитектуры, порожденной сложными процессами поиска формулы мира в послевоенной Европе. «Россия нарушила Хельсинкские договоренности, аннексировав Крым!» – возмутилась Европа. «А Европейский союз еще ранее нарушил Хельсинкские договоренности, признав независимость Косово!» – парировала российская сторона. При этом обе стороны молчали ранее, когда те же Хельсинкские договоренности грубо и неоднократно нарушались.
Договор о безопасности и сотрудничестве в Европе не действует. Это стоит признать. И Европе (а возможно – и миру) необходим новый Хельсинкский договор – соглашение, которое не только устанавливает правила игры и ценности нынешнего мира, но и создает инструмент для защиты этих правил и ценностей. Всякая система должна быть защищена, в том числе международными силами правопорядка, которые не предусмотрены Хельсинкским документом.
Пока же война в Донбассе продолжается. Война санкций в отношениях России и Евросоюза тоже продолжается. Постепенно перегруппировывается мир, создаются новые союзы, отмечаются новые тенденции в геополитике. Активизируется ИГ на Ближнем Востоке – и его активность ощущается все больше во всем мире. Соединенные Штаты готовятся к президентским выборам. Европу лихорадит – она снова впадает в кризис. Китай сосредоточивается. Вокруг маленького Донбасса происходят огромные события, и сам Донбасс играет столь же незаметную роль, которую в карточном домике играет некая пиковая семерка, лежащая в основе огромного шаткого сооружения.
Лето 2015 года вряд ли принесет мир в Донбасс. Стороны конфликта вооружаются. Ни дня не проходит без взаимных обстрелов – в том числе из крупнокалиберного оружия, которое – согласно минским договоренностям – должно было уйти с позиций еще в марте. Гибнут люди. Наращивается присутствие живой силы. В информационном поле растет истерия и культивируется взаимная ненависть. Россия делает вид, что она здесь ни при чем. Соединенные Штаты вообще открещиваются – мол, это не их война и не их дело. Евросоюз традиционно выражает озабоченность.
Если завтра Петр Порошенко выступит с мирным планом и с компромиссом по Донбассу, ему придется столкнуться и с недовольством радикалов, жаждущих войны до победного конца, и с недовольством заокеанских союзников, которые не решили свои вопросы исходя из возможностей конфликта в Донбассе. Та же – но в зеркальном отражении – картина, если на мировую решатся пойти Захарченко или Плотницкий (Александр Захарченко и Игорь Плотницкий – лидеры ДНР и ЛНР. – «НГ»). Не они начинали, не им решать, когда заканчивать. Гибель тысяч людей, в том числе мирного населения, детей, мало волнует стратегов, играющих «в солдатики». И не время начинать игру «в дипломатики».
Лето 2015 года пройдет под лозунгом Троцкого: «Ни войны, ни мира!» Жаль, что без продолжения фразы: «…А армию распустить!»
Вспоминается фильм Эмира Кустурицы «Жизнь как чудо». Помните сцену, когда Лука собирается на фронт, чтобы отомстить за попавшего в плен к боснийцам сына? Капитан Алексич довольно резко осаждает его: «Это не твоя война! И не моя война! Это война подонков!»
К сожалению, Кустурица актуален, как никогда.
Киев
