Фото агентства городских новостей "Москва"
Самовыдвижение Владимира Путина на выборы не только подчеркнуло его статус общенационального лидера, но и еще раз показало прагматичное отношение власти к нынешней партийной системе. Плюс от этого решения, похоже, лишь в том, что отказ президента от привязки к одной политической силе позволит казне сэкономить не менее 10 млрд. Бюджету не придется отдавать «Единой России» по 152 руб. за каждый голос, поданный в поддержку главы государства.
Эта партия, наверное, переживет отсутствие такой инвестиции. Неприятнее очередное подтверждение, что вторые путинские выборы подряд она оказывается не совсем настоящей правящей партией. Однако ЕР по минимуму попадается на глаза в том потоке прогнозов о преобразованиях партийного поля, которым по традиции сопровождается любая избирательная кампания федерального значения. Это значит, что с нашей главной партией ничего делать не будут, поскольку свою работу та выполняет.
И прежде всего инструмента для сплочения и самоидентификации управленческого аппарата, то есть чиновников разного уровня и депутатов всех степеней. То есть это не КПСС, конечно, а что-то вроде как бы правящей СЕПГ времен ГДР с ее полуторапартийной системой в виде пресловутой народной демократии. Поэтому все гипотетически возможные преобразования ожидаются именно в отношении остающейся половинки. Она включает в себя теперь четыре парламентские партии, будущее которых сейчас рассматривается через призму президентских выборов.
Например, распространено такое мнение, что если новый лидер ЛДПР не покажет хороший результат, то политструктуру ждет переформатирование. Однако в последние дни то же самое стали говорить и о «Новых людях». А по поводу «Справедливой России – За правду», которая не стала выдвигать кандидата, а поддержала Путина, похожие прогнозы звучали до старта кампании – мол, этой партии точно конец. Потом такие разговоры затихли, и, наоборот, теперь внедряется мысль, что уже эсэры опять могут стать платформой для неизбежных слияний и поглощений. Правда, как будто в ответ звучат и утверждения о происходящем сейчас распылении региональных отделений этой партии.
Поскольку вся подобная аналитика умещается в социальных сетях, то, наверное, не следует принимать ее всерьез. Но можно догадываться, что это отражение остатков межпартийной конкуренции, а еще и запроса политтехнологического сословия на какие-нибудь контракты. Конечно, двум большим системным партиям – коммунистам и той же СРЗП – в скором времени предстоит пережить смену поколений в руководстве. Понятно, что ЛДПР и «Новым людям» нужно будет уточнять их места и роли в конструкции политического представительства. Но говорить о коренных в ней изменениях явно не приходится. К примеру, хотя бы потому, что надо решать поставленную президентом задачу о вводе во власть участников СВО. Сомнительно, что большую часть героев будут направлять в исполнительные госорганы. Скорее всего они пойдут в народные избранники по типу побывавших там прежде артистов и спортсменов, врачей и волонтеров.
Уже одно это категорически отменяет возможность партийной реформы, на которую к тому же элементарно не хватит времени. Примерно год после 17 марта уйдет на сглаживание последствий проведенных во власти кадровых и структурных перемещений. Затем настанет пора готовиться к выборам в Госдуму-2026. Поэтому в сфере партстроительства следует ждать действий, направленных исключительно на ее упрощение и уплощение. И без радикализма, который не соответствует традиционным консервативным ценностям.
Виктория Панфилова 
Дарья Гармоненко 
