Анастасия Башкатова Конкурентоспособность современной экономики все больше зависит от позиционирования на международном рынке цифровых инноваций. Удобные, привлекательные онлайн-сервисы становятся инструментом мягкой силы, продвижения за рубежом образа страны – прежде всего среди молодежи, а затем бизнеса и чиновников. Но российские цифровые сервисы за пределами СНГ в основном малозаметны, выявили опросы молодых жителей дружественного России Китая. У китайской молодежи сложился образ России прежде всего как ресурсно-военной державы. Что, безусловно, важно, но не менее важна способность экспортировать «цифровые привычки».
Российско-Китайский комитет дружбы, мира и развития и Центр изучения общественного мнения Китайского народного университета проанализировали восприятие молодежью образов РФ и КНР.
С этой целью был проведен опрос среди жителей России и Китая в возрасте 18–35 лет. В нем приняли участие около 2,6 тыс. респондентов с российской стороны и примерно 1,6 тыс. с китайской.
Судя по исследованию, в формировании имиджа страны важную роль играют новые цифровые ресурсы и платформы: их удобство, привлекательность, узнаваемость – встроенность в повседневную жизнь.
И именно по этому направлению как раз и проходит один из наиболее, возможно, проблемных водоразделов между российской и китайской молодежью.
Российская молодежь демонстрирует высокий уровень осведомленности о китайских цифровых сервисах – прежде всего это платформы искусственного интеллекта (ИИ) и электронной коммерции.
Например, нейросеть DeepSeek получила 84% упоминаний среди опрошенных молодых россиян, о ресурсах Alibaba и AliExpress сообщили 81% респондентов в России, о Taobao – 68%. Так выглядит топ-3.
|
| В процентах от опрошенных, по данным Российско-Китайского комитета дружбы, мира и развития |
Одновременно с этим уровень узнаваемости российских цифровых платформ среди китайской молодежи «в целом низок». «Даже самый высокий показатель у Telegram составляет лишь 32%», – сообщили исследователи. Второе место получила экосистема Yandex с 26% упоминаний, третье – антивирус Kaspersky (22%).
Хотя такие относительно низкие проценты узнаваемости российских сервисов – все равно в определенном смысле достижение. Ведь получается, что часть опрошенной китайской молодежи (от четверти до трети) как раз знает и применяет российские решения, имеющие отношение к большим данным, ИИ, кибербезопасности, а не только к развлечениям в социальных сетях или к онлайн-шопингу.
|
| В процентах от опрошенных, по данным Российско-Китайского комитета дружбы, мира и развития |
Но это детали. А в целом, как пояснили авторы исследования, опросы показали, что китайские цифровые платформы уже глубоко интегрированы в повседневную жизнь российской молодежи, в то время как влияние российских цифровых продуктов в Китае все еще «весьма ограничено».
Кроме того, опросы продемонстрировали «структурный разрыв в восприятии современного уровня развития друг друга». В глазах российской молодежи современный Китай наиболее заметен в сферах «технологий и цифровых услуг» (75% упоминаний), «производства и промышленности» (71%). У российской молодежи уже сформирован образ Китая как технологической державы.
А по оценкам молодых жителей Китая, Россия наиболее сильна в «военной сфере» (51% ответов), в «энергетике и сырьевых отраслях» – 40%. В глазах китайской молодежи сформирован образ России как ресурсно-военной державы.
Военные передовые разработки, изобильные энергоресурсы – это, как пояснила «НГ» ведущий научный сотрудник лаборатории искусственного интеллекта Российского экономического университета Марина Холод, действительно «традиционный, «жесткий» набор атрибутов державы». «Безусловно, это важно, но это не мягкая сила», – добавила она.
В современных условиях конкурентоспособность российской экономики все больше будет зависеть не только от экспорта ресурсов, но и от способности создавать глобально востребованные цифровые сервисы: это прямой канал влияния на экономические привычки, потребление, технологическую культуру, пояснила Холод. Но, судя по реакции китайской молодежи (дружественной и заинтересованной в России), пока российские цифровые решения за пределами СНГ «практически невидимы».
«Наши цифровые продукты вроде «Госуслуг» или отечественного софта заточены под внутреннюю безопасность и почти не конвертируются в привлекательность для массового зарубежного пользователя», – пояснил директор коммерческого департамента компании CommuniGate Pro Антон Шпорт.
«И даже Telegram, являясь скорее глобальным продуктом русского происхождения, слабо ассоциирован с имиджем государства и не помогает продвижению российской культуры или образа жизни», – продолжил он. Тут можно добавить, что позиции Telegram все более шаткие и внутри России, ведь он то и дело попадает в немилость госрегуляторов.
«Если Россия не экспортирует цифровые привычки, а остается в глазах китайской молодежи прежде всего военной и сырьевой державой, мы проигрываем борьбу за самый дорогой ресурс – за внимание нового поколения», – предупредил Шпорт.
Все это означает, что цифровой образ России в мире пока не раскрыл своего технологического потенциала, который, однако, действительно есть. «Для этого необходимо системно продвигать наши цифровые продукты не как «российский аналог», а как самостоятельную ценность», – считает Холод.
Более того, важно не просто показывать разработки на форумах, а делать сервисы, которые «нормально работают за пределами российского рынка», пояснил старший партнер IT-интегратора «Энсайн» Алексей Постригайло. «Если продукт не встроен в ежедневные сценарии пользователя за рубежом, он остается внутренним достижением, а не экспортным цифровым активом», – добавил эксперт.
Уровень внутренней цифровизации в России высок. «Банковские сервисы, государственные услуги, маркетплейсы, корпоративные системы – многие решения внутри страны сделаны на хорошем уровне, – обратил внимание Постригайло. – Но международная привлекательность не появляется автоматически. Требуется полноценная адаптация продукта под местный рынок, а не только перевод интерфейса».
В то же время опрошенные эксперты предостерегли от стремления, получив такие результаты опросов, допустим, что-либо в очередной раз запретить или заблокировать.
Высокий интерес российской молодежи к передовым технологиям – в том числе иностранным – сам по себе тоже способен стать мощным драйвером внутреннего развития.
На первый взгляд это потребление чужих цифровых продуктов, а вместе с ними отчасти погружение и в чужие стандарты жизни. Но если анализировать ситуацию шире, это еще и стимул, и фундамент для собственных уникальных разработок – при условии, конечно, понимания и постановки такой задачи.
«Российские специалисты активно работают над импортозамещением в сфере искусственного интеллекта, электронной коммерции и цифровых сервисов, создавая экосистему, которая уже сегодня демонстрирует высокую эффективность внутри страны», – еще раз напомнил замруководителя направления IT-холдинга Т1 ИИ Сергей Карпович.
И следующим шагом после импортозамещения должна стать, как представляется, разработка уже собственных принципиально новых решений.
При этом, обсуждая восприятие России за рубежом, важно учитывать, что на пути к формированию образа «технологической державы» Россия все-таки сталкивается с серьезными внешними вызовами и ограничениями.
«В настоящее время мы наблюдаем сложности с экспортом цифровых технологий, что напрямую связано с введением международных санкций. Эти ограничения создают дополнительные барьеры для продвижения отечественных решений на глобальных рынках», – напомнил Карпович. Хотя и это тоже подталкивает российских разработчиков к нетривиальным подходам.
