Ольга Галахова
Сарафанов в исполнении Андрея Леонова наделен даром тихой человечности, умением чувствовать и сопереживать ближнему.
Фото с сайта www.lenkom.ru
В театре Ленком состоялась премьера, приуроченная к 100-летию со дня рождения Евгения Леонова. Поставлен спектакль «Старший сын, или Письма к сыну» по мотивам пьесы Александра Вампилова «Старший сын» и книги самого Леонова «Письма сыну».
В одном из наших интервью Владимир Панков, размышляя о жизни и театре, бросил мельком фразу: «Все какие-то недолюбленные».
Новая постановка в театре Ленком по пьесе «Старший сын» – об этом. Недолюблен студент Бусыгин, недолюблен и отец семейства Сарафанов, его дети Вася и Нина.
А долюблены ли актеры театра Ленком? Вот Андрей Леонов – сын великого отца Евгения Леонова? Дело не только в том, что Андрей служил этой сцене на Малой Дмитровке верой и правдой свыше 40 лет, почти не играя первых ролей. Панков, пригласивший актера сыграть Сарафанова, не просто совершал акт справедливости, назначая его на главную роль. Отдавая дань уважения родословной, режиссер не просчитывал биографический эффект для публики, падкой до соглядатайства семейных связей.
Для Панкова – это счастливый случай. Такой перекресток судеб: великий отец, сыгравший в культовом фильме Виталия Мельникова, написавший книгу «Письма сыну», к тому самому, который выходит на сцену Ленкома. Вот сюжет жизни, который и есть повод для театра! Столь естественным, интеллектуально ненадуманным вторжением театра в жизнь и, наоборот, жизни в театр Панков усиливает бытие, его смысл.
Андрей Леонов играет в пьесе Вампилова незадачливого отца Сарафанова, но выходит в роли отнюдь не для копирования артистической судьбы Леонова-старшего. Эта роль – еще и повод выразить любовь к своему отцу, породниться с ним с новой силой на родной для обоих сцене.
Андрей Георгиевич Сарафанов в спектакле Панкова – усталый человек предместья. Наверное, играя на танцах и похоронах, он истоптал немало разбитых дорог, пыльных тропинок. Артистическая бабочка на нем чуть съехала, но он же когда-то играл на флейте в филармонии. К тому же этот с виду неприметный человек мечтает написать ораторию «Все люди – братья». С первых сцен мы видим чем-то угнетенного, удрученного Сарафанова. Вскоре станет ясно, что отец переживает за своих детей и беспомощен в желании помочь им стать счастливее. Этот Сарафанов не только все видит, но и каждой клеточкой души своей сострадает ближнему. Дар тихой человечности, немедленной готовности помочь, наивной веры, что все люди – братья, и делает Сарафанова в спектакле Ленкома по-особенному талантливым, каким-то родным.
Можно по-разному взглянуть из дня сегодняшнего на среду и обитателей Новомыльникова конца 60-х прошлого века. Скажем, погрузить пьесу Вампилова в атмосферу пьес Людмилы Петрушевской или поместить героев, перевоплотив их в лузеров, на обочину жизни, как в новой драме в духе Театра.doc, которой в свое время Панков отдавал должное. Однако режиссер в содружестве со сценографом Алексеем Кондратьевым не увлеклись задачей временного смещения, но и не впали в другую крайность – ностальгического ретро. Хотя отдали должное своим чувствам к прошлому, словно сами рассматривают семейный альбом и удивляются прическам, моде родителей, их вкусам. Вспоминают песни, которые они любили, музыку, которую слушали и под которую танцевали на дискотеках, в том числе и на таких, с которой возвращаются студенты Бусыгин и Сильва.
Панков не мог не остановить свое режиссерское внимание на этом обстоятельстве. Пьеса дает возможность впустить на сцену саундраму, с которой вступает в права дискотека 70-х. Время виниловых пластинок, ВИА, бешеной популярности «Песняров» во главе с Мулявиным. Усы, длинные волосы, брюки с широким клешем – стандарт моды тех лет (художник по костюмам Ирэна Белоусова). В похожем прикиде появляется в спектакле вокально-инструментальный ансамбль – кумир Новомыльникова. Легкая ирония вместе с тем не одерживает верх. И потому что поют хорошо, и понимаешь, что в те времена было что любить, но помимо ретроностальгии рождается чувство радости, карнавала советской эпохи. Музыканты в спектакле выполняют именно эту миссию, вовлекая в дискотеку на протяжении всего спектакля и зрителя, который словно купил билет на культурное мероприятие в Новомыльникове. Адепты «Песняров» выходят на авансцену и то и дело заводят зал (композиторы Артем Ким, Сергей Родиков).
Вообще Панков не дает волю карикатурному наблюдению. Как, к примеру, обычно играют Наталью Макарскую? Этакая Клеопатра предместья, циничная, усвоившая одну истину на работе в загсе: любви нет, но есть развод. Если кому она и пара, то только Сильве. Спелись два циника. В спектакле Ленкома Панков уберегает Пекарскую (Анастасия Марчук) от столь негативного взгляда. Она тоже из недолюбленных. Любовь юнца Васеньки (Александр Фокин) к ней – блажь взбалмошного мальчишки. Остроумно, смешно, азартно сыграна актером роль. И не такая уж сволочная Пекарская, жалеет непутевого отца семейства, видит, что тот страдает, и сочувствует ему. В этом смысле она куда тоньше, чем жених Нины курсант Кудимов.
Со служивым (Виктор Долгий), Сильвой (Игорь Коняхин) и Бусыгиным в спектакль входит тема правды и лжи. Казалось бы, Бусыгин придумал жестокий розыгрыш с Сарафановым, выдав себя за незаконнорожденного сына, чтобы просто где-то переночевать. Но игра набирает все более серьезные обороты: семейству Сарафанова нужен старший сын, но и Бусыгину нужен отец.
Илья Халимурзаев, играющий Бусыгина, – смазливый парень. Студент привык к тому, что, начиная день, не знает, как его закончит. Не знает, где и с кем переночует. Прикольно разыграть пенсионера, чтобы просто переночевать. И вот такой чувак сам попадает в сети, им же расставленные. Ничего не предвещало той метаморфозы, которая с ним случится в доме Сарафанова. И дело не только в том, что он обретает, пусть не по крови, отца, раскаивается в розыгрыше, – Бусыгин обретает в этой вынужденной остановке в предместье самого себя. Он вдруг осознает, что семья есть тогда, когда хотя бы один в ответе за нее. Он обнаруживает в себе смятение души. Каких чувств в нем рождается больше к Нине, хрупкой, но цепкой хозяйке в домашнем халате, тапочках и с папильотками в волосах (Светлана Илюхина), – внезапной любви или братской заботы пусть и о ненастоящей сестре, не столь, в конце концов, важно. Бусыгин в спектакле Ленкома не столько из-за ревности издевается над женихом-курсантом. Он видит, что Нина не любит суженого, а хочет вырваться из предместья. Ей уже не под силу заменять мать – ей хочется быть женой. Ловко раззадорив конкурента, Бусыгин добивается своего: Нина осознает, что не будет счастлива хотя бы потому, что Кудимов даже не заметил, как унизил при всех отца. Кто он, этот Бусыгин – более удачливый соперник или старший сын? Заслуга актера как раз в том, что он играет это смущение и в конце концов рождение новой души.
В финальной сцене счастливый Сарафанов обнимает Васю, Нину, Володю Бусыгина. Дети не оставят отца, обещает приезжать и Бусыгин, к тому же он полюбил Нину. Теперь он не брат по крови, но узаконенный Сарафановым старший сын.
В спектакле есть второй финал, когда на сцену выходит не Сарафанов, а Андрей Леонов, читающий письмо своего отца, трогательное, смешное, мудрое письмо любящего сердца.
И каждому в этот миг дано вспомнить, как любили тебя, как и ты когда-то был долюблен.
