Марина Гайкович
Мастерство Веры Дуловой восхищало современников.
Фото с сайта www.mariinsky.ru
В издательстве Московской консерватории вышла книга «Вера Дулова. Дневники и письма». Не случайно именно здесь – практически вся профессиональная жизнь великой, даже легендарной арфистки была связана с консерваторией – Вера Георгиевна здесь училась еще девочкой, а затем почти 60 лет преподавала. Среди авторов-составителей сборника – одна из ее последних учениц Мария Федорова.
Дулова определила лицо и вектор развития российской арфовой школы. Феноменальная арфистка, профессор Московской консерватории, солистка Большого театра, она сделала куда больше, чем дарила свое искусство публике – она сформировала методику, систему. Не будет преувеличением сказать, что большинство сегодняшних звезд – ее профессиональные внуки, а те, кто сегодня учится в музыкальных школах, – правнуки. Сама Вера Георгиевна написала методический труд, ее ученица Наталья Шамеева собрала сборники статей и воспоминаний, сестра Елена Дулова оставила свидетельства жизни семьи. Настоящий труд впервые аккумулирует эпистолярное и мемуарное наследие Дуловой: составители сборника Мария Федорова и Александр Баранов не просто провели архивное исследование, но сопроводили его корпусом научных комментариев. Особого внимания заслуживает статья, где подробно раскрывается семейное древо князей Дуловых, увы, в ХХ веке прекративших свое существование. Среди ближайших родственников Веры было немало людей искусства: ее отец был скрипачом, мама – певицей, двоюродная бабушка Валентина Юрьевна Зограф-Плаксина основала сегодняшний колледж при Московской консерватории («Мерзляковка») и так далее.
Дитя века (1909–2000), маленькая Вера начинает вести дневник в 12 лет (первые записи датируются 1921 годом) и продолжает практически до конца жизни. В этих записях раскрывается не только ее могучая личность, но само время. 12-летняя девочка, которую автор этих строк только что назвала маленькой, предстает смело и самостоятельно мыслящей особой. И не только мыслящей – но и действующей. Дочка профессора консерватории ушла (родители недоумевали и не одобряли) из класса самой Эрдели (!), потому что решила, что педагог ей не подходит, и перешла в класс Марии Корчинской, которая владела иной методикой звукоизвлечения. Обожание и уважение к своему профессору Вера Георгиевна пронесла через всю жизнь – это одна из нитей, протянутых через все ее письменное наследие. А когда Корчинская уехала из России, Дулова, промаявшись без педагога, и вовсе бросила консерваторию – умопомрачительный факт. Диплом она получила куда позже.
Впрочем, это не мешало ей беспрестанно выступать – в том числе и в самой консерватории. Собственно, оставить обучение требовало и положение в семье, где юная Вера на какое-то время – когда после «генеральной чистки» из консерватории уволили ее отца – стала основной кормилицей. Количество ее выступлений (некоторые годы расписаны в книге по датам) поражает. И в юные годы, и после: уже маститая артистка вместе с коллегами колесила по всему Союзу, не гнушаясь ни воинских частей, ни домов культуры.
Ее страсть к инструменту была невероятна. В одном из писем она клялась всем самым дорогим, что у нее было, – «моим искусством, моей арфой…». Самые мучительные часы – в ожидании арфы из ремонта.
Она заражала своим талантом, среди поклонников которого был нарком просвещения Анатолий Луначарский, впоследствии ее друг. Он помог Вере получить стажировку в Берлине, точнее – разрешение на выезд и пребывание за границей. Средства на пропитание и уроки она добывала сама – концертами. Впрочем, знаменитый берлинский профессор уже после первого занятия перестал брать деньги, понимая, что перед ним обладательница исключительного дара.
Луначарский в текстах Веры Георгиевны – Анатолий. А среди ее однокашников, друзей, коллег – Левка (Оборин), Вадька (Борисовский), Митя (Шостакович), Петя (Вильямс, художник Большого театра) и т.д.
Ее вклад в расширение исполнительского репертуара просто невероятен. Почти к каждому композитору, и в России, и за границей, Вера «приставала» с просьбой написать что-то для арфы. Она часами проводила в архивах и библиотеках в поисках интересного материала, делала переложения для арфы соло и в ансамблях.
С экспертизой Дуловой запускали в производство первые советские арфы (фабрика им. Луначарского). В конце жизни она исполнила свою мечту – организовала первый в России конкурс арфистов.
«Выездная» артистка, она побывала во многих странах мира, представляя свое искусство. Реалии советской артистической среды, тонкости и каверзы арфового мира вместе со счастливыми и драматичными событиями личной жизни (краткое замужество за Вадимом Борисовским, перетекшее в долгосрочный брак с солистом Большого Александром Батуриным), тяготы (эвакуация в Куйбышев) и очарования быта – все это от первого лица, и тем невероятно ценно.
