Профессиональная стратегия российской молодежи кардинально изменилась

Высшее образование больше не приоритет. Доля выпускников 9-х классов, которые решили перейти в 10-й класс, чтобы затем поступить в вуз, сократилась в России до минимума за 25 лет – теперь она составляет около 43–45% (в зависимости от способов расчета). Прежде всего это можно объяснить стремлением молодежи быстрее овладеть профессией и начать получать доход. Также влияет деформация рынка труда: диплом о высшем образовании рассматривается одновременно и как пропуск на более высокую ступень в социальной иерархии, и как «корочка», девальвирующая саму суть высшего образования. Но перелом тенденций не означает, что молодежь массово пошла в квалифицированные рабочие – выбор сделан другой.

Прием в 10-е классы. Здесь представлены данные с учетом тех, кто вернулся в школу «с рынка труда»: пошел учиться в старшие классы не сразу по окончании 9-го класса, а спустя некоторое время.  Источник: ВШЭ

Сборник выпускается ежегодно совместно с Минпросвещения, Минобрнауки и Росстатом; анализ статданных запаздывает: сейчас приводятся итоги только для 2024 года. Но даже в таком виде они позволяют судить о долгосрочном переломе образовательных тенденций.

В 2024-м в старшие классы перешли 42,5% (708 тыс.) школьников, окончивших в этом же году 9-й класс. Если учесть еще 30 тыс. человек, которые пришли в 10-й класс, как это обозначено у ВШЭ, «с рынка труда» (то есть после некоторой паузы, а не сразу же по окончании 9-го класса), тогда доля принятых в 10-й класс составит примерно 45%. В любом случае это минимум за последние 25 лет. В начале нулевых доля была значительно больше: 65–67%.

Эксперты ВШЭ напоминают, что переход в старшие классы – стратегия «с ярко выраженной ориентацией на дальнейшее поступление в вуз». И она все отчетливее уступает место другому подходу.

В 2024 году примерно 51% выпускников 9-го класса пошли учиться по программам среднего профессионального образования (СПО). Также среди выпускников была относительно небольшая часть (около 6%) тех, кто сразу вышел на рынок труда.

Сфера СПО, однако, неоднородна. С 2013 года в стране упразднили профессионально-технические училища (ПТУ), но само разделение на два уровня обучения кадров осталось.

Есть учебные заведения, которые готовят квалифицированных рабочих и служащих: акцент делается на практических навыках, период обучения короткий, на выходе рынок труда получает прежде всего исполнителей конкретных задач.

И есть учебные заведения СПО, выпускающие специалистов среднего звена: там дается больше теории, обучение дольше, у таких выпускников появляется возможность на определенном уровне получить руководящую должность. И девятиклассники, прекратившие обучение в школе, в большинстве своем выбирают именно такой вариант.

На программы подготовки квалифицированных рабочих и служащих в 2024-м поступили 158,5 тыс. (9,5%) из тех, кто окончил в этом же году 9-й класс. А на программы подготовки специалистов среднего звена – 695,6 тыс., или 42%, выпускников 9-го класса.

Еще один рекорд за четверть века: разрыв в численности тех, кто перешел в старшие классы, и тех, кто отправился учиться на специалистов именно среднего звена, тоже стал минимальным за 25 лет, составив всего около 13 тыс. человек.

Фактически для школьников (и их родителей) теперь это два равнозначных варианта профессионального пути: стратегия, нацеленная на получение высшего образования, и стратегия, обеспечивающая среднее профессиональное образование, но не любое, а более перспективное с точки зрения карьеры.

По словам профессора Института образования ВШЭ Ирины Абанкиной, тенденция набирала обороты как минимум последние пять лет. «Очень серьезно увеличились вложения в программы среднего профессионального образования, в создание профессионалитета, в переоборудование очень многих колледжей», – перечислила она в эфире BFM. 

Помогает сотрудничество колледжей с работодателями, гарантирующими успешным выпускникам трудоустройство и достаточно высокий доход.

«Это гораздо более привлекательная для многих молодых людей карьерная перспектива, чем очень сложная академическая старшая школа и затраты на репетиторов для поступления в университет, если поступать на бюджет. А если не на бюджет, то соответственно цены на высшее образование в любом случае существенно выше, чем в сегменте даже платного среднего профессионального образования», – пояснила журналистам Абанкина.

Судя по комментарию эксперта, не только потенциальные работодатели вступают во взаимовыгодное сотрудничество с колледжами, но и вузы открывают собственные программы среднего профессионального образования (это касается, в частности, подготовки кадров для сферы здравоохранения и фармацевтики).

Но есть еще один фактор – годами усугубляемая деформация российского рынка труда, из-за которой диплом о высшем образовании становится крайне спорным «явлением».

Изначально он воспринимается как пропуск на более высокие ступени в социальной иерархии. В идеале он дает возможность получить престижную и относительно высокооплачиваемую работу в привлекательной сфере. Это вопрос статуса, образа жизни.

На практике же получалось так, что чуть ли не для любой сколько-нибудь приемлемой работы требовался сам факт наличия диплома о высшем образовании – не важно какого: «для галочки».

Не все, но многие стали получать высшее образование тоже «для галочки». Что привело к обесценению сути этого образования: диплом стал просто «корочкой» по умолчанию, которая почти ничего не значит сама по себе – без действительно усвоенных знаний, без профессионального опыта, без дополнительных навыков или без рекомендаций и связей (в зависимости от ситуации).

Более того, как показывают события последних лет, даже доказавшие свой профессионализм специалисты, обладающие не просто дипломом о высшем образовании, а еще и кандидатской или докторской степенью, вполне могут зарабатывать меньше, чем представители тех профессий, для которых такое глубокое образование в принципе не требуется, – допустим, курьеры.