Анастасия Башкатова
Доля нормальных оценок предприятиями спроса на свою продукцию, 1992–2026 годы, в %.
Источник: ИНП РАН
Отечественная промышленность недолго пребывала в приподнятом настроении. Те редкие проблески оптимизма, которые наблюдались в весенние и летние месяцы, и особенно в августе, теперь рискуют вновь сойти на нет. Доля предприятий, считающих спрос на свою продукцию нормальным, снизилась в сентябре до 36% после лучшего для этого года августовского значения 41%. Но даже пиковое значение августа на самом деле было признаком продолжающегося кризиса. Высокая ключевая ставка и слабый спрос угнетают те отрасли, которые ориентированы на внутренний рынок и инвестиции, констатировали эксперты.
Улучшение настроений российских предприятий, которое регистрировалось в опросах в апреле–августе этого года, в сентябре не получило продолжения, предупредил в новом мониторинге Институт народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН.
Оценки ситуации со спросом вновь начали ухудшаться. С точки зрения большинства промпредприятий текущие объемы продаж неудовлетворительны. В сентябре спрос на свою продукцию назвали нормальным 36% предприятий, тогда как в августе эта доля составляла 41%.
Августовский показатель был лучшим за весь 2026 год. Но даже такое лучшее значение за год тоже свидетельствовало о проблемах: тех, кто считал объем продаж оптимальным, оказалось меньше половины опрошенных. И теперь их доля вновь сократилась.
Для сравнения: в апреле 2024 года на фоне мощнейшего «бюджетного импульса» спрос на продукцию называли нормальным почти 80% промпредприятий. И это примерно соответствовало другому максимуму за всю историю более чем 30-летних экспертных наблюдений – постковидному, достигнутому в феврале 2022 года.
Тут стоит сделать ремарку, что для экономики становится проблемой как слишком низкий спрос, так и слишком высокий. С той только разницей, что в первом случае из-за нехватки спроса у предприятий возникают трудности с окупаемостью уже существующих производств, поэтому новые инвестиции теряют целесообразность, плюс ко всему из-за нехватки средств компаниям все сложнее погашать кредиты, выполнять взятые перед контрагентами обязательства и выплачивать вовремя зарплату сотрудникам.
Во втором же случае дисбаланс проявляется в том, что у предприятий изначально нет возможностей (мощностей, технологий, кадров) для ускоренного наращивания выпуска и удовлетворения ажиотажного спроса – это, в свою очередь, приводит к росту цен на все более дефицитную продукцию.
Риторика Центробанка (ЦБ), обосновывающего сохранение высоких процентных ставок в экономике, в основном сводится к описанию второго варианта – к рассуждениям о том, что у предприятий нет производственных и иных возможностей для удовлетворения чересчур разогретого спроса.
«Наша ситуация заключается не в том, что нам не хватает спроса. Наша проблема не в нехватке денег, не в нехватке спроса, а в том, что у нас ограниченные физические ресурсы (трудовые, производственные), чтобы быстро расти», – поясняла, в частности, летом председатель ЦБ Эльвира Набиуллина.
Но если бы это было на 100% именно так, то вряд ли в период сильного «бюджетного импульса» доля предприятий, считающих спрос на продукцию нормальным, достигала бы максимума. Следуя логике ЦБ, наоборот, возросший после пандемии, а затем на фоне «бюджетного импульса» спрос должен был ввергнуть предприятия в сильнейшую панику.
На практике все оказалось запутаннее: возросший спрос свидетельствовал для бизнеса о большом потенциале развития; для него действительно не хватало квалифицированных кадров, но эту нехватку можно было попытаться смягчить за счет модернизации и технологического «перевооружения» – при условии, однако, наличия, во-первых, самих технологий, во-вторых, источников для новых инвестиций, которые, в свою очередь, должны окупаться.
Тут и произошла пробуксовка: без гарантированного спроса процесс технологического «перевооружения» начинает казаться бизнесу рискованной затеей, особенно когда под вопросом оказываются продажи не только той продукции, которую предстоит выпустить, но и уже произведенной.
Судя по опросам ИНП РАН, в сентябре, по оценкам предприятий, начала расти избыточность запасов готовой продукции. Кроме того, исследователи зафиксировали утрату оптимизма производителей по поводу планов выпуска. Результаты опросов демонстрируют «реальные опасения предприятий, что положительные тренды предыдущих месяцев могут не получить продолжения в четвертом квартале 2026 года», еще раз пояснил эксперт ИНП РАН Сергей Цухло.
Что примечательно, альтернативный мониторинг предприятий, который регулярно проводится специалистами ЦБ, пусть и с некоторыми оговорками, но тоже свидетельствует о все еще высокой актуальности проблем со спросом.
«Среди факторов, ограничивавших текущую деятельность, предприятия чаще всего во втором квартале 2026-го отмечали рост издержек (около 23% респондентов). Сдерживающее влияние второго по значимости фактора – недостаточного внутреннего спроса (что отметили 19,3% респондентов) – снизилось по сравнению с первым кварталом, – сообщил в новом обзоре Центробанк. – Особенно значимыми эти причины были для малого и микробизнеса».
Другими словами, хоть негативное влияние такого фактора, как недостаточный спрос, и снижается (именно это главная для ЦБ новость его изысканий), однако он продолжает быть для предприятий одним из главных ограничителей их текущей деятельности.
На третьем месте в списке препятствий недостаток средств для финансирования оборотного капитала. Далее следуют дефицит кадров, проблемы с логистикой, изменения налогового законодательства и т.д. Показательно, что нехватка мощностей в этом списке сложностей, который приводится Центробанком по результатам его опросов, заняла последнее место.
По Росстату, сальдированная прибыль (прибыль минус убыток) российских компаний за первое полугодие 2026-го снизилась на 13% по отношению к тому же периоду 2025-го. Сильно пострадали, в частности, строительство, показавшее падение сальдированной прибыли за тот же период на 37%, сельское хозяйство (снижение на 34%), обрабатывающие производства – сокращение на 27%. А среди обрабатывающих отраслей шаткое положение, например, у автопрома (сокращение того же показателя на 89%) и химической промышленности – снижение почти на 50%.
Как пояснили, комментируя эту статистику, эксперты Института экономики роста им. П.А. Столыпина, «высокая ключевая ставка и слабый внутренний спрос давят прежде всего на промышленность, ориентированную на внутренний рынок и инвестиции».
