Таким предстал буржуазный мир перед советскими рабочими. Сцена из спектакля «Большая молния». Фото Дамира Юсупова/Большой театр
25 сентября, в день рождения Дмитрия Шостаковича, на Новой сцене Большого театра прошла премьера программы одноактных опер – «Игроки», «Большая молния» и «Антиформалистический раек». «Игроки» – неоконченная опера на полный и неизмененный текст гоголевской комедии, над которой Шостакович работал в эвакуации в первые годы Великой Отечественной войны. Этот спектакль был поставлен в 2025 году на Камерной сцене театра, сейчас он впервые исполнен на Новой. «Большая молния» – комическая опера, также оставшаяся незавершенной. «Антиформалистический раек» – единственное сочинение, для которого Шостакович написал не только музыку, но и весь литературный текст. Сам композитор не задумывал это сочинение как театральное, но сатирическая стилистика и яркая образность позволили режиссеру Эдему Ибраимову связать «Антиформалистический раек» с «Большой молнией». Музыкальным руководителем постановки выступил дирижер Алексей Верещагин. Оперу «Большая молния» на либретто поэта-футуриста Николая Асеева Шостакович писал по заказу Ленинградского Малого оперного театра (ныне Михайловский театр) – поводом к исполнению должно было стать празднование 15-летия Октябрьской революции. «Большая молния» – название павильона, который группа советских рабочих должна была представить на международной выставке. В гротесковом тоне развивается коллизия, где представители идеалистичного советского общества столкнулись с прагматичным миром капитализма. Шостакович написал девять номеров, работа по неизвестным причинам не была завершена. Автограф «Большой молнии» был найдет лишь в 1980 году, и уже на следующий год музыку оперы представил публике (и осуществил запись) дирижер Геннадий Рождественский. По замыслу режиссера, триумф павильона СССР «Большая молния» перетекает в заседание некой комиссии, которая, по замыслу режиссера, получает аббревиатуру ОМБ и может расшифровываться как «Отдел музыкальной безопасности» или «Орган музыкального бичевания». «Маленькое пространство, заставленное столами, стеллажами с папками и картотечными шкафами, как ловушка, зажавшая чувствительную и ранимую творческую личность. Здесь все по полочкам: и композиторы, и поэты, и художники. ОМБ – формально «консультативный орган», но фактически карательная инстанция с правом наложить вето на любое произведение и биографию любого творца. ОМБ – это машина, которая перемалывает творчество в сухую отчетность, где композитор не творец, а исполнитель социального заказа», – комментирует Эдем Ибраимов замысел постановки.
</p>
<p>
Иван Бережной
</p>
Анастасия Башкатова 
Дарья Гармоненко 
