Марина Гайкович Российский академический молодежный театр (РАМТ) в этом сезоне отмечает 100-летний юбилей и в рамках празднования обращается к своей истории, вспоминая создателя и первого художественного руководителя театра, проекты ею инициированные.
Наталия Сац – человек легендарный, без преувеличения, – стала худруком и директором РАМТ в 18 лет (!) и до конца жизни была предана детскому театру, основала единственный в мире Детский музыкальный театр, который сегодня носит ее имя, придумала сотни проектов, давала работу композиторам, стимулируя появление новых и новых партитур.
Самое знаменитое сочинение по заказу Сац написал Сергей Прокофьев. Его незатейливая музыкальная сказка «Петя и волк», созданная в первую очередь с образовательной целью (знакомство с музыкальными инструментами), за прошедшие с ее премьеры 85 лет покорила весь мир. Впрочем, прокофьевский музыкальный язык столь обаятелен и остроумен, что иначе и быть не могло. За прошедший век у «Пети и волка» появился только один конкурент, или, правильнее, союзник – «Путеводитель по оркестру» Бенджамина Бриттена (к слову, идет по соседству в Большом театре).
Оказалось, что первоначально спектакль состоял из двух частей и также включал музыкальную сказку «Володя-музыкант» Леонида Половинкина (в то время заведующего музыкальной частью и дирижера театра), которую постигла совсем иная судьба – безызвестность: партитура, и та не была издана, рукопись осталась в архивах, но не была, к счастью, утеряна.
Между тем в музыке Половинкина чувствуется хорошая школа (он выпускник Московской консерватории), вступление к его симфонической сказке отчетливо вызывает в памяти «Похвалу пустыне», вступление к опере Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» – живописную картину тихого лесного утра. Володя, герой сказки Половинкина, пастушок, виртуозный «на дуде игрец», здесь – на английском рожке в лице знаменитого гобоиста и тоже своего рода сказочника, автора блистательной книги об оркестре Владимира Зисмана. Папа дарит Володе скрипку, и он, самоучка, осваивает этот чудесный инструмент (тут в дело вступает скрипач Абылай Нурлыбек) – так, что даже коровы заслушиваются. Однажды пошел дождь, и струны у скрипки лопнули. Но нашелся второй комплект, и нехитрый драматический конфликт оказался разрешен, все участники (Володя, лесные обитатели и стадо) остались довольны. А вместе с ними и зрители.
Главный режиссер РАМТ и постановщик спектакля Егор Перегудов работает с этим материалом в ироничном ключе: на музыкантах «Персимфанса» маски животных и птиц, текст читает хор пионеров (Володя – тоже пионер), «животные» едят траву (буквально), мычат (фигурально, с помощью виртуозных пассажей у тромбонов).
В «Пете и волке» артисты взлетают и порхают над сценой – правда, не очень ловко, но все же: птичке (флейтист Константин Ефимов) положено летать, да и кошка (потрясающего обаяния и пластики кларнетист Евгений Бархатов) ползает по дереву. Ну а утка должна плавать – и гобоистка Софья Гришина бесстрашно садится в ванну с водой. Дедушка-ворчун (фаготист Михаил Шиленков) передвигается на кресле и сопровождает трио молоденьких медсестер. Охотники-ударники без разбора «палят» по оркестру (он оживает), а трио валторнистов-волков оказывается виртуозами-мотоциклистами.
Музыкальный руководитель «Персимфанса» Петр Айду добавил в партитуру некоторые шумовые инструменты из своей коллекции, которые добавили тембрового разнообразия и деликатно были вписаны в партитуру и спектакль.
Вообще по-своему символично участие в этом проекте именно «Персимфанса» – оркестра без дирижера, детища советского авангарда 1920-х, хотя к моменту премьеры этих спектаклей уже прекратившего существование (воссоздан в 2008 году). Для акустического эффекта – и для музыкального критика – это событие невероятной ценности: в зале сняли ковровое покрытие, и оркестр звучит замечательно. А вот актрисе Дарье Семеновой порой приходится туго – ее перекрикивают дети из зала, но в их азартном диалоге есть своя прелесть.
Дарья Семенова играет Наталию Сац, она, как и ее прототип 85 лет назад, читает сказку «Петя и волк», но сейчас – паря над сценой, совсем как синяя птица парит над ее музыкальным театром, неуловимый носитель счастья.
комментарии(0)