Днестр опять штормит в районе Молдавии

Административная граница Приднестровья с Молдавией фактически стала государственной. Фото с сайта www.president.gospmr.org

Обстановка на Днестре в 2020 году стала напряженнее. 30-летний военно-политический конфликт не только не урегулирован, но атмосфера вокруг него стала тревожнее.

Верховный совет Приднестровской Молдавской Республики (непризнанной. – «НГ») принял заявление «О недопустимости обострения ситуации в Зоне безопасности». Зоной безопасности называется район бывших боевых действий (в 1992 году).

В документе отмечается: «Нарастающая с каждым днем напряженность обстановки возникла из-за систематического блокирования Республикой Молдова (РМ) работы Объединенной контрольной комиссии (ОКК), работы Объединенного военного командования и является политически обусловленной».

Тут нужно кое-что пояснить. Объединенная контрольная комиссия – это орган, состоящий из представителей России, Приднестровья и Молдавии, который отслеживает обстановку в Зоне безопасности и реагирует на всевозможные нарушения в районе контроля ОКК. В работе ОКК принимают участие и наблюдатели от Украины. Если что-то идет не так, то представители ОКК составляют протоколы и обращают внимание на нарушения. А Объединенное военное командование (ОВК) – это представители сторон, чьи миротворцы служат на Днестре для недопущения новой войны. Это опять-таки Россия, Приднестровье и Молдавия. Украина в состав ОВК не входит, ибо украинских миротворцев в зоне приднестровского конфликта нет, хотя по одному из соглашений, заключенных еще в 90-е годы, Киев имел право ввести туда миротворческий батальон. Но украинские руководители решили ограничиться 10 военными наблюдателями, которые и по сей день несут службу на Днестре.

В последнее время ситуация вокруг Приднестровья осложнилась. Официальный Кишинев уже не первый год прибегает к тактике неподписания протоколов ОКК, документов ОВК и неучастия в совместных учениях, парадах и церемониях миротворческих сил. Эта тактика откровенно нацелена на срыв работы указанных органов. Ведь если документы не принимаются трехсторонним консенсусом, тогда они фактически оказываются заблокированными. Получается, что и нарушения невозможно устранить без согласия всех трех сторон.

Это создает в Зоне безопасности все более тревожную обстановку. Особенно напряженность стала нарастать после июня 2019 года, когда возникла противоестественная коалиция между еще действующим президентом Молдовы Игорем Додоном и политиком правого толка Майей Санду, которой тогда достался пост премьер-министра и почти все правительство.

Не так давно окрепшая Санду, как и предполагали многие эксперты и аналитики, выиграла у бывшего партнера по коалиции Додона на президентских выборах. 15 ноября прошел второй тур этих выборов, на котором все и свершилось… 24 декабря Майя Санду официально вступила в должность президента РМ. Оппоненты Санду, включая Партию социалистов, лидером которых является Игорь Додон, перенесли тяжесть борьбы против Майи Георгиевны в парламент. Кстати, именно в молдавском парламенте в свое время систематически подрезали крылья (а заодно и полномочия) самому Додону. Насколько успешно эта линия будет применена к самой Санду, увидим. Кое-что уже сделано: Служба информации и безопасности (СИБ) переведена из подчинения президента под начало парламента; решено также восстановить трансляцию новостных и аналитических программ российских телеканалов, заблокированных в 2018 году. Правда, депутаты от оппозиции подали иск в Конституционный суд по данному вопросу. Так что утверждать, что в РМ вернули в эфир политические программы российского телевидения, пока рано.

Но у президента немало полномочий в сфере внешней политики. Чем Майя Санду и воспользуется.

С момента избрания, да, в общем-то, и до того, Майя Санду была самым громким рупором всех прозападных и прорумынских сил Молдавии. Их позиция ясна и понятна: остатки 14-й российской армии (ОГРВ) и миротворцы России должны быть выведены с берегов Днестра. Смешно сомневаться, что, прими события такой оборот, нужно ждать новой войны на Днестре, причем жестче, чем в 1992 году.

Дело в том, что тогда, в начале 90-х, не было ни такого открытого противостояния США и России, ни такой открыто агрессивной политики блока НАТО, как сегодня. Приднестровье рассматривается однозначно как союзное России, пусть и непризнанное, государственное образование. Значит, полагают оппоненты Москвы, желательно решить две задачи: вытеснить войска России из Приднестровья; ликвидировать приднестровскую государственность. В Тирасполе прекрасно это видят.

В принятом приднестровским парламентом документе говорится: «Верховный совет считает, что нужно предпринять действенные меры по разблокированию работы Объединенной контрольной комиссии и работы Объединенного военного командования». При этом подчеркивается, что «Приднестровье не видит иных способов преодоления кризиса, кроме как равный диалог сторон без включения политически обусловленных тем и вопросов в миротворческую повестку».

Можно с уверенностью прогнозировать, что вокруг разблокирования работы ОКК и ОВК и развернется главная политико-дипломатическая борьба между Кишиневом и Тирасполем. Нельзя утверждать, что в Кишиневе нет здравомыслящих политиков, которые понимают, что поджигать фитиль нового конфликта на Днестре – это таскать каштаны из огня для других «дядей», проживающих несколько западнее. Что касается избранного президента РМ Майи Санду, то на уровне политических деклараций она вряд ли изменит свою позицию. А в этой ее позиции она, что видно невооруженным глазом, получает поддержку ЕС, США и главного американского союзника в регионе – Румынии.

Приднестровье, разумеется, как и всегда, выступает за бессрочное нахождение российских войск – ОГРВ, миротворцев – на своей территории. Это единственная серьезная гарантия от возобновления бойни на Днестре.

Недаром в заявлении парламента Приднестровья уточняется:

«Верховный совет Приднестровской Молдавской Республики выражает всеобъемлющую поддержку миротворческой миссии на Днестре под эгидой Российской Федерации, особо отмечая, что длительное сохранение существующей кризисной ситуации либо ее усугубление может привести к слому механизма работы Объединенной контрольной комиссии, работы Объединенного военного командования, а значит, и всего миротворчества в Приднестровье».

Тут необходимо уточнение. Слом механизма работы ОКК и ОВК – это не просто красивые слова. Ежели ОКК не сможет фиксировать нарушения в Зоне безопасности и требовать их устранения, тогда число таких нарушений (причем безнаказанных) будет возрастать. А если ОВК не сможет держать под единым контролем воинов трех сторон-участников, тогда у официального Кишинева, по сути, окажутся развязанными руки в действиях, в том числе по наращиванию своих сил на Днестре.

Будем объективными: в Кишиневе также говорят об урегулировании молдавско-приднестровского конфликта исключительно мирным путем. Но ведь есть немало «толкачей», готовых воевать против россиян и приднестровцев до последнего молдаванина. Кроме того, в предвоенные месяцы 1991–1992 годов в мирных декларациях также не было недостатка.

Чем все завершилось – можно спросить у жителей Бендер, куда молдавская армия вошла в 1992 году наводить конституционный порядок.

Вот почему Верховный совет ПМР предложил «начать проведение двусторонних консультаций по текущей проблематике функционирования миротворческой операции на Днестре с палатами Федерального собрания Российской Федерации и поручить комиссии по внешней политике и международным связям ВС ПМР провести обозначенную работу».

Несомненно, работа между Москвой и Тирасполем будет вестись. Тем временем, как сообщили СМИ, президент ПМР Вадим Красносельский «призвал не поддаваться на провокации, фиксировать факты отказа от конструктивного диалога и продолжать работу по обеспечению мира и безопасности на приднестровской земле. Для предупреждения деструктивных, приобретающих все более системный характер действий молдавской стороны и их негативных последствий поручено подготовить информацию о происходящем в ОКК и направить ее всем участникам миротворческого процесса. Кроме того, по поручению Красносельского о ситуации будет официально оповещен министр обороны РФ Сергей Шойгу».

Фактически данное высказывание Красносельского дает заблаговременную подсветку всем возможным планам дестабилизации обстановки на Днестре. Конечно, оно будет замечено и возможными дестабилизаторами, которые прекрасно понимают, что сейчас не 1990-е годы. Так что хотя фон происходящих событий и тревожный, но будем надеться на лучшее. Что касается Приднестровья, то оно, как и раньше, нацелено на переговоры и на достижение таких договоренностей с Кишиневом, которые не будут ставить под вопрос ни мир на Днестре, ни приднестровскую государственность, ни союз ПМР и России. 

Тирасполь