Кому мешает анонимность в мессенджерах

Российское правительство приняло закон об идентификации пользователей мессенджеров. Он вступит в силу через полгода. «Организатор сервиса обмена мгновенными сообщениями осуществляет идентификацию пользователей сервиса обмена мгновенными сообщениями путем достоверного установления сведений об абонентском номере подвижной радиотелефонной связи», – говорится в постановлении правительства. Это означает, что регистрация и вход в мессенджер будут осуществляться по номеру мобильного телефона. Мессенджер будет отправлять запрос оператору связи, а тот – проверять, есть ли номер в базе. Процедура должна занимать не больше 20 минут.

В Роскомнадзоре объясняют, что «возможность анонимной коммуникации в мессенджерах затрудняет деятельность правоохранительных органов при расследовании преступлений». Предположительно теперь им станет легче. Не нужно будет отправлять запросы отдельно оператору связи, а отдельно – организатору сервиса обмена мгновенными сообщениями, как он назван в правительственном документе. Впрочем, если оперативники будут меньше работать, это не означает, что они автоматически станут работать эффективнее. Эксперты уже перечислили способы сохранения фактической анонимности – от покупки черной сим-карты до регистрации под ненастоящим именем (указанное при регистрации имя не обязательно должно совпадать с паспортным). Как водится, нововведение означает и дополнительную – финансовую и техническую – нагрузку на тех, кому предписано исполнить закон.

Даже если правоохранительные органы благодаря новым инструментам не станут задерживать преступников чаще и раскрывать преступления быстрее, важен вектор. Интернет всегда оказывается умнее и быстрее полиции и спецслужб. Сетевая среда моментально адаптируется к любому запрету, и то обстоятельство, что заблокированным Telegram в России продолжают пользоваться, является тому лучшей иллюстрацией. Право на анонимность – один из принципов Сети. Правоохранительные органы и спецслужбы же работают и живут в другой парадигме: анонимность означает отсутствие контроля, то есть опасность. Свою логику они способны продавливать политически.

Против анонимности в Сети в январе 2018 года высказался и президент Владимир Путин, заявив, что на дворе не 1937 год, черный воронок ни за кем не приедет, поэтому прятаться не нужно. В России публичные слова президента – высшая санкция для борьбы с чем-либо, включая анонимность в Интернете.

Свобода Сети – тема политическая, и разные точки зрения по этому вопросу представлены даже среди правящей элиты. Она не целиком и полностью состоит из силовиков, которые стремятся приблизить реальность к своему проверенному десятилетиями миропониманию. Немало во власти и людей из нового поколения, которые вполне принимают то, что мир и общество существуют по изменившимся правилам, а свобода, доступность, легкость коммуникации – ценность. Сопротивление этой части элиты, по всей видимости, и мешает реализовать самый консервативный, если не сказать – ретроградный сценарий контроля над Интернетом.

На вторую половину 2018 года была назначена проверка Facebook и Twitter на предмет исполнения ими российского закона о локализации персональных данных. Совершенно не случайно в прессе появлялась информация о том, что эти соцсети могут прекратить работу в РФ. Не случайны и майские высказывания теперь уже бывшего советника президента по вопросам развития Интернета Германа Клименко о том, что Россия технически готова к отключению от мировой Сети. Силовой блок не останавливают ни цена, ни неэффективность принимаемых мер, он морально готов к простым и радикальным шагам, и все, как это часто у нас бывает, зависит от Путина, который пока свой выбор не сделал и о свободе Интернета при всех «но» все-таки говорит.