Анастасия Башкатова
Глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин рассказал о необходимости экономических «вольностей» для бизнеса. Фото с сайта www.historyrussia.org
Вольное экономическое общество (ВЭО), отметившее в День экономиста, 11 ноября, 260-летие, поставило вопрос о том, как в России выстроить высокотехнологичную и человекоцентричную экономику, которая сохранит стабильность при глобальной нестабильности. Ответ пока только предстоит найти. Не обойдется без дискуссий – например, по поводу денежно-кредитной политики, которая в классификации экономистов стала первой причиной спада гражданского сектора. Судя по позиции крупного бизнеса, искать ответ должны ученые, промышленники и предприниматели.
В российской экономике сейчас нет рецессии, однако негативные тенденции, безусловно, есть – прежде всего к ним относится спад гражданского сектора промышленности.
На это указал президент ВЭО, член-корреспондент РАН Сергей Бодрунов в своем выступлении на X Всероссийском экономическом собрании и юбилейном съезде ВЭО.
Говоря об отсутствии рецессии, Бодрунов сослался на данные Минэкономразвития за январь–июль 2025-го: экономический рост в годовом выражении составил 1,1%. Но достаточно ли этого?
Как уточнил Бодрунов, конкретные цифры, темпы роста ВВП, конечно, не самоцель, а лишь «средство оценки некоторых эффектов в экономике и социальной сфере». Важнее качество и структура роста, то, как развивается экономика и улучшается жизнь населения.
Одновременно с этим следует осознать, что те драйверы, которые позволяли поддерживать экономику в предыдущие несколько лет, исчерпали себя. И все меньше остается возможностей для поддержания высоких бюджетных расходов.
Опираясь на данные Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН, Бодрунов сообщил, что дефицит бюджета уже приблизился к 5 трлн руб. При этом есть сложности в реализации структурной политики, а вместо активного экономического роста теперь наблюдается охлаждение экономики.
Избежать этого охлаждения было почти невозможно, ему способствовали сразу несколько факторов. И перечисляя их, Бодрунов упомянул в первую очередь «вынужденно жесткую» денежно-кредитную политику. Да и многие другие факторы охлаждения президент ВЭО так или иначе увязывал тоже именно с мерами Центробанка.
Итак, пункт первый – «высокие процентные ставки охладили предложение отечественных предприятий». Следствием этого стало торможение в целом роста промышленности и, что особенно важно, теперь уже падение ее гражданского сектора.
Как ранее сообщалось в одном из квартальных обзоров ИНП РАН, в промышленности, за исключением оборонных производств, выпуск по итогам января–июля сократился на 2,4%. «Это пока немного, но это неудобная тенденция, которую, мы полагаем, удастся преодолеть в следующем году с намечающимся процентным смягчением денежно-кредитной политики», – отметил теперь Бодрунов.
Еще один фактор охлаждения – ужесточение внешних барьеров для экономики, усугубляемое глобальной стагнационной конъюнктурой и низкими ценами на углеводороды. Как следствие, происходит снижение и физических объемов экспорта, и экспортной выручки.
А когда спрос и внутри страны, и на внешних рынках нестабилен и негарантирован, тогда начинается урезание инвестиционных планов. Бодрунов сообщил о замедлении инвестиционной активности: это касается как государственных инвестиций, так и инвестиций бизнеса. «В отношении частного бизнеса тут и комментировать нечего. В ситуации возрастающих экономических рисков и высокой стоимости денег придерживание роста инвестиций было вполне ожидаемо», – уточнил экономист.
Далее он упомянул «весьма значимый, возросший перекос, дефицит на рынке труда» – особенно болезненной стала нехватка высококвалифицированных специалистов, необходимых для внедрения в отраслях новейших технологий. Наконец, на итоговые цифры по росту ВВП за 2025 год будет влиять также высокая база предыдущих лет, что тоже стоит иметь в виду.
Но главный вопрос заключается не в том, какие цифры надо получить по итогам этого года или следующего. «Главное – сделать нашу экономику более высокотехнологичной и современной за счет реализации накопленного потенциала отраслей и регионов, широкого внедрения передовых технологий… Мы должны совершить поворот в сторону повышения уровня и темпов развития науки, образования, здравоохранения, сохранив при том экономическую стабильность, сбалансированность и устойчивость в условиях глобальной нестабильности», – сказал Бодрунов. Требуется выстраивать человекоцентричную экономику, добавил он.
Но как это сделать? Конкретного ответа с трибуны пока не последовало. Пока был сформулирован сам вопрос о том, какая теперь нужна корректировка текущей экономической модели и какие у страны есть решения? И было сделано предупреждение, что поиск ответа будет непростым.
Но с учетом последовавших затем на юбилейных мероприятиях ВЭО выступлений стало понятно, на кого экспертное и бизнес-сообщество планирует в основном опираться в поиске таких ответов.
«Не только академическая наука, не только университетские экономисты, но и представители промышленности и предпринимательского сообщества являются, скажем так, ядром тех изменений, которые происходят или будут происходить в стране», – сообщил глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин.
По его словам, время уже показало, что промышленники, предприниматели и экономисты не просто могут совместно предлагать решения, рецепты – помимо этого, они «несут ответственность за сохранение позитивных экономических трендов, обеспечение устойчивости развития бизнеса, экономики и за социально-политическую стабильность в обществе».
Примечательно, что в этом списке не оказалось каких-либо иных акторов: политических институтов, органов власти или профильных ведомств, которые непосредственно влияют на перспективы разных индустрий и бизнеса во всех его градациях. Хотя косвенно к этим акторам бизнес все же обратился.
«На нас лежит ответственность в выработке эффективных, оптимальных путей улучшения ситуации, и здесь одним из самых важных становится создание благоприятной деловой среды, экономических «вольностей», если использовать термин из названия общества, тех экономических свобод, которые должны быть стимулом экономического роста», – сказал Шохин, добавив, что эти «вольности», конечно, должны быть сбалансированы эффективным государственным регулированием.
