Анастасия Башкатова
Вице-премьер – руководитель аппарата правительства Дмитрий Григоренко уверен в финансовом успехе цифровизации. Фото РИА Новости
В ассоциации «Руссофт» сообщили «НГ», что рост совокупного оборота российских софтверных компаний – разработчиков программного обеспечения (ПО) – замедлился вдвое. Сейчас, в условиях экономического переохлаждения, инвестиционного спада, увеличения налоговой нагрузки, блокировок и замедления интернет-сервисов, в самом инновационном сегменте индустрии ухудшается финансовая ситуация, увеличивается число банкротств и переездов компаний в другие юрисдикции. Анализ «НГ» статданных подтверждает: в январе–апреле 2026 года число официально ликвидированных IT-компаний оказалось максимальным за период с 2020-го, если сравнивать по годам показатели первых четырех месяцев. О рисках предупредили и финансовые аналитики: IT-отрасль рискует превратиться из драйвера роста в отстающий сегмент экономики.
«Лучше всего отрасль можно оценить в цифрах», – сказал в интервью, которое было обнародовано 9 июня в соцсетях правительства, вице-премьер Дмитрий Григоренко. «Если рассматривать год к году, в IT-отрасли рост выручки составляет 15%. Прибыль выросла на 20%. Это достаточно серьезные цифры. С точки зрения финансовых показателей динамика очень хорошая», – пояснил он.
По данным автономной некоммерческой организации (АНО) «Цифровая экономика» (на основе реестра аккредитованных IT-компаний), по итогам 2025 года выручка в российской IT-отрасли достигла примерно 14 трлн руб., совокупная прибыль составила около 1,7 трлн руб.
«В числе передовых отечественных решений вице-премьер назвал портал госуслуг, большие языковые модели, отечественный поисковик, цифровые платформы. Он также отметил развитие биометрических сервисов», – сообщается в соцсетях кабмина.
Однако выводы экспертов, которые занялись очередным анализом отраслевой статистики, диссонируют с такими отчетами.
Как показал обзор финансового аналитика Павла Рябова (Telegram-канал Spydell_Finance), сейчас в России растет в первую очередь все то, что связано с государственным спросом (прежде всего военно-промышленный комплекс), с квазигосударственным спросом (крупные компании с госучастием, формально являющиеся рыночными, но функционирующие в рамках государственных директив) или со спросом, гарантированным государством (это госзаказы или господряды в основном в инфраструктурном строительстве).
А слабыми звеньями эксперт назвал наукоемкое производство с высоким удельным весом импортных технологий и комплектующих; определенные экспортные отрасли; гражданский сектор, нацеленный на потребительский и коммерческий спрос; строительство, не связанное с госспросом, и т.д.
Противоречивая ситуация в IT-секторе, который, напомним, с одной стороны, интегрирован в том числе в военно-промышленный комплекс и тесно связан с госзаказом, но, с другой стороны, в своей рыночной части начинает испытывать все больше проблем.
«Сейчас IT-сектор из драйвера роста переходит в отстающий сегмент из-за внутренних заглушек на связь и миграции квалифицированного персонала в иностранные компании», – пояснил Рябов.
Такой вывод почти шокирует, выглядит сенсационно и требует перепроверки, например, в ходе опроса отраслевых специалистов.
|
|
Не все IT-компании способны справиться с экономическими вызовами времени. Фото агентства «Москва» |
Из нее выделяется огромный класс разработчиков ПО не для продажи на рынке, а для широкого внедрения во всех секторах экономики, госуправления, образования и т.д. Этим занимаются в том числе коммерческие компании, но не только. Также это дочерние компании госкорпораций и даже госорганизации, которые имеют отличные от рыночной IT-индустрии модели. Все они продолжают рассматриваться государством как представители индустрии ПО – отсюда разные оценки оборотов и темпов роста.
Ссылаясь сначала на данные АНО «Цифровая экономика», президент ассоциации «Руссофт» Валентин Макаров сообщил «НГ», что оборот всей отрасли ПО в 2025 году оценивался в 9 трлн руб. Одновременно с этим, по предварительным данным ассоциации «Руссофт», по итогам 2025 года российская софтверная индустрия имела из этих 9 трлн лишь около 2,7 трлн руб.
Рост индустрии замедлился – примерно вдвое. «Если в 2023–2024 годах совокупный оборот российских софтверных компаний увеличивался на 20–25% в год, то по итогам 2025 года мы ожидаем его роста на 10–11,5%», – сказал Макаров.
Такое замедление в ассоциации объясняют двумя факторами: ухудшением возможностей для привлечения инвестиций в развитие существующих и в разработку новых программных продуктов; снижением платежеспособности, спроса клиентов. Причем по всем направлениям: розничных потребителей, бизнеса и даже госзаказчиков.
Эти два фактора, как считает Макаров, «во многом связаны с ростом затрат на специальную военную операцию и с переохлаждением экономики, вызванным высокой ставкой Центробанка». Но есть и другие причины замедления: резкое повышение налоговой нагрузки для IT-компаний, особенно из малого и среднего бизнеса.
Итогом, по словам Макарова, стали увеличение числа банкротств, ухудшение финансовой ситуации в самом инновационном сегменте индустрии ПО и рост числа переездов компаний в другие юрисдикции.
Анализ «НГ» данных Росстата выявил, что по итогам января–апреля в России в отрасли информационных технологий было зарегистрировано 511 новых организаций, а официально ликвидировано 721.
Если сравнивать итоги первых четырех месяцев по годам за период с 2020-го, то сейчас статистика выявила худшую для IT-отрасли тенденцию.
В январе–апреле 2026 года в стране было зарегистрировано минимальное число и при этом ликвидировано максимальное число IT-компаний за проанализированный период (с 2020-го).
То, что в стране выросло число ликвидированных IT-компаний, можно считать следствием нескольких процессов. Очистки отрасли от неэффективных, неконкурентоспособных компаний, расплодившихся, возможно, на пике пандемии. Консолидации. Общей экономической неопределенности, издержек.
И конечно, также негативно влияют ограничения связи, доступа к цифровым сервисам – блокировки и замедления.
«Компании теряют стабильную возможность обращаться к репозиториям за рубежом. Нарушается коммуникация между сотрудниками компании при их командировках за границу или же с зарубежными клиентами и партнерами», – пояснил Макаров.
Фактически нарушается работа важной для отрасли инфраструктуры. «Разработка, поддержка, аналитика, продажи, мобильные сервисы, распределенные команды. Если доступ становится нестабильным или выборочно ограниченным, это повышает издержки и снижает предсказуемость. Особенно это бьет по малым и средним цифровым продуктам», – пояснил директор по маркетингу компании «Инфостарт» Алексей Сулимов.
Как считает IT-директор платформы «Ракета» Артемий Долгушин, такие ограничения стали скрытым налогом на цифровизацию: «Бизнес несет растущие операционные издержки, связанные с обходом блокировок, вместо того, чтобы инвестировать в продукт».
Но российский IT-сектор все равно сейчас не выглядит отстающим в прямом смысле слова, ведь есть спрос на импортозамещение, информационную безопасность, корпоративные решения. «Риск в другом – IT может перестать быть драйвером, потому что основными задачами станут выполнение регуляторных требований и поддержание внутреннего контура. Ни про какой технологический рывок тогда речи, конечно, не будет», – уточнил руководитель группы компании «Газинформсервис» Сергей Полунин. Качество такого роста вызывает вопросы.
Часть рынка держится за счет импортозамещения и обязательных проектов, которые нужно реализовывать независимо от экономической ситуации. Но это другой тип роста. «Он менее похож на драйвер, он предполагает много вынужденных расходов и поддержание старой инфраструктуры», – говорит старший партнер ІТ-интегратора «Энсайн» Алексей Постригайло.
Драйвером отрасль становится тогда, когда бизнес запускает новые продукты, быстрее обслуживает клиентов и когда он способен конкурировать.
