Мария Верт В Барселону приезжают "на Гауди". Его изучают, определяют, пытаются сделать выводы. На что похоже? Ни на что. Почему именно так? Нипочему. Откуда мотивы и темы? Ниоткуда... Гауди фотографируют.
Вы не пробовали снимать картины? Не для альбомов и каталогов, а так, для себя? Например, Дали. Или "Грачей" Саврасова. Просто чтобы сделать большую фотографию и повесить на стенку? Тинное мещанство обреченно сквозит недоделанностью мозгов и вечным потолком, выше которого не прыгнешь.
А что делать? Да, можно поехать в Барселону и насладиться воочию. Заранее зная все "изысканности", произносить речи типа "какова дерзновенность форм и неординарность линий". Одна из моих знакомых как-то пожаловалась, что во время оргазма ей совсем не хочется кричать, но она все равно кричит и совершенно не знает, как от этого "притворства" отделаться... Оказалось, что никак. Не кричать невозможно. Так же и с Гауди: орут все, ты думаешь, что будешь молчать и ощущать про себя, ан нет, не получается, орешь громче всех и сильно по этому поводу смущаешься.
На выставке в МУАР представлены "фотографические крики" испанских мастеров. Какие-то снимки - о Гауди, какие-то - о себе, а некоторые - просто фотографии. Но практически нет фотографий "творения Гауди". Может, только пара снимков Рафаэля Варгаса. Да и они кажутся настоящими лишь потому, что для человека, который ни разу не видел Гауди вживую, дают почти реальное представление о том, "что он такое есть".
Остальное - исключительно "мысли на тему". Это не плохо и не хорошо. Просто люди кричат, потому что молчать невозможно. Кричат качественно, красиво, с изюминками и вариациями. Удивило, насколько соответствует стиль фотографов их фамилиям. Манел Арменгол: абсолютно воинствующая фамилия. Читаю биографию, так и есть: воин. Его репортаж о подавлении полицией мирной демонстрации постфранкистского периода обошел весь мир. Фотографии Дома Батло монументальны и статичны. Живые плавные формы обрели основательность и постаментность.
А на фотографиях Тони Катань - наоборот: привычная нам безоговорочность Polaroid вдруг оказалась матовой и мягкой, как фамилия автора. При этом нарочитое изящество и игра в масштаб превращают Гауди в шкатулочного мастера. Манел Эсклуза - наиболее титулованный. И действительно - сплошной "эсклузив". Черно-белые нервные фотографии с Гауди соотносятся трудновато... Самое интересное - работы Рафаэля Варгаса и Леопольда Помеса. Иногда их "оправданность" даже настораживает. У первого серые, мокрые фигуры на крыше Ла Педрера заставляют построиться и ждать Дядьку Черномора. А у Варгаса они же залиты песочным светом и напоминают сказочные башни из "Шахерезады".
