Анастасия Башкатова
Ситуация в Ормузском проливе вновь накаляется. Фото Reuters
Котировки нефти Brent впервые за полгода перешагнули за отметку 112 долл. за баррель. Ближний Восток вновь слишком нестабилен: под ударами хуситов оказались нефтяные объекты Саудовской Аравии, включая одно из крупнейших нефтегазовых месторождений королевства; обостряется ситуация и в Ормузском проливе. Российской бюджетной системе предстоит подготовиться к возникновению новых соблазнов, причем как у распорядителей, так и у получателей госсредств, ведь и те и другие скорее всего уже пытаются оценить приток дополнительных доходов.
Цена Brent 22 октября впервые с мая этого года приближалась к 113 долл. за баррель. Затем котировки откатывались назад, но все равно оставались на значительно более высоком уровне, чем, например, в моменты летнего затишья, когда они колебались в диапазоне 70–80 долл. за баррель.
В течение последних нескольких дней йеменские хуситы провели серию атак по целям в Саудовской Аравии, включая объекты нефтяной компании Saudi Aramco. Под ударом оказалось в том числе нефтегазовое месторождение «Шайба» на востоке королевства.
В среду, 21 октября, силы противовоздушной обороны Саудовской Аравии перехватили беспилотник, который пытался атаковать это месторождение. Как затем сообщили в Министерстве энергетики страны, в результате инцидента два человека погибли, еще двое получили ранения.
Иранские власти готовы стать посредником для урегулирования конфликта между Саудовской Аравией и йеменскими хуситами, однако Тегеран до сих пор не получил ответа на свою инициативу ни от одной из сторон, заявил министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи.
По его мнению, тот факт, что хуситы не отреагировали на такую инициативу, «свидетельствует о самостоятельности движения в принятии решений независимо от Тегерана». Напомним, считается, что поддержку движению хуситов неформально оказывает именно Иран.
В очередной раз неспокойно и в Ормузском проливе. Корпус стражей исламской революции (КСИР) объявил, что атаковал четыре судна, участвовавших в перевозках нефти в Персидском заливе, еще три подорвались на минах вблизи Ормузского пролива, передает телеканал Al-Jazeera.
КСИР предупредил, что иранская сторона нанесет удары по американским базам на Ближнем Востоке, если США будут и дальше помогать судам использовать не согласованный с Тегераном маршрут через Ормузский пролив.
В условиях нового обострения застарелых конфликтов нефтяная компания Saudi Aramco увеличила пропускную способность трубопровода «Восток–Запад», идущего в обход Ормузского пролива, до 7 млн барр. в сутки (б/с).
Изначально мощность трубопровода была 1,8–2,0 млн б/с. Затем правительство поручило увеличить его пропускную способность до 5 млн б/с, а теперь показатель доведен до 7 млн.
Этот трубопровод соединяет нефтяные месторождения Восточной провинции Саудовской Аравии с портом Янбу на побережье Красного моря. Он позволяет снабжать нефтеперерабатывающие заводы на западе королевства, а также внешние рынки, минуя Ормузский пролив.
В свою очередь, Пентагон, как сообщил портал Drop Site News со ссылкой на источники, активно перебрасывает войска ближе к иранской границе в ожидании зеленого света от президента США Дональда Трампа для начала новой операции.
Причем, по информации одного из неназванных американских чиновников, якобы Трамп уже семь раз «в последний момент» отменял операции против Ирана и йеменских мятежников-хуситов.
Произошедший скачок нефтяных котировок более чем логичен. Ведь, по словам научного сотрудника лаборатории отраслевых рынков Института Гайдара Анастасии Левченко, во-первых, даже локальный удар по одному месторождению, особенно такому, как «Шайба», воспринимается рынком как сигнал о системном риске.
Во-вторых, через Ормузский пролив проходит около 20% мировой нефти, и любая угроза блокировки или минирования судов мгновенно создает физический дефицит предложения, который не может быть быстро компенсирован за счет других поставщиков из-за логистических ограничений.
А в-третьих, как сказала эксперт компании «БКС Мир инвестиций» Людмила Рокотянская, хоть упомянутый саудовский трубопровод «Восток–Запад» и выводит нефть к Красному морю, однако эта инфраструктура тоже уже подвергалась атакам хуситов. Более того, в случае с этим маршрутом дальше экспорт тоже начинает зависеть от узких логистических точек: при поставках в Азию танкеры проходят через Баб-эль-Мандебский пролив, а при поставках в Европу – через Суэцкий канал.
«Баб-эль-Мандеб также находится под фактическим военным контролем хуситов с йеменской стороны. Полностью международное судоходство хуситы пока не перекрывают, однако проводят селективную блокаду и обладают возможностью атаковать проходящие суда», – добавила Рокотянская.
Российской бюджетной системе предстоит подготовиться к новым рискам, потому что даже хорошие нефтяные новости на самом деле могут оказаться вызовом.
Для России и госбюджета очередной скачок цен на нефть в условиях рисков эскалации на Ближнем Востоке позитивен: для нашей страны при прочих равных это означает увеличение поступлений от экспорта энергоресурсов, пояснила аналитик компании «Велес Капитал» Елена Кожухова. По оценкам эксперта, котировки Brent, судя по всему, сохраняют курс на достигнутый в марте этого года после начала ближневосточного конфликта пик 119,5 долл. за баррель.
Но одновременно с этим аналитик компании «Финам» Николай Дудченко уточнил, что конечный результат зависит не только от самих цен на нефть на мировых рынках, но и от спредов на российские сорта (имеется в виду разница между стоимостью, например, российской нефти Urals и эталонной Brent), от объемов экспорта, спроса крупнейших покупателей российской нефти, от валютного курса. Наконец, по его словам, важно учитывать демпферные и акцизные выплаты.
Как ранее писала «НГ», несмотря на выросшие теперь нефтяные котировки (среднегодовая цена Brent в 2025-м была около 68 долл. за баррель), нефтегазовые доходы российского бюджета в годовом сопоставлении сократились примерно на 20%.
Важной причиной бюджетных потерь, по экспертным оценкам, стали триллионные госсубсидии нефтяным компаниям, которые называются топливным демпфером: бюджет фактически компенсирует нефтяникам разницу между экспортными и внутрироссийскими ценами на топливо (см. «НГ» от 06.10.26).
В итоге, как считает Левченко, ключевой принцип в сложившихся условиях – не рассматривать текущий уровень нефтяных цен как новый устойчивый норматив, ведь если ситуация на Ближнем Востоке нормализуется, цены на нефть снова упадут.
«Геополитическая премия в цене может быстро исчезнуть при деэскалации, – подтвердил доцент Российского экономического университета Павел Севостьянов. – Для бюджета важнее устойчивость доходов на протяжении нескольких лет, чем краткосрочная прибыль».
