Михаил Сергеев
Главе Росстата Сергею Галкину предстоит адаптировать работу своего ведомства к новым экономическим реалиям. Фото РИА Новости
Многие важные государственные решения в РФ принимаются на основе неправильных, неточных или искаженных данных о населении и об экономической активности граждан или предприятий. Такой вывод вытекает из нового исследования Института народнохозяйственного прогнозирования РАН.
Перемещения работающих граждан из одного региона в другой сильно искажают показатели бюджетной обеспеченности или социальных расходов в расчете на душу населения. Формальная классификация экономической активности в российских городах также может давать неадекватную картину пространственного развития страны и ее отдельных территорий, утверждают эксперты. Искажения фактической картины расселения или экономической активности могут повлиять и на реализацию новой правительственной «Стратегии пространственного развития страны до 2030 года». Источниками искажения являются новые формы расселения или бизнеса, которые не отражаются традиционной статистикой, объясняет Ольга Кузнецова из Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН.
По ее словам, в РФ назрела задача формирования реальной картины размещения мест проживания и деятельности людей с учетом современных реалий – наличия у части граждан де-факто двух и более постоянных мест жительства, развития дистанционной занятости, разнообразия форм временной трудовой мобильности, широко распространенного явления несоответствия юридических адресов и реальных локаций деятельности компаний.
Сложная система регистрации граждан фактически лишает государство адекватной информации о фактической численности населения в том или ином населенном пункте. Многие россияне, которые проживают в арендованном жилье, официально зарегистрированы в других местах. Иногда владельцы арендованного жилья не хотят официально регистрировать арендаторов по фактическому месту жительства. А иногда россияне не хотят менять регистрацию из-за местных или региональных льгот и преимуществ. «Самым ярким примером в данном случае являются Москва и Подмосковье, хотя дело скорее всего не ограничивается только ими. Хорошо известно, что дополнительные выплаты пенсионерам, возможности медпомощи в Москве выше. Поэтому есть когорта граждан, которые постоянно (именно постоянно) живут в Подмосковье, но сохраняют московскую прописку в квартире, где живут их дети, или вообще сдаваемой в аренду», – отмечает исследователь.
Для некоторых регионов рабочая миграция является очень значимой. Из Башкирии уезжают на работу в другие регионы более 8% от всех занятых. Из Адыгеи почти 23% работающих выезжают трудиться в другие регионы. Из Московской области в другие регионы на работу выезжают почти 18% от всех работающих, а из Ленинградской области – почти 19% от всех занятых. Из Чувашии на работу в другие регионы ездят почти 11% всех занятых.
Еще одна причина некорректной идентификации мест проживания людей связана с наличием у граждан де-факто более чем одного места постоянного жительства. В стране сложился слой людей, которые работают одновременно в нескольких городах. Такие граждане имеют собственное жилье в нескольких городах, между которыми зачастую перемещаются вместе с семьями. Этих работников нельзя формально относить к трудовым мигрантам или «отходникам». В качестве примера Кузнецова приводит исследователей, одновременно работающих в научно-образовательных организациях разных регионов, руководителей и топ-менеджеров, которые перемещаются между штаб-квартирами компаний и их территориальными подразделениями.
Дифференциация регионов по масштабам дистанционной занятости официальной статистикой не отслеживается, а в целом по РФ масштаб дистанционной занятости может быть заниженным. Росстат фиксирует долю работающих дистанционно в общей численности занятого населения по основному месту работы примерно в 1,7% (1,8% в городах и 1,1% в сельской местности). Это 1 млн 238 тыс. человек, из которых все дни рабочей недели дистанционно работали 420 тыс. Еще одна причина неадекватности данных – некорректная привязка предпринимательской деятельности к территории, включая показатели занятости. Причина неадекватности этой информации связана с дистанционной занятостью и с особенностями формальной классификации бизнеса.
В соответствии с законодательством РФ юридические лица должны быть зарегистрированы по месту нахождения своих постоянно действующих исполнительных органов, и, кроме того, подлежат регистрации все территориально обособленные подразделения компаний. Однако фактическое местоположение юрлиц не всегда совпадает с местом их регистрации. К тому же филиалы могут не иметь отдельной бухгалтерской отчетности, и соответственно в статистике не показывается их выручка, тогда как НДФЛ платится по фактическому месту работы сотрудников. Яркая иллюстрация – ситуация с атомными электростанциями, которые являются филиалами АО «Концерн Росэнергоатом». Если ориентироваться на данные по соответствующему виду экономической деятельности, то видно, что АЭС дают существенную часть занятости и фонда оплаты труда, тогда как в статистике по выручке они отражения не находят, отмечает эксперт.
Размещение штаб-квартир компаний с бизнесом по всей стране также создает неадекватную картину экономической активности. Хороший пример такой неадекватности – наукоград Черноголовка. По официальной статистике, почти 58% работников наукограда заняты в оптовой и розничной торговле. Именно торговля создает в наукограде Черноголовка почти 83% всей выручки. Причина доминирования оптовой и розничной торговли в наукограде – размещение в этом городе штаб-квартир нескольких торговых компаний, которые ведут бизнес по всей России.
Другой случай условной привязки деятельности компаний к территории – строительство. Будучи зарегистрированными по какому-то юридическому адресу и даже имея по этому адресу реальные офисы, крупные строительные компании (особенно в сфере инфраструктурного строительства) ведут деятельность в разных регионах и могут использовать как вахтовый труд, так и привлекать к работам местных жителей.
Еще сложнее, по мнению исследователей, обстоит дело с привязкой к территории интернет-торговли, в том числе через маркетплейсы. Маркетплейсы – пример того, что формирование новых форм статистической отчетности запаздывает по сравнению с возникновением новых явлений в экономике. В случае маркетплейсов занятость еще может корректно привязываться к территории, тогда как выручка становится весьма условным показателем.
Для снижения уровня искажений в ИНП РАН предлагают использовать новые источники данных. Возможность опоры на различные дополнительные к официальной статистике данные показывают, в частности, исследования возвратной трудовой мобильности граждан. Более точная оценка пространственной мобильности граждан возможна на основе данных сотовых операторов.
Одним из источников больших данных могут служить обезличенные данные по банковским транзакциям как физических лиц, так и предпринимателей. Эти данные позволяют видеть не только структуру безналичных расчетов, но и места их совершения, географию платежей и ряд других параметров, говорит Кузнецова. Немалый вклад в формирование близкой к реальности пространственной картины географии населения и занятости может дать использование первичных данных государственных ведомств, прежде всего Федеральной налоговой службы. При этом расширение формальной отчетности предприятий перед Росстатом эксперты считают маловероятным.
В условиях появления новых источников больших данных говорить о существенном расширении статистических наблюдений в деятельности Росстата, на наш взгляд, не имеет особого смысла, говорит исследователь ИНП РАН. Расширение отчетности не только требует увеличения бюджетных затрат на функционирование самого Росстата, но и в большинстве случаев приведет к росту отчетной нагрузки на предпринимателей.
