Анастасия Башкатова
Фото Reuters
Выяснение, почему экономическое замедление в России перешло в первом квартале в спад, в основном завершается у экспертов выводом, что это следствие жесткой политики Центробанка (ЦБ). После чего у депутатов, бизнесменов и аналитиков возникают смелые идеи законодательно ограничить независимость регулятора и заставить его в более тесной координации с кабмином обеспечивать рост ВВП, а не только снижение инфляции. Теперь с инициативой выступил Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). Но чем больше эксперты обсуждают «вину» ЦБ за экономический «недорост», тем очевиднее, что виноват не только он.
ЦМАКП, чьи материалы направляются в администрацию президента, аппарат правительства и профильные ведомства, предложил законодательные изменения, касающиеся полномочий ЦБ.
В аналитической записке под названием «О мандатах центральных банков: мировой опыт и выводы для Банка России» ЦМАКП напомнил о существовании двух типов мандатов. «Одинарный», когда регулятор отвечает только за ценовую стабильность, и «двойственный», когда регулятор ориентируется и на ситуацию с инфляцией, и на цели реальной экономики – динамику выпуска товаров и услуг, а также занятости.
Эксперты ЦМАКП Вера Панкова и Олег Солнцев уточнили, что даже при де-юре «одинарном» мандате в ряде стран центральные банки могут де-факто расширять свой мандат до «двойственного», чтобы при необходимости влиять на экономический рост. Но для этого обычно необходим высокий уровень доверия участников экономической деятельности финансовым институтам.
В российской экономике с доверием сложности. Об этом можно судить, например, по ситуации с традиционно высокими инфляционными ожиданиями. Но, по мнению экспертов, это не повод отказываться от некоторых вкраплений «двойственности».
«С учетом высокой подверженности российской экономики шокам более адекватным для России выглядит компромиссный вариант, который позволял бы использовать элементы «двойственного» мандата при четко регламентированных особых условиях – выраженных шоках предложения, имеющих значительный дестабилизирующий потенциал. Такая конструкция позволила бы повысить и гибкость политики, и доверие к ней», – считают Панкова и Солнцев.
Далее эксперты приводят рекомендации. Первая – при сохранении приоритетности для денежно-кредитной политики цели ценовой стабильности внести в законодательство указание на необходимость принятия во внимание также задач поддержки экономического роста.
Предлагается изменить одну из формулировок в действующем законе «О Центральном банке РФ». Речь идет об этой формулировке: «Основной целью денежно-кредитной политики Банка России является защита и обеспечение устойчивости рубля посредством поддержания ценовой стабильности, в том числе для формирования условий сбалансированного и устойчивого экономического роста».
Вместо нее предлагается такая: «Основной целью денежно-кредитной политики Банка России является защита и обеспечение устойчивости рубля посредством поддержания низкой и стабильной инфляции, а также формирования условий для сбалансированного и устойчивого экономического роста, если это не противоречит достижению долгосрочной ценовой стабильности».
В первом случае (в законе) устойчивость рубля, которая зиждется на ценовой стабильности, – это, как можно судить, и есть одно из главных условий, необходимых для сбалансированного, устойчивого роста ВВП (что такое «сбалансированный» рост – тема для отдельного исследования).
Во втором случае (в экспертной версии) ситуация усложняется. Прежде всего бросается в глаза особая новая деталь: черным по белому прописывается не просто стабильная, а именно низкая инфляция. И еще вопрос, гарантирует ли такая новая формулировка искомую гибкость денежно-кредитной политики.
Кроме того, во втором случае причина и следствие как будто меняются местами: устойчивость рубля, достигаемая благодаря низкой инфляции, – это больше не условие стабильного роста ВВП. Наоборот, именно стабильный и устойчивый рост ВВП, для которого нужно каким-то образом подготовить почву, – вот что оказывается условием устойчивости рубля. По крайней мере так читается предложенная экспертами фраза.
Вторая рекомендация ЦМАКП – выработка закрепленных на законодательном уровне механизмов взаимной координации действий ЦБ и правительства в условиях возникновения потенциально разрушительных «шоков предложения» – под ними понимается, например, резкое сокращение производства на фоне существенного ускорения цен, скачка немонетарной инфляции.
Это тоже предполагает корректировку закона о Центробанке – внесение в него дополнения: «Банк России и правительство РФ в необходимых случаях, предусматриваемых указом президента РФ, координируют свои действия, вырабатывают и проводят согласованную политику по обеспечению ценовой и экономической стабильности». Понадобится подготовить и сам указ президента, определяющий случаи, при которых нужна координация.
ЦМАКП приводит пример, разъясняющий, как это могло бы выглядеть на практике. И что любопытно, пример наглядно демонстрирует, что какую бы критику ни навлекал на себя Центробанк, «вина» за экономический «недорост» лежит не только на нем.
«Так, если в случае шока внешней торговли, приводящего к ослаблению рубля и ускорению инфляции, правительство возьмет на себя обязательство более жесткого сдерживания роста регулируемых цен и тарифов, применения мер антимонопольного регулирования, то у Центрального банка не возникнет необходимости чрезмерного повышения ключевой ставки», – сообщил ЦМАКП.
ЦБ в приведенном примере должен более полно учитывать динамику ВВП при принятии решений по ключевой ставке и быть готовым отсрочить достижение цели по инфляции.
Но, как видно, не только ЦБ должен быть готов что-то предпринять, но и правительство должно быть готово кое-чем пожертвовать. В первую очередь интересами естественных монополий и госкомпаний, имеющих возможность повышать тарифы и добиваться преференций, даже несмотря на многолетнюю неэффективность бизнес-процессов. Чем не повод для написания второй аналитической записки о допустимых или недопустимых мандатах правительства?
Ведь в российской экономике помимо спада производства сейчас фиксируется еще одна, можно сказать, парадоксальная тенденция: дефляция в сегменте цен производителей при инфляции в сегменте потребительских цен.
По данным Росстата за первый квартал, потребительская инфляция в годовом выражении составила в стране 5,9%. Розничные цены на товары (без учета услуг) по итогам квартала выросли в годовом выражении на 4,5%.
И одновременно с этим по итогам первого квартала цены, назначаемые непосредственно производителями промышленных товаров, предназначенных для реализации на внутреннем рынке, снизились в годовом сопоставлении на 4%.
Это значит лишь одно: пока Центробанк борется привычными, монетарными методами с инфляцией и даже добивается определенного успеха, если судить по затуханию инвестиционной и производственной активности, цены все равно разгоняются, но на других этапах. На этапах посредников. Это издержки, связанные с услугами естественных монополий, с логистикой и транспортировкой, не говоря уже об аппетитах торговых компаний, в зависимости от занимаемой ими доли рынка тоже диктующих ценовую политику.
Реакция Центробанка на новые законодательные предложения заранее примерно понятна. За несколько недель до инициативы ЦМАКП позицию регулятора уже изложил зампред ЦБ Алексей Заботкин в онлайн-дискуссии Российской экономической школы, в ходе которой тоже обсуждался мандат ЦБ.
«На этот счет есть прекрасная русская пословица: «За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь». Попытки расширить мандат Центрального банка с тем, чтобы он попытался преследовать какие-то дополнительные цели, кроме ценовой и финансовой стабильности, будут в ущерб его способности достигать задач по ценовой и финансовой стабильности», – сказал Заботкин.
Тогда как поддержание ценовой стабильности – это, по его словам, архиважная задача как раз с точки зрения предсказуемости экономических условий и для населения, и для бизнеса, и для государства в целом.
